Смерть в твоих глазах - Александр Тамоников

Северный Кавказ. 24 июня.

9.00 по местному времени.

Переговорив с Вороновым, командир второй диверсионно-штурмовой группы 36-го отряда специального назначения капитан Веселов, забрав планшет, вышел из канцелярии казармы, отсек которой занимало подчиненное ему подразделение. В спецназе Дмитрий оказался, можно сказать, случайно. Началось с того, что командира батальона перевели начальником штаба отдельной десантно-штурмовой бригады. Он и добился перевода в соединение лучшего своего ротного, капитана Веселова. После двухмесячных курсов дополнительной подготовки бывшего ротного назначили сначала заместителем командира разведывательной группы, а затем командиром диверсионно-штурмового подразделения, 36-го отряда специального назначения под командованием подполковника Юрия Викторовича Сорокина, человека заслуженного, Героя России. К нему для получения боевой задачи и направился Дмитрий. В штабном отсеке командир отряда находился один, без заместителей.

– Товарищ подполковник, капитан Веселов по вашему приказанию прибыл! – доложил Дмитрий.

– Проходи, коль прибыл, – ответил командир отряда, посмотрев на часы, – точно в назначенное время. – И, указав на стул у стола совещаний, добавил: – Присаживайся, капитан. – Затем поднял трубку полевого телефона: – Дежурный! Сорокин. Майора Скворцова с «духом» ко мне!

– С «духом»? Вы сказали, с «духом»? Значит ли это?.. – удивленно посмотрел на него Веселов.

– Это значит, Дима, – прервал его подполковник, – что чабана, сообщившего нам о горной базе боевиков Тимура Беева по прозвищу Мурза, разведчики доставили в часть нашей временной дислокации. Он сейчас на гауптвахте под усиленной охраной. Думаю, ты будешь не против напрямую пообщаться с ним?

– Да, конечно. Но не поспешили ли ребята из разведки? Чабана, насколько помню, поместили в отделение полиции, где проживала его семья. И это наверняка было известно Мурзе, так же, как и передача Вели Кодаева. А это реально может привести к тому, что мы застанем его базу пустой.

– Все верно, Дима, – кивнул Сорокин. – Так оно и произошло бы, но чабана Кодаева вывезли из аула не разведчики бригады, не федералы, а местные милиционеры, или полицейские, никак не привыкну к новому названию, для передачи в районный отдел внутренних дел. Разведчики же остановили конвой и вместе с чабаном отправили в N-ский мотострелковый полк. И уже оттуда Кодаева доставили к нам. Так что Мурза знает одно – трое полицейских повезли чабана в район и пропали. Учитывая то, что нападение на местных ментов не такая уж и редкость, особенно после разгрома организации Аль-Дира, а Кодаев знал Тимура Беева только как бывшего односельчанина, ушедшего в горы, то Мурза не дернется с базы, которую боевики тщательно готовили с зимы этого года. Да, охранение усилит, установит повышенное наблюдение за аулом Кирга, за плато, подходящим вплотную к «зеленке», но не уйдет. По крайней мере, по данным разведки, банда Мурзы до сих пор находится на бывшей ферме бывшего мирного скотовода Тимура Беева.

Веселов протер платком вспотевший лоб, в штабном отсеке кондиционер не работал, сломался, а заменить не успели.

– И все же, считаю, не следовало дергать Кодаева из аула.

– Не сделай мы этого, то уже вчера чабана похоронили бы. «Духи» убирают опасных свидетелей быстро, и тебе это не хуже меня известно. Нашли бы Кодаева в камере с признаками отравления, и все!

– Возможно. Но у нас была бы почти стопроцентная уверенность в том, что Мурза не покинет базу. А сейчас у главаря возникнет вопрос: что произошло с конвоем и чабаном. Если их завалили «духи» из других бандформирований, то это станет известно тоже быстро.