Подкидыш - Эльмира Нетесова

Николай стал присматриваться к объявлениям на досках. Читал, прикидывал, думал.

«Нужны рабочие на лесозаготовки! Характер работы — выездной! С проживанием в передвижных вагончиках. Дополнительно к окладу выплачиваются сверхурочные, пайковые. Характер работ — сезонный!»

«Не подходит!» — переводит взгляд на другое объявление:

«Нужны временные рабочие на уборку урожая в совхоз…»

«Требуются рабочие в цех мягкой игрушки…»

«Нужны упаковщики на фармзавод…»

«Срочно требуются рабочие в бюро ритуальных услуг…»

У Николая в висках звенело. Хоть самому закопайся заживо. А тут два мужика подошли. Тоже объявления смотрят. Комментируют вслух:

— Ну, вот это подойдет! Одну могилу выкопал, полтину, а то и стольник на двоих получи. Когда закопать надо — столько же отвалят. На покойников не жалеют родственники. А за день две могилы — запросто выроем! Считай, стольник на кармане. За месяц — большие бабки! Министр столько не получит. Я за такие деньги свою бабу живьем урою, вместе с тещей!

— Да мало того! Каждый день и выпивон, и закусон обеспечен! И в кармане шуршит! Во, лафа! Только зимой хреново! Холодно! Да и мерзляк долбить нелегко!

— За это доплачивают!

Николай, не воспринявший это объявление всерьез, теперь с интересом прислушивался к разговору. И вдруг испугался, что эти двое его опередят. Он заторопился. И успел…

— Говоришь, институт закончил? Строительный? Ну что ж? У меня уже вкалывают на погосте историк и филолог! Переквалифицировались! Довольны оба! Говорят, почти всех бывших коллег урыли. Тем зазорно было менять профессию. Моральный стопор сработал! А эти о детях думали. И выжили! Мне сюда для полного комплекта только адмирала не хватает! Бывшие ректоры, художники, даже певцы — все у нас. Так что скучно не будет! Беру и тебя! Заработок от самого зависеть станет! — напутствовал директор бюро ритуальных услуг.

И на следующий день Николай отправился на работу.

Его встретили шутками:

— Еще один прибавился! Покойничкам не придется в очереди лежать, замерзать в морге. А то там, говорят, весь ледник забит мертвецами! Не успеваем!

— Мрут, как мухи в дихлофосе. Ну и жизнь пошла! Старье молодых хоронит! Мрак какой-то!

— Это потому, что они революцию сделали! А молодые от ее результатов загибаются! Не вынесли достижений своих предков!

— Чего зубоскалишь? Наш новый коллега тоже не стар! Зачем пугаешь?

— Я — и не думаю! Здесь, на свежем воздушке, зачем помирать? Нам нельзя! Не то, кто могилы копать станет?

— Давайте, коллега, поближе к нам! Чем предпочтете трудиться? Ломиком, лопатой или киркой? — спросил Николая пожилой, невысокий человек с чистым, по-детски румяным лицом.

— Что предложите. Мне все равно…

— Тогда возьмите лопату! И вот здесь, видите отбивку для новой могилы? Начинайте копать.

Николай взялся за работу сразу. Грунт оказался податливым, и человек к обеду почти выкопал могилу. Когда сел перекурить, увидел, что и другие не бездельничали. Двое установили памятник, еще двое заканчивали ограду. Человек с розовым лицом сразу красил ее. Еще двое — копали могилы чуть поодаль и тоже подходили к финишу.

— Господа! На перекур! — позвал розоволицый всех. И, поставив к ограде банку с краской, подошел к Николаю: — Считаю, нам стоит познакомиться. Я — бригадир. Так сказать, маленькое начальство. Хочу знать, как вы намерены работать?

— Не понял! — удивился Николай.

— Я имею в виду обычное. Индивидуально будете выполнять заказы или общие? То есть объем работ и сумму — на всех поровну делить? Либо — все, что сами сделаете, за то и получите?

— Меня последнее устраивает! — ответил Николай угрюмо.

— Извольте, ваше желание — закон! Должен внести небольшие пояснения. С каждого заработка мы отдаем пятую часть! Кому, вам должно быть понятно без слов?

— Здесь за что? — изумился Калягин.

— Чтоб завтра не пришлось искать работу снова! Желающих на ваше место — целая очередь!

— Хорошо! Согласен!

— Тогда заканчивайте живее работу. Ваш заказчик прибудет скоро! И должен увидеть готовую работу! До конца дня нужно успеть выкопать еще одну могилу. Там придется посложнее, чем здесь…

Николай едва успел к приходу заказчицы — пожилой женщины, какая шла по дорожке, ничего не видя перед глазами.

— Готова? Сколько с меня? — спросила дрожащим голосом.

Николай подошел к бригадиру. Спросил.

— Сто рублей! — повторил услышанное.

— Что? Такие деньги? Я же на пенсию живу! Откуда мне столько взять?

— Вы были в бюро? Знали расценки. Зачем заказ сделали?

— Начальника не было! А без него цену никто не сказал!

— Хорошо! Я закидаю могилу! Пусть ваши родственники снова потрудятся ее выкопать! — ответил холодно. И уже взялся за лопату.

— Пятьдесят вам хватит?

— Здесь не базар! Расценки не я придумал.

— У! Шкуродеры проклятые! — вытащила из- за пазухи носовой платок, завязанный в узелок. Достала сотенную. Отдала дрожащей рукой: Без хлеба оставляешь…

— Пожалуйтесь покойному, — взял деньги. И, отвернувшись, пошел к бригадиру, злясь.

— Возьмите свое, — протянул сотню.

— В конце дня отдадите. Сразу. А сейчас вот туда пройдите. Да, к ограде. Там метка. К концу дня — справьтесь…

Николай не разгибал спины. Грунт оказался тяжелым. Глина с осколками кирпича, булыжник, корни деревьев. Николай давно снял взмокшую рубашку. Потом и майку сорвал. Но работа продвигалась медленно. Калягин молча чертыхался. Все ладони в мозолях. А могила лишь наполовину выкопана. Время неумолимо катилось к шести часам вечера. Вот-вот появится заказчик, Надо б успеть. Но сил не стало. Калягин оглянулся. Бригада работала, не замечая его, не оглядываясь.

— Помогите! Не могу! Сдал с непривычки. Давайте по общему заказу меня! Втянуться надо! — подошел к бригадиру.

— Дмитрий! Иван! Помогите новичку! — распорядился бригадир и протянул руку: — Давай деньги! Заработок в конце дня получишь. На всех поровну — сколько получится…

Николай дрожащей рукой отдал свой первый заработок. Его тут же позвали:

— Пошли живей! Спешить надо…

За час втроем еле управились.

Едва помыли руки, Иван сказал:

— Здесь тебе в одиночку не потянуть. И не только тебе! Любому! Сам скоро узнаешь, почему. Тут только вместе! От иных заказчиков такое услышишь, живьем в могилу заскочишь, добровольно. Уж кем только не обзовут! Кусок поперек горла стоит неделями! Когда вместе отбрехиваемся, тут легче!

В восемь вечера к кладбищу подошли три машины. Из одной вышел старик с парнем. Оглядели памятник, установленный на могиле, молча рассчитались и уехали. На второй — два парня. Проверили прочность ограды, установленной бригадой. Долго считали деньги. Отдавали туго, нехотя. Третьи — двое старух — подошли к могиле, кружили вокруг, придирчиво разглядывали.