Русский частокол - Александр Тамоников

Окружившие Тарбака и юношу люди громко закричали. Воздавая хвалу небу, к ним подбежал человек. Он радостно бросился к юноше, обнял его. Затем обернулся к Тарбаку:

— Ты спас моего сына, проси, что хочешь.

— Ничего мне не надо, всего хватает.

— Назови себя.

Тарбак назвался. И ушел. Отцом спасенного юноши, как потом узнал болышчы, был сам царский лекарь, прибывший в Хамлых из западных земель, Вагний Айтон.

К нему сейчас и направился Тарбак. Завидев вельможу, лекарь остановился, внимательно всматриваясь, а узнав, широко улыбнулся:

— Забар?

— Да, лекарь, это я.

— Рад видеть. Кажется, ты ждал меня.

— Это правда.

— Тебе требуется помощь? Говори — какая, я обязан тебе спасением сына и, значит, сделаю все, что в моих силах.

— Мне надо, — Тарбак осмотрелся, — чтобы ты, лекарь, тайно передал господину шаду одну просьбу.

— Просьбу? — удивился лекарь.

— Именно.

— Хм, тайно, говоришь?

— Да, это надо сделать в тайне от всех.

— Хорошо. Я выполню твою просьбу. Что я должен передать?

— С правителем желает тайно встретиться тархан Тимур Гальбар. Срочно. Там, где будет угодно шаду.

Лекарь кивнул головой:

— Я понял. Передам. Когда и где передать ответ шада Ханука?

— Скажи, когда ты пойдешь домой?

— Ну, этого не знает никто, кроме кагана и шада. Может, скоро, может, вечером на следующий день. Обычно ухожу из дворца на закате.

— Тогда я буду ждать тебя здесь, когда солнце сядет за горизонт.

— Лучше раньше, когда солнце подойдет к вершинам гор. Если тебя не будет, подожду я.

— Здесь не надо ждать, иди домой, я знаю, где ты живешь, сам приду к тебе.

— Хорошо.

Лекарь ушел, помощник Тимура Гальбара пошел на рынок. Там уже заканчивалась торговля.

В назначенное время Тарбак был на площади. И тут же увидел лекаря. Тот шел, не спеша осматриваясь по сторонам.

Тарбак направился к нему.

— Ты здесь? Хорошо, — встретил его лекарь, — я передал просьбу тархана. Завтра шад едет в Саркел, пробудет там три дня. Сказал, чтобы туда приезжал и тархан. Послезавтра. Где найти шада, тархан должен знать.

— Да, об этом знаю и я.

— Я выполнил твою просьбу?

— Да, благодарю.

— И даже после этого я все еще должен тебе. Будет нужда, обращайся.

— Хорошо. Еще раз спасибо.

Помощник тархана и царский лекарь разошлись.

Тарбак направился к дому тархана. Там его ждал Тимур Гальбар, заметно нервничая.

— Что?

— Послезавтра в Саркеле!

Тархан облегченно выдохнул. Присел на ковер, откинулся на подушку:

— Теперь говори все по порядку: как вышел на шада, как уговорил. Садись рядом и говори.

Болышчы присел, поджав ноги под себя. Рассказал о встрече с царским лекарем, через которого сумел передать просьбу и получить ответ.

Тархан потер руки:

— Это хорошо. Это очень хорошо.

— Но придется ехать в Саркел.

— Так безопасней.

— Когда поедем? — спросил болышчы.

— С утра, будь готов.

— Я готов и днем и ночью.

— Значит, как солнце поднимется выше гор, будь здесь.

— Да, Тимур.

На следующий день тархан, его помощник и небольшой отряд охраны в пять человек выехали из столицы Хазарского каганата. Они могли пойти и на лодке, но Гальбар выбрал путь по суше. Он был дольше, но привычней. Судами больше пользовались торговцы, переправляя свой товар с востока на запад.

На отдых остановились в караван-сарае у селения Кабачи, пройдя больше половины пути. Отдохнув, отправились дальше и к следующему полудню подъехали к северо-западной стене крепости Саркел. Здесь находились главные ворота. Сама крепость имела несколько рубежей обороны, внутри она делилась стеной.

Стража пропустила отряд без лишних вопросов, видимо, была предупреждена. Однако старший стражник у главных ворот на вопрос: «Тут ли шад?» не ответил, лишь кивнул головой в сторону крепости. Охраняли Саркел триста наемных воинов, которые постоянно менялись, многие из них не понимали местного наречия.

Путники проехали ремесленную часть внутри крепости, где селились в основном аланы, слывшие отменными кузнецами, литейщиками и гончарами. Подъехали к воротам в южной стене, тут стояли юрты тюркских кочевников, внутри малой юго-западной части, называемой цитаделью, был разбит шатер.

У внутренних ворот старший стражник закрыл въезд в цитадель отряду тархана, повелел пропустить только вельможу и его помощника.

Тимур Гальбар и Забар Тарбак подъехали к шатру. У входа стояли два стражника, они тут же скрестили длинные копья, перекрывая дорогу.

Приезжие спешились. Из шатра вышел помощник шада. Он знал всех тарханов в лицо.

— Салам, Тимур, салам, болышчы.

Тархан с помощником ответили взаимным приветствием.

Заместитель шада поднял руку. Воины убрали копья.

— Прошу за мной, Тимур, господин Ханук ждет тебя. Тебе же, болышчы, придется подождать здесь.

Тархан зашел в большой шатер, устланный коврами самых невероятных расцветок, с резной деревянной мебелью — шкафами, сундуками, лавками. Посреди шатра стоял невысокий топчан, также застланный ковром. На нем, поджав под себя ноги, сидел человек средних лет в шелковом синем халате с четками в руках. Рядом дымился кальян.

Помощник доложил шаду о прибывшем. Этого требовали традиции и установленные правила местного этикета. Шад и без того хорошо знал тарханов.

Гость поклонился, пожелал шаду долгих лет и процветания.

Ханук кивнул на край топчана перед собой:

— Садись, говори, что за срочное у тебя ко мне дело.

Тимур Гальбар присел:

— Оно касается моего брата Янура.

— Что с ним?

— Он ушел в земли славян.

— Мне это известно.

— Время возвращаться, а его нет.

— Мало ли что могло задержать Ильдуана в пути?

— Если бы он задержался, то прислал бы гонцов.

Шад резко взглянул на тархана:

— Гонцов не было?

— Нет!

— Что ты хочешь от меня?

— Помощи в поиске брата. С ним пошел и мой племянник.

Шад сощурился: