Позывной «Скат» - Анатолий Сарычев

Работа по установке цистерн шла полным ходом. В торце цистерны были вырезаны отверстия диаметром полтора метра, приварены по всему периметру крепежные петли. С другого торца цистерны установлены по два воздушных штуцера, блестевшие свежей краской. Длинные, более семидесяти метров длиной, плети металлических тросов с приваренными на одном конце крюками, а на втором кольцами лежали на песке.

Вторые плети, длиной по двадцать метров, тоже украшенные кольцами и крюками, лежали рядом, разделенные двумя метрами чистого песка.

– Я внутри сварил лежаки, стол и гальюн. На такой глубине сантехника жизненно необходима! Мы, черные, должны думать друг о друге! – заявил негр-сварщик, подходя к Климу.

– Спасибо, друг! Я тебя не забуду! – быстро ответил Клим, глядя на приближающегося к нему Моро. – Я думал, что вас всех смыло штормом! – приветствовал Клим своего знакомого.

– Ты не намного ошибся. В живых на этом острове остались только два человека. Второму ныряльщику волны сломали позвоночник, – печально сказал, опустив плечи, кариб.

– У нас еще будет время поговорить об этом, – пообещал Клим, чувствуя, что его дергают за рукав рубашки.

– Я наварил вам с десяток емкостей. Вы сможете цеплять к ним груз золота и поднимать на поверхность! – обрадовал сварщик, подводя Клима к метровым кускам трубы, снабженным тремя резьбовыми штуцерами.

– Ты молодец! Я попрошу Смита выделить тебе премию за прекрасное инженерное решение по подъему грузов со дна! – искренне восхитился Клим.

– Один штуцер выпускной. Нагнетая воздух в емкость, вы вытесняете воду, и она приобретает положительную плавучесть. Грузоподъемность этих емкостей сто килограммов! – гордо сказал сварщик, с восхищением смотря на Клима.

С борта малого сухогруза закричал Смит:

– Хватит болтать! Надо начинать работать!

Оглянувшись, Клим заметил, что рядом со Смитом стоит капитан, сияя, как начищенный самовар.

– Слушаюсь, хозяин! – откликнулся Клим, начиная командовать: – Опускайте по кругу бетонные блоки!

Крановщик быстро начал работать, цепляя по одному блоку. Клим подошел к ныряльщикам-карибам, сбившимся в плотную кучу под вновь поставленным навесом, и спросил:

– Кто из вас нырял с аквалангом?

Человек десять во главе с Моро встали.

– Возьмете два акваланга и будете обучать вторую смену работать с аппаратами на сжатом воздухе, – ткнул пальцем Клим в первых попавших карибов. – Остальные надевают акваланги, ласты, грузовые пояса и маски и идут под воду вместе со мной! – приказал Клим, показывая на открытый контейнер.

– Мне что делать? – спросил Алекс, который спрятал свою снайперскую винтовку и как ни в чем не бывало подошел к Климу.

– Возьмешь шланги от компрессоров и подсоединишь к цистернам. Особое внимание на нашу лодку! Никого не подпускай к ней! Смотри, как бы наши обучаемые не поломали акваланги, а самое главное – компрессор, – предупредил Клим, внимательно смотря, как новоиспеченные инструктора-подводники объясняют устройства аквалангов своим товарищам.

Через три часа работы цистерны приняли вертикальное положение под водой, в двадцати метрах от галеонов, и пловцы вынырнули на поверхность.

– Моро! Ты сегодня со своими товарищами ночь проведешь в верхней цистерне. Пищу вам принесут с матросского камбуза. Утром доложишь, как вы спали, а потом уже начнем работать. Если компрессор откажет, надевайте акваланги и на глубине десять метров ждите, пока весь воздух не кончится, – предупредил Клим первых акванавтов.

– Вы когда придете к нам? – спросил Моро, вставляя в рот загубник.

– Если все будет хорошо, завтра утром.

– Капитан зовет вас в кают-компанию! – прибежал матрос, едва уставшие Клим и Малыш сняли с себя аппараты. Ныряльщики, сидевшие под навесом, подняли аппараты и все остальное снаряжение и понесли их в контейнер.

Они с немым почтением смотрели на Клима с Малышом, вытиравшихся полотенцами. Особое почтение у них вызывал Малыш, на голову возвышавшийся над самым высоким человеком.

Подхватив подводный автомат, Малыш тронулся следом за Климом, но вахтенный на корабле преградил ему путь.

– Нельзя! – строго сказал матрос, упершись ладонью в грудь Малыша.

Звонкий удар в плечо сбросил матроса с трапа в воду. Подскочивший второй матрос последовал вслед за первым.

Десяток матросов выскочили на палубу и, столпившись около трапа, попытались преградить путь Малышу.

– Следующий, кто станет на моем пути, будет убит! – пообещал Малыш, поднимая автомат.

Матросов как ветром сдуло.

Привлеченные посторонним шумом и криками, на палубу выскочили Смит и капитан.

– Если еще одна цветная рожа до меня дотронется, я ее убью. То, что я позволяю Дику, больше никому не рекомендуется делать! – спокойно заявил Малыш и, отодвинув капитана, стоящего у него на пути, прошел внутрь корабля.

– Давайте поговорим спокойно! – предложил Смит и пошел вслед за Малышом.

В кают-компании, сев напротив Клима, Смит раздраженно посмотрел на него, требуя объяснений.

– Матрос пытался остановить Смайлза, и тот его скинул в воду, – спокойно пояснил Клим, придвигая к себе чашечку с кофе.

– Это дискриминация, я не могу этого позволить! – заорал Смит.

Капитан, встав во весь рост, тоже заорал на Клима, явно подражая шефу:

– На корабле может быть только один капитан!