Агент немецкой разведки - Евгений Сухов

Когда сильно чего-то жаждешь и делаешь все возможное ради получения желаемого результата, ты его непременно получаешь. И это не просто какое-нибудь везение или выпавший счастливый случай, а полученный в процессе движения к цели вполне объяснимый и закономерный результат.

Даже если он весьма напоминает чистую случайность.

Полк постепенно пополнялся новыми людьми. Приходили обстрелянные бойцы, из запасных полков. Возвращались бойцы из госпиталей и лазаретов. Подтягивались новобранцы из глубокого тыла, совсем не нюхавшие пороха. Пришла маршевая рота, одетая в новое, ни разу не стиранное белье.

А кто они, эти новые люди? Откуда? Чем до этого жили? Не струсят ли в первом же бою? Не переметнутся ли к немцам, воспользовавшись листовкой-пропуском в плен, гарантирующей сохранение жизни?

Это младшему лейтенанту Ивашову надлежало знать. А значит, следовало активизировать работу агентов-осведомителей. И вербовать новых…

На следующий день после гибели писаря Епифанцева в его кабинет буквально влетел Масленников и порога выпалил:

– Егор Фомич, в третьем батальоне вражина завелся!

– Кто такой? – отложил бумаги Егор.

– Рядовой Зеленчук.

– Откуда тебе это известно?

– Наш осведомитель «Степа» сказал. Ну, ездовой хозвзвода третьего батальона Захар Степанов, – добавил сержант, полагая, что младший лейтенант запамятовал или еще не очень хорошо знал своих агентов-осведоми– телей.

– Помню, помню… – кивнул своему помощнику Егор. – А ему откуда это известно?

– Он слышал, как рядовой Осипенко говорил другому рядовому по фамилии Грач, что узнал в рядовом Зеленчуке, прибывшем с пополнением, предателя-полицая.

– Давай, веди сюда этого Осипенко, – приказал Ивашов. И предупредил: – Только так, чтоб никто ничего не заподозрил. Так, будто покурить отошли в сторонку…

– Понял я, не впервой!

Через четверть часа сержант Масленников привел в кабинет Ивашова молодого солдата из предпоследнего пополнения. Звали его Остапом Осипенко. Он абсолютно не понимал, зачем сержант привел его «к начальнику по „СМЕРШу“», и явно трусил. Ивашов лишь мельком глянул на бледного рядового и тотчас сообразил: трусость рядового Осипенко вызвана не тем, что за ним водятся какие-то грешки, попадающие под внимание контрразведки, а робостью перед любым начальством. К тому же, прибыв в полк, Остап Осипенко, очевидно, уже успел наслушаться много нелестных рассказов про организацию с названием «СМЕРШ».

– Солдат… не… это… рядовой Осипенко… явился… не… пришел, как вы велели, – совсем не по форме доложился военнослужащий.

– Оперуполномоченный отдела контрразведки «СМЕРШ» полка младший лейтенант Ивашов, – представился солдату Егор, не став указывать рядовому на ошибки в форме его доклада. Правильной форме доклада, субординации и остальному прочему, что положено знать военному человеку, старшина роты научит быстро… – Мне стало известно, товарищ рядовой, что вы узнали в одном из солдат из прибывшего пополнения фашистского прихвостня и предателя. Это так?

Осипенко молча сморгнул и удивленно уставился на Ивашова.

– Не надо удивляться, товарищ рядовой, – усмехнулся младший лейтенант. – У нас с товарищем сержантом, – взглянул он на Масленникова, – служба такая: про всех все знать. Так что играть в молчанку с нами не стоит. Наоборот, с нами, как с врачами, можно и нужно говорить обо всем… Вам это понятно?

– Ага, – ответил Осипенко.

– Следует отвечать не «ага», а «так точно», – поправил рядового сержант.

– Так точно, – произнес Осипенко.

– Вот это уже лучше. Итак, слушаю вас. В ком вы узнали полицая?

– В рядовом Зеленчуке.

– Вы уверены?

– Уверен, – кивнул рядовой. – Только когда он служил при немцах полицаем, его звали по-другому.

– Как именно? – быстро спросил младший лейтенант.

– Тарасом Коноваленко.

– Он вас знает?

– Нет.

– А вы его откуда знаете?

– Видел однажды, когда приезжал в райцентр с нашего села.

– Как называется село?

– Устиново.

– А райцентр?

– Зачепиловка.

– Это на Харьковщине?

– Так точно, – ответил рядовой Осипенко.

– Хорошо, – кивнул Ивашов и продолжил: – Когда и при каких обстоятельствах вы видели этого Коноваленко-Зеленчука?

– Я, значит, в Зачепиловку приехал. На базар. Батя меня прислал кое-какую одежонку на соль выменять. Сам-то он у меня из села не выезжает. Куда ему на одной ноге. Он ее на империалистической потерял…

– Давай, рядовой, без ненужных подробностей, – заметил солдату Егор.

– Ага… Так точно, то есть… – поправился Осипенко. – Ну, значит, приехал я на базар, иду по рядам. А как раз в енто самое время мимо базара полицаи троих мужиков ведут в красноармейской форме. Избиты они, еле идут. Один из них, значит, споткнулся и упал. Ну, полицай кинулся его избивать, ногами пинать. Бьет, остановиться не может. И тут возле меня одна баба и говорит: «Ишь, как Тарас над пленным измывается». А другая ей и отвечает: «Эти Коноваленки все лютые такие»…

– Полицаи были в форме? – поинтересовался Ивашов.

– Нет. В гражданской одежде… У них на рукавах были повязки. Такие желто-голубые… А вот на голове фуражки, мы их «мазепинками» называли.

– И ты, стало быть, с одного раза запомнил полицая, избивающего пленного, и фамилию его запомнил, – недоверчиво спросил младший лейтенант Ивашов.

– Запомнил, – кивнул Осипенко. – Если бы вы бы видели, как тот полицай красноармейца бил, тоже бы запомнили.

– А теперь, выходит, этот полицай Тарас Коноваленко под фамилией Зеленчук у нас в третьем батальоне рядовым служит, – задумчиво проговорил Егор.

– Так точно, – уверенно ответил Осипенко.

– Значит, так, рядовой Осипенко, – после непродолжительной паузы сказал Ивашов и сделался очень строгим. – О нашем разговоре никому ни слова. Это приказ. За рядовым Зеленчуком по пятам не ходить, никому из солдат о том, что он бывший полицай, не рассказывать. Это тоже приказ. Мои приказы вам надлежит соблюдать неукоснительно, поскольку с этой минуты вы становитесь негласным агентом контрразведки «СМЕРШ». О чем тоже запрещено говорить кому бы то ни было, включая ваших командиров. Позже наше сотрудничество мы оформим официально, и вам будут даны специальные секретные задания, а пока – просто достойно служите нашей советской Родине. Вы свободны…

Когда рядовой Осипенко ушел, Масленников, слегка улыбнувшись, произнес:

– Славно как вы этого Осипенко вербанули. Он этого и не заметил…