Любовь и баксы - Борис Седов

- Ваша, - терпеливо сказал Артур. - Вы даже можете на всякий случай спросить об этом еще раз. И я отвечу вам то же самое.

Я подошла к "Хонде" и потрогала ее. "Хонда" не растаяла в воздухе и не провалилась сквозь землю.

- Настоящая… - у меня почему-то вдруг защипало в глазах. - Ух ты… Нет, Артур, вы и в самом деле не в своем уме. У меня есть хороший психиатр, могу дать телефончик.

- Это тот, у которого вы лечитесь уже пятый десяток лет? - парировал Артур.

- Кто? - щипать в глазах моментально перестало. - Я? Пятый десяток?

Артур быстро отошел на несколько шагов.

- А что это вы от меня бегаете?

- Я боюсь, - ответил он, опасливо глядя на меня. - Боюсь, что вы снова начнете отдавливать мне ноги.

- Не бойтесь, не начну, - милостиво вздохнула я. Можете приблизиться.

Артур послушно подошел, и я, встав на цыпочки, поцеловала его в губы.

- Вот так, - сказала я.

Губы у него были теплые и сухие… Артур закрыл глаза, и я тут же сказала:

- Только не вздумайте говорить мне, чтобы я больше так не делала.

Снова открыв глаза, Артур с улыбкой посмотрел на меня и сказал:

- Не скажу. Может быть, вам подарить еще одну "Хонду"?

- Не надо. Я поцелую вас и так, - ответила я и поцеловала его еще раз. Артур засмеялся и сказал:

- А если бы я подарил вам теплоход "Мадам Грицацуева"?

- Не стоит разбрасываться пароходами ради того, что и так принадлежит вам.

Артур взял меня за руку и, поднеся ее к своему лицу, подышал в ладонь.

По моему затылку пробежали мурашки, и Артур сказал:

- Да, принадлежит… Мы принадлежим друг другу…

Потом он, сделав над собой видимое усилие, отпустил мою руку и с интонацией терпеливого учителя, говорящего с безнадежно тупым учеником, произнес:

- А эта машина - повторяю в третий раз - принадлежит вам. Почему я не слышу счастливого визга и не наблюдаю дикарских плясок вокруг добычи?

И я счастливо завизжала и запрыгала вокруг "Хонды".

Артур с улыбкой наблюдал за мной, а проходившая тетка с авоськами прошипела:

- Госсссссссссади! Совсем сбрендили, не иначе как с жиру бесются, олигархи проклятые!

- Молчи, жаба! - грозно прикрикнула я на нее. - Авоськи растеряешь!

- Лина! - Артур укоризненно посмотрел на меня. - Ну где ваше воспитание, ваша культура?

- Провалились! - радостно ответила я. - Я изо всех сил прикидывалась воспитанной и культурной, и, как видите, мои старания увенчались успехом - машина моя!

- Ах вы корыстная, бессовестная, многоликая самка! - возмутился Артур. - Вы хоть водить-то машину умеете?

- А умею! - гордо ответила я и вытащила из сумочки права, которые, несмотря на отсутствие личного транспорта, упрямо носила с собой шесть лет. - И хорошо умею, между прочим.

Мне и в самом деле приходилось часто ездить на чужих машинах, особенно когда их хозяева - мои друзья - назюзюкивалисъ на вечеринках. Да и в рекламной фирме у меня была служебная машина, которой я пользовалась как своей.

- А ну, покажите класс! - И Артур протянул мне ключи с брелоком.

Разобравшись с пулътиком сигнализации, я нажала на нужную кнопку. "Хонда" тихонько свистнула и отперла двери.

- Садитесь справа, - небрежно сказала я и пошла к водительской двери, пребольно ударившись голенью о бампер.

Однако виду я не подала, а только подумала, что теперь будет синяк, которого Артур, судя по всему не застанет. Я видела, что он еще не решился безоглядно броситься со мной в вечность. А небезоглядно мне и самой не хотелось…

Сев за руль, я вставила ключ в замок и повернула его.

"Хонда" вздрогнула и тихонько заурчала. Этот звук был настолько приятен, что я не выдержала и снова сказала:

- Ух, здорово!

- Конечно, здорово, - сказал Артур, устраиваясь рядом со мной. - Вот я смотрю на вас и, поверьте мне, получаю удовольствие едва ли не большее, чем вы сами. Верите?

- Верю, - кивнула я, прислушиваясь к шелковому звуку двигателя. - Я сама, когда дарю что-нибудь и вижу, что человек радуется этому, тоже радуюсь, наверное, больше, чем он.

- Да, - кивнул Артур, - это действительно здорово…

- Ну что, поехали?

- Поехали, - сказал Артур и махнул рукой. "Хонда" оказалась автоматом, и, включив "драйв", я решительно нажала на газ.

Мотор взвыл, и нас прижало к спинкам сидений.

- Пожалейте машину! - обеспокоенно воскликнул Артур.

Я сбавила обороты и спокойно ответила:

- Полет проходит в соответствии с графиком. Вижу впереди красный свет. Мягко нажимаю на педаль тормоза, глядя в зеркало заднего вида. А то еще кто-нибудь врежется со страху…

Остановившись перед светофором, я еще раз посмотрела в зеркало и поправила волосы.

- Вот-вот, - горестно кивнул Артур, - вот этого я и боялся. Только не вздумайте красить губы в машине.

- Вы хоть раз видели меня с накрашенными губами? - возмутилась я.

- Нет, не видел, - ответил Артур, - но боюсь, что теперь в вас проснутся могучие женские инстинкты, которые велят женщине красить губы на скорости восемьдесят и резко жать на тормоз, увидев в толпе такую же кофточку, как у вас.

Я в футболке.

- Значит, такую же футболку.

- Замолчите, пассажир, вы мешаете мне править. А то высажу.

- Кстати, насчет высадки… Вы не могли бы высадить меня на проспекте Блюхера?

- Артур, у вас опять дела? - я сделала губы сковородником.

- Да, - вздохнул он, - опять. Оставьте в живых этого дяденьку Ему и так плохо, видите, как криво он идет через дорогу?

- А как насчет кинжала милосердия? - спросила я, объезжая нетвердо шагавшего по проезжей части алкаша. - Может быть, ему лучше погибнуть под колесами экипажа, которым управляет красавица, чем уныло загнуться в богадельне?

- Может быть, - согласился Артур, - но красавицу затаскают по судам.

- Ладно, пусть живет. Какой вам дом на Блюхера нужен?

* * *

Доставив Артура по указанному адресу, я опять поцеловала его в губы - пусть привыкает, оттаивает, надо же наконец взломать на его сердце давнюю горестную корку… Рядом с ним, в конце концов, живая, теплая женщина.

А потом я поехала покататься - куда глаза глядят.

А глядели они в сторону центра, поэтому я очень скоро оказалась на набережной, переехала через Охтинский мост, ныне - мост императора Петра Великого, и через пять минут уже проезжала под мостом Александра Невского. Посмотрев на приборы, я увидела, что не помешало бы заправиться, и тут же впереди показалась заправка "ПТК".