Удавка из прошлого - Борис Бабкин

– Его надо найти, – недовольно перебил ее Борисов.

– Но тогда получается, – сказал Соколов, – что и Сарину убил Лиров. Убийства женщин идентичны. Что-то здесь не клеится.

– Мне нужен Лиров, – жестко проговорил Борисов. – А предположения оставьте на потом. – Он пошел к машине.

– Съел? – подмигнул Андрею эксперт.

– Ну что? – спросил по телефону Топорик.

– Никого не было, – ответил ему мужчина. – Я, наверное, сниму своих.

– Слушай, ты! – закричал Топорик. – Я тебе бабки плачу! Так что работай! Понял?!

– Ладно. Но цены ты знаешь.

– Получишь. И еще столько же, если будет результат.

– Я что-то не понял, – спросил Геракл, – кто это?

– Частное детективное агентство, – вздохнул Топорик.

– Но ты говорил, что там твои люди.

– Да, но они олухи, к тому же их вполне могут завалить. Поэтому я и обратился в агентство.

– Понятно! – Геракл засмеялся. – А ты не дурак. Может, и стрельнет что. Менты-то что говорят?

– Да ни хрена и луку мешок.

– Но ты упоминал об Угле.

– Был у ментов базарок такой. Но это просто одна из версий. И ее даже особо не рассматривают.

– Но вполне возможно, что именно Угол вешает. Его пахана вздернули в Лесосибирске. А там светанулись мужики из Красноярска. Вроде и твой дядя, брат твоей мамани, в этом участвовал. Так что, может…

– Да ну на хрен! – отмахнулся Топорик. – Угол на такое не способен. Да и кентов у него нет и не было. Я все-таки на Лопату мыслю. Эти морпехи…

– Но ты же говорил, что Лопатин пытался с тобой разобраться и вы его…

– Лопата – фуфло, а вот его приятели… – Топорик вздохнул. – Тут их хотели припугнуть малость – мол, укатывайте в темпе. Так они втроем так отметелили пятерых, что те в больничку попали. Да и в город они прикатили раньше, чем говорят. В общем, я на них думаю.

– Надо ментам капнуть, – сказал Геракл.

– Я с них сам спрошу, – процедил Топорик. – И за Чусану, и за Тупика, и за Змея. Вот только бы они светанулись там, у Суцкого. И все, хана им.

– Да надоело тут торчать, – проворчал один из трех парней. – Сколько можно-то? Сидим, как менты, в засаде, а толку ноль. Может, давайте сами Суцкого завалим? – Он засмеялся. – Скажем, что прикатили какие-то фраера. Нам велено не вмешиваться, а номер машины наобум ляпнем. Получим бабки и…

– Потом на куски разберут, а бабки на похороны пригодятся, – перебил его плотный молодой мужчина с завязанными в хвост волосами. – Хотя мне это тоже порядком надоело. Но писанулись, так надо до конца отрабатывать. Тем более Топорик обещал увеличить плату.

– Да Топорик уже никто и звать его никак, – ухмыльнулся третий. – От его хозяина люди из столицы прикатили, и вроде как…

– Заткнись! – пробасил плотный.

– А ты, Хоккеист, особо не выпендривайся! – вскочил тот.

И, отпрянув, замер. В руке Хоккеиста появился пистолет с глушителем.

– Еще раз на меня пасть откроешь, – угрожающе проговорил он, – завалю!

– Что-то там эти, из группы захвата Топорика, между собой не ладят, – усмехнулся невысокий молодой мужчина в очках. – Снова сцепились. Хоккеист угрожает кому-то.

– Как тебе, Мишка, удалось «жучок» поставить? – улыбаясь, спросил пивший кофе из термоса худощавый молодой мужчина.

– Я зашел туда вроде как долг отдать, двести рублей. Ну они и взяли. Я попросил воды попить. Они сказали, что кран на кухне. Я и воткнул «жучок». Они же в основном на кухне. Оттуда обзор хороший, а мне все слышно.

– Скорее бы уж все закончилось, – недовольно проговорил худощавый. – А то…

– Перестань, Артем, – остановил его Михаил. – Мы знали, куда работать идем. Мне это очень нравится. С детства детективами зачитывался, Вайнеров запоем читал. Но в милицию меня не взяли из-за хилого здоровья, а учиться на кого-то из правозащитников я не хотел. Желал непременно сыщиком. Поэтому предложение Васильича принял на ура. А ты, Артем?

– Работал в милиции в Новосибирске, в ДСП. Недолго, правда, четыре месяца. Там девчонку одну изнасиловали трое. Здоровенные быки, а мы мимо проезжали. Ну и стали их брать. В общем, поломали их крепко. Нас троих и уволили. Точнее, самих попросили. Я к матери в Красноярск приехал. А Васильич – мой сосед. Вот и стал я детективом.

– Поля, – позвал жену Суцкий, – где Яшка?

– В бане. Я ему нагрела воды, вот он и пошел. А что?

– Да я гляжу, что-то не видно его. Думаю, уж не прибили ли? Все-таки как ни крути, хоть и сволота, но сын.

– Перестань ты. Ему, думаешь…

– Припекло задницу, вот и примчался прятаться. Раньше он что-то не часто к нам приезжал.

– Так ты ж не велел. И подарков, говорил, мне твоих не надо.

– Ладно, хватит. Может, это и к лучшему, что так вышло. Уйдет из адвокатов. А то ведь вон мужики вчера говорили: твой-то убийц освободил. И что им ответить?

– Машина! – Услышав шум автомобильного мотора, Суцкий замер. – Вроде остановилась.

Схватив пятизарядный охотничий «винчестер», голым выскочил в предбанник и, приоткрыв дверь, напряженно прислушался. Автомобиль отъехал.

– От соседей, у их сына «Нива» есть. Фу!.. – Облегченно вздохнув, он вернулся в предбанник и положил оружие на полку.

– Моется, – опустив бинокль, сказал верзила в спор-тивном костюме. – Родителей жалко, – усмехнулся он, – а то бы можно запросто…

– Не ускоряй события, – остановил его сидевший у чердачного окна заброшенного дома бородач. – За Суцким наблюдают. И если не ошибаюсь, то две группы. Одни – шавки Топорика, а другие – скорее всего нанятые им же частные сыскари. В детстве я мечтал быть частным детективом и очень жалел, что таких нет в Союзе…

– «Ауди», – перебил его верзила. – Двое. Знакомые все лица, – усмехнулся он, опуская бинокль, – шестерки Топорика жратву привезли. Может…

– Хватит, Индеец, – перебил его бородач. – Задача – выхватить адвоката, других вариантов нет. Так что давай без самодеятельности.

– Скорей бы Топорика выхватить, – вздохнул тот. – Очень хочу посмотреть на него, когда он петлю на шее почувствует. Видно, гости надолго останутся. – Индеец вновь припал к биноклю. – Тачку во двор загоняют.

– Вы тоже, значит, из адвокатов будете? – внимательно рассматривая двоих крепких парней, спросил Суцкий-старший.

– Ага, – переглянувшись, весело отозвались они.

– Ясно. Из бандюков, значится. – Вздохнув, он вышел.

– Чего это вдруг? – кивнул ему вслед кудрявый парень.

– Да он меня поедом ест, – признался, открывая банку пива, Суцкий. – Недоволен моей работой.