Солдат, который вернулся - Александр Тамоников

Тот сразу же ответил:

— Привет, Рома! Проблемы?

— Ты был прав.

— Ты сейчас где?

— Беседую с господином Быстровым. Судя по всему, наш разговор близится к завершению.

— Передай ему мобилку.

Николаев протянул Быстрову телефон.

Граф взглянул на него и спросил:

— Что за дела?

— Просят вас, Сергей Владимирович.

Быстров взял трубку, грубо ответил:

— Да! Александр Сергеевич? — Он тут же сменил тон. — Доброе утро. Все по-прежнему, работаем, пока силы есть. Слушаю!.. Конечно, Александр Сергеевич. Зашел бы в гости, посидели бы, выпили, о жизни поговорили. Да, конечно, понимаю. Рад был слышать. Всего хорошего. — Граф отключил телефон, положил его перед Николаевым и спросил: — Чего ваньку валял? Сразу не мог сказать, что ты от Шарнина?

— Хотел обойтись без помощи земляка.

— Хотел он!.. Короче, так. Работай. Каждый месяц до пятого числа через Семена будешь передавать три штуки.

— Баксов?

— Каких, к черту, баксов? Рублей. Но без просрочки. Мои парни тебя не тронут, но и прикрывать не будут.

— От кого прикрывать-то? Вы же тут единоличный начальник.

— У меня свои люди и работа. В дела водил мы не лезем. А они ребята жесткие, слишком простые. Лишний конкурент им не нужен. В общем, отношения с коллегами выстраивай сам. — Быстров усмехнулся. — Кстати, можешь для этого использовать своего друга детства Шарнина. Его здесь уважают. Но все же оглядывайся почаще. А то ведь с тобой могут и по беспределу разобраться. Не здесь, на площади, конечно. Тут мы мокрых дел не допускаем. А вот в городе, у дома, в подъезде, в баре — вполне. Много ли человеку надо? Нож в печень или в горло — и все. Был крутой спецназовец, да весь вышел.

— Спасибо за совет. Как у нас говорили, прорвемся.

— Ну-ну, снайпер, прорывайся.

— Первый взнос сейчас сделать?

— Ты еще не отработал месяц. Заплатишь в декабре за ноябрь. Все! У меня дела. Семену я передам все, что надо.

— До свидания, Сергей Владимирович.

— Если оно состоится.

— И не раз. Хорошее у вас кафе, уютное, теплое. Здесь, наверное, и готовят неплохо?

— Кафе хорошее, — согласился Граф. — Но не для тебя и не для таких, как ты.

— Понятно. Фейсом не вышел. Ну и ладно. В принципе, я не уважаю такие заведения, предпочитаю что-нибудь попроще.

— И это правильно. Но я, по-моему, сказал, что ты свободен, не так ли?

— Вы сказали, что у вас дела. Но не смею мешать.

Николаев вышел из кафе. Охранник беспрепятственно пропустил его.

На стоянке Семен поднял к уху сотовый телефон. Говорил он недолго. Николаев подошел к нему, когда человек Графа уже положил трубку в карман.

— Ну вот и все, Сеня, а ты боялся.

— Я ничего не боялся. Насчет оплаты все понял?

— Не глупей тебя.

— Слушай, мужик, а чего ты все время дерзишь, нарываешься?

— Характер у меня такой. Его, Сеня, уже не исправишь.

— Хреновый характер.

— Не спорю. Кстати, зовут меня Роман Сергеевич, можно просто Рома.

Семен рассмеялся:

— Нет, ты хоть и борзый, но мужик ничего. Я таких уважаю.

— Главное, Сеня, чтобы уважали тебя. Господин Быстров предупреждал, что водилы могут пакости строить. Это так?

— Пакости — не то слово. Прибьют запросто.

— Ты здесь должен все знать.

— Ну и что?

— Шепни, если услышишь чего-нибудь.

— В смысле?..

— В прямом. Я хочу знать, кто и что затевает против меня.

— Вот даешь! Это чего, стучать тебе, что ли?

— Да что ты, Сеня, зачем стучать? Стукачей я сам терпеть не могу. Просто шепнуть, если кто-то решит вывести меня из строя.

— Я к тебе на работу не нанимался.

Николаев фамильярно положил руку на плечо Семена. Тот попытался сбросить ее, но ощутил стальную хватку, не позволившую ему освободиться.

Роман же спокойно проговорил:

— Жизнь, Сеня, очень изменчивая штука. Сегодня я прошу тебя об услуге, а завтра, глядишь, ты подо мной окажешься. Тогда тебе придется просить меня. Уж я-то знаю. Так что, я могу рассчитывать не тебя?

— Если что серьезное — скажу. По мелочам разбирайся сам.

— Это и требовалось. Давай, Сеня, неси службу и дальше, бодро, ничем не отвлекаясь, а главное, не выпуская из рук оружия.

— Какое оружие? Мы тут стволы не носим.

— Ты в армии служил?

— На какой хер она мне сдалась?!

— Понятно. Поэтому и не знаешь устав караульной службы.

— А ты что, крутой боец?

— Типа того, Сеня. Ладно, все равно тебе ничего не понять, а мне работать пора. До связи.

— Какой связи? У тебя свои дела, у нас свои.

— Это я к слову.

— Да? Паши, Роман Сергеевич. Флаг тебе в руки.

Николаев вернулся к машине. Стас, подельник Семена, оживленно жестикулируя, что-то объяснял толпе водителей. Роман сел в автомобиль, достал сотовый телефон, подумал, включил сканер. В принципе, сейчас его не должны были прослушивать, но инструкции по страховке следовало соблюдать в любом случае. Сканер показал, что прослушка не работает.

Он набрал номер командира отряда.

— Седой! — ответил Валерий.

— Бурят, командир. Доброе утро.

— Доброе. Что у тебя?

— Я получил место.

— В курсе. Мы смотрим за тобой.

— Да? — удивился Николаев. — Что-то я этого не заметил.

— А ты не должен был ничего замечать.

— Но и сканер показал отсутствие спецконтроля.

— Включил прибор? Молодец. Но зачем нам контролировать тебя? Мы послушали ваш разговор с Графом и беседу этого субъекта с твоим другом Шарниным.

— О чем говорят Стас и водители?

— Парень объясняет им, что Граф лично разрешил тебе работать на площади. Водители недовольны.

— Ясное дело. Что там с раздражителем?

— В качестве такового выступит все же Грач. Иностранцу на Казанском вокзале сейчас вроде бы и нечего делать. Это не Шереметьево и не Домодедово.

— Понял. Когда подойдет Грач?

— А ты куда-то спешишь?

— Если честно, тяжело находиться на стоянке, когда тебя разглядывает пара десятков злобных глаз.