Военно-Морской Исекай - Михаил Николаевич Кисличкин

пару часов после того, как мы вернулись в гавань и заняли на свое место у дальнего причала. Ожидая возвращения кэпа, я готовился к худшему. Как ни крути, а мы нарушили его прямой приказ, допустив на борт чужака и выйдя из порта. А затем порядком изуродовали траулер в морском бою и вообще — чудом прошли по краю. Да за такое подчиненным головы оторвать мало! И ладно головы — как нам вообще теперь доверять, если мы все оказались такими сказочными раздолбаями? Такое просто так не прощается. Была бы моя воля, я бы на месте кэпа выгнал бы нас всех с парохода пинками и матами. Без всякого сожаления и выходного пособия! Хотя нет, не выгнал бы, новый экипаж пока взять негде. Но изматерил бы страшно, это уж точно! И наказал бы от души…

Однако, кэп, магичка и стармех повели себя чуть иначе, чем я ожидал. Увидев у причала почерневший от копоти траулер, вся троица перешла на бег. А когда мы с Сашкой встретили их у сходней, запыхавшийся кэп, с вытащенным на бегу из кобуры «Макаровым» в руке, первым делом выпалил:

— Все живы, мужики?!

— Так точно, кэп! — отрапортовал старпом.

— Млять! Раненые, пострадавшие есть?!

— Никак нет!

— Уже хорошо, — перевел дух Максимыч, вытирая вспотевший лоб рукавом. — Что с пароходом, старпом, твою за ногу? Корпус цел, машина в порядке? Что вы, мля, учудили? Курили в неположенном месте, нах, и устроили пожар? Что за мусор на палубе?

— Никак нет, кэп! Мы не курили! Мы с эльфами воевали! На палубе осыпавшаяся листва!

— Что, блин?! С какими, блин, еще эльфами? Какая листва? Ты точно дури не курил, старпом?

— Я все сейчас объясню, Максимыч, — вклинился я в беседу. — Эльфы — это такие нелюди местные. «Истра» цела, только немножко закоптилась, так уж вышло. Но корпус и машина целые, течей нет, серьезных повреждений тоже. Это я во всем виноват. Давайте пройдем в кают-компанию и поговорим там спокойно. А потом я вам кое-кого покажу…

Слушая наш с Кимой и Сашкой сбивчивый рассказ, Максимыч достал из кармана новенькую трубку и минут десять ее долго молча прикуривал. Табак все никак не хотел разгораться — опыта курения трубки у кэпа не было. Видимо, он купил ее сегодня в городе, а последнюю сигарету из нашего мира Максимыч скурил еще во время рейда за жабами. Однако, когда Ильга аккуратно прикоснулась к трубке кэпа своим светящимся жезлом, дело пошло на лад, табак затлел и, сделав несколько затяжек, капитан произнес.

— Ладно, мужики, я понял. Произошел форс-мажор, но вы отбились. В этом долбанном мире после магических жаб и говорящих призраков я уже, наверное, ничему не удивлюсь. Эльфы так эльфы, верю… Магия эмпатии действительно так сильна, что задурила вам мозги всем до одного?

— Не то чтобы сильна, — задумалась Кима. — Скорее мы ее сначала не заметили, просто не ожидали такого. Зато потом, когда мы поняли, кто перед нами, Альтре было легче противостоять. Хотя эльфа в конце давила нас ментальной магией очень сильно.

— Подтверждаю. Эльфы это могут, — заметила Ильга. — Я слышала о таком.

— И вы утопили эльфийский корабль? — покачал головой Павел. — Двумя «шмелями»?

— Не утопили, — вздохнул Сашка. — Но повредили здорово, так что он вышел из боя.

— Хм…, - задумался Максимыч. — А теперь, значит, эльфа говорит, что она знатная персона в клане и предлагает за свою жизнь тридцать тысяч эрисов?

— Да. Она дочь какой-то знатной шишки и наследница духа. Что-то вроде этого, — подтвердил я.

— Ого! — покачала головой Ильга. — Наследница духа, это почти что наследная принцесса.

— Я думаю, что она врет, — заметил я. — Кто бы наследницу клана отпустил к чужакам на шпионскую работу? Как вообще такая важная шишка могла оказаться на человеческом континенте? Девочка просто очень хочет жить и навыдумывала всякого, чтобы набить себе цену…

— Ментальная магия такой силы обычно встречается лишь у высшей эльфийской аристократии, — заметила Ильга. — Я изучала немного вопрос, когда училась магии у барона. Кроме того, ты говоришь, что эльфа здорово смахивает на человека? Вообще-то у обычных эльфов очень бледная кожа, сероватые губы, большие глаза. Но выходцы из их древних родов способны к мимикрии и могут сделать свою кожу розовее, если захотят… Может статься, что ваша эльфа и не врет.

— А тридцать тысяч эрисов — это хорошие деньги, — заметил стармех. — Нам бы они пригодились. Кто-то же должен заплатить за весь этот бардак на судне.

— Я свои соображения высказал, и об опасности эльфийской магии предупредил, — развел я руками. — Эльфа связанная в подсобке валяется. Как капитан и коллектив решат, так и поступим.

— Я думаю, нам все же надо выслушать пленницу, господа, — кивнул Максимыч. — Со всеми предосторожностями, само собой. Но чуть попозже, лучше ночью. Чует мое сердце, что сюда может вскоре Файме нагрянуть, ей наверняка донесут про случившееся. Так вот, пока про эльфу молчим. А то уведут у нас наши денежки, нашим партнерам палец в рот не клади.

Капитан как в воду глядел, Файме с акф Тойлером притащились на борт, вскоре после капитана и Ильги. Для них мы рассказали наспех придуманную историю о том, что просто занимались испытаниями судна недалеко от берега. А на нас средь бела дня напал эльфийский корабль, от которого мы едва сумели оторваться. Верила чиновница нам с трудом, расспрашивала долго и нудно. Но следы эльфийской магии, которые почуял маг, и листья с острыми, как бритва краями на палубе от заклятий «рассекающей листвы», говорили сами за себя, поэтому оспорить нашу версию было трудно. Парочка коррупционеров покинула пароход почти ночью и лишь после их ухода мы с Кимой и Ильгой пошли в подсобку за Альтрой.

Эльфе к тому времени заметно полегчало. Видимо с регенерацией у «длинноухих» все обстояло и в самом деле лучше, чем у людей. А еще лучше ей стало после того как Альтру сводили в гальюн, напоили сильно разбавленным водой вином и дали поесть куриного супчика с гренками. В этот раз в мозги она нам не лезла, вела себя паинькой, отвечала на вопросы и в итоге разжалобила Максимыча, который велел дать ей пожрать чего-нибудь. По словам Альтры, все, что нам следовало сделать, это дать ей написать записку и доставить ее по указанному адресу в один из постоялых дворов Акселя. А затем через два или три дня нам принесут деньги, после чего мы выпустим пленницу на берег. Если мы не станем привлекать стражу или гильдию, и выполним условия сделки, то