Посвящение в герои - Сергей Зверев

Все утро караван шел с самой большой скоростью, на какую соглашались недовольные верблюды. И лишь когда время стало приближаться к полудню и разведчики, не спавшие всю ночь, начали на ходу задремывать, Лавров велел остановиться.

— Делаем стоянку три часа, — объявил он. — Мы все трое, — он кивнул на Анисимова и Горшенина, — ложимся спать. Нам надо прийти в форму, иначе можем начать плохо соображать и принять неверное решение. А этого допустить нельзя. Пока мы спим, кто-то должен стоять на часах. Кому из вас можно доверить оружие?

Моряки переглянулись, и Андрей Куликов, как самый старший, произнес:

— У нас трусов нет — иначе в море выходить нельзя. Так что оружие можно всем доверить. Ну а в первую очередь… Вот Косте Мельникову дайте. Он у нас самый боевой. Он и на судне себя проявил, еще во время захвата, и потом, уже здесь, побег начал организовывать. Ну, еще Сергею Муравьеву можно дать оружие — он и в армии служил, и вообще… не растеряется. Ну, и я готов нести службу.

— Хорошо, — согласился Лавров. — Берите оружие вы трое. Займете посты вон там, там и там, — он указал три бугорка в окрестностях лагеря. — Остальные отдыхают и готовятся к новому броску. Все, кроме Шарифа.

Майор повернулся к сомалийцу.

— Извини, друг, — произнес он с видом глубокого сожаления, — но уговор есть уговор. Пора нам расстаться. Дальше наши дороги пройдут врозь. Ты просился с нами, чтобы помочь нам найти Омара и чтобы мы помогли тебе выручить обратно ваших верблюдов. Обе задачи выполнены, верно?

— Да, но я мог бы еще вам помочь, — торопливо заговорил Шариф. — Проводить, показать воду, найти лодки…

— Ну, и в какой стороне нам искать воду, по-твоему? — усмехнулся Лавров. — Там, — он показал на север, — там, — взмах на запад, — или там?

— Ну… — замялся сомалиец, — надо ехать вперед, смотреть… Но я найду, обязательно найду!

— Не знаешь ты этих мест, — заключил майор. — И лодки ты не найдешь — здесь берег повсюду отвесный, бухт удобных нет, я знаю. Так что не выдумывай. Понимаю, что тебе хочется еще возле Насти побыть. Но делать нечего — пора расставаться.

И уже другим, деловым тоном спросил:

— Сколько верблюдов из вашей деревни тебе удалось выручить?

И майор показал на пасущихся неподалеку «кораблей пустыни».

— Мы успели забрать только шестерых, — заявил сомалиец. — Остальные остались у этих бандитов. И еще двое моих — это те, кого я вам дал, когда уезжали из деревни.

— Да, я помню, — успокоил его Лавров. — Но извини, друг, отдать тебе я могу только одного верблюда — того, на котором ты вернешься к себе в деревню. Остальные семь нам совершенно необходимы. Ведь нас стало 15 человек, столько верблюдов нам и надо.

— Как же так?! — возмутился Шариф. — Вы обещали!

— Не беспокойся, — остановил его Лавров. — Я свои обещания всегда выполняю. Верблюдов я у тебя не отнимаю, а покупаю. И за каждого готов заплатить по 150 долларов. Итого ровным счетом тысячу.

— Тысячу американских долларов? — произнес Шариф. — Сколько же это будет в наших сомалийских шиллингах?

Он начал что-то считать в уме, сбился, снова стал считать… Сумма, видимо, получалась запредельная, потому что Шариф облизнул губы и поспешно сказал:

— Да, я согласен.

— Вот и отлично, — отвечал Лавров. — Вот, получи деньги.

И он отсчитал сомалийцу требуемую сумму.

— Теперь вот тебе твой стакан воды, и давай езжай, — настойчиво потребовал Лавров. — Извини, друг, долго прощаться времени нет — мне надо поспать, и снова в путь. Да и тебе надо бы спешить, пока люди Омара не перекрыли путь на север, в твою деревню.

— Не беспокойтесь, Шариф в саванне всегда найдет безопасный путь, — не удержался, чтобы не похвастаться, сомалиец.

Он бережно принял из рук Анисимова стакан с водой, медленно выпил ее, сел на своего верблюда, бросил последний взгляд на Настю и двинулся прочь.

— Вот и хорошо, — заключил Лавров, когда сомалиец скрылся из виду. — Какие-то следы от него обязательно останутся. Если люди Омара их заметят, пусть ломают себе головы, думают, что это мы на две группы разделились.

— Ну, теперь можно и на боковую, — заявил он после этого, расстелив свой коврик рядом с Анисимовым и Горшениным — те уже несколько минут спали. А майор, вопреки собственным словам, ложиться не спешил. Вместо этого он достал карту и начал ее внимательно изучать.

Изучение продолжалось долго — чуть ли не час. После этого Лавров принялся настойчиво будить товарищей.