Операция "Рагнарёк" - Андрей Юрьевич Журавлёв

Она выплела из тяжелых кос, струящихся по лиловому шелку платья, жемчужную нить и раздала по жемчужине всем собравшимся.

— У каждого в жизни может настать момент, когда только чудо может помочь. Если очень-очень захотеть – оно случится. А мой дар поможет вам об этом не забыть.

— Любое чудо? – прагматично уточнила Рыжая. – А чтобы нам не мешали самим решать наши проблемы – легитимное желание?

— К сожалению, нет, — вздохнула Мелисента, — того, что может изменить судьбы многих, и хотеть должны многие. Вместе. Но и для себя лично иногда можно пожелать. Тем более что каждый из вас этого заслуживает.

Ксюша бережно спрятала свою жемчужинку в вышитый кармашек на поясе синего шелкового платья. Этой ночью в чудо поверить было легко.

Даже звезды в ночном небе казались ярче, чем обычно. Разодетые в парчу и бархат Ши, прекрасные и отстраненные, прогуливались по лугу плавно и торжественно. Малый народец в пестрых и забавных одежках весело сновал вокруг пиршественных столов. В на первый взгляд похожих на людей гостях без труда угадывались вампиры в костюмах старинных эпох, камзолах, фраках и сюртуках, вервольфы, даже в вечерних нарядах сохранявшие первозданную дикость, маги в расшитых таинственными знаками мантиях. И гном – самый настоящий. С Фьяларом Бруниссоном их, конечно, тоже познакомили. И дроу, с серебристыми короткими волосами и остроконечными ушами, категорически отказывающаяся вести себя как пафосная героиня фэнтези, весело подначивающая друзей, задорно смеющаяся их шуткам.

И все эти, еще совсем недавно казавшиеся вымышленными, персонажи сказок, легенд, романов легко и непринужденно приняли в свою компанию людей – Ксюшу, Сашу и Лену, Зою Сергеевну. Ксюша вспомнила свои мечты когда-нибудь попасть в другую, волшебную реальность. Но теперь она совсем не чувствовала себя чужой на сказочном пиру, среди героев эпосов и легенд, в компании вампиров и фей.

«Вы все это заслужили», — сказала Принцесса. Так оно и было. Ксюша тоже создавала эту новую реальность своими поступками, решениями, жизнью. И в том, что этой ночью над сияющим белоснежными цветами Холмом плыли разноцветные облака, а над изумрудным лугом звучала нежная музыка, была и ее заслуга.

— О чем задумалась, красавица? – окликнул Ксюшу темноволосый улыбающийся гигант в шитом серебром красном кафтане. — Не дело девицам на пиру скучать.

— И где твои манеры, Джереми? — с напускной строгостью спросила Мелисента. – Тебя еще не представили, а ты уже пристаешь к девушке с поучениями.

Она обернулась к Ксюше.

— Мой дядя, Джереми Бомайн. Плохо воспитан, зато хорошо дерется.

— И танцует тоже неплохо, — добавил от себя Герцог, — не хотите ли проверить, барышня?

— Барышня у нас – командир бронепоезда товарищ Ксюша, — заметил Войцех, — так что вспоминай, куда ты запрятал хорошие манеры.

— Учи ученого, — фыркнул Джереми, — я за девушками ухаживал, когда тебя еще на свете не было.

Все дружно расхохотались, и Герцог слегка смутился, сообразив, что сболтнул лишнее, но тут же отвесил Ксюше самый учтивый поклон, и девушка, улыбнувшись, кивнула, принимая приглашение на танец.

— Потанцуешь со мной? – к Рыжей подлетел темноволосый паренек с обаятельной улыбкой и серьезными серыми глазами.

— А вы заслужили это, капитан Дикинсон? – Кэрол почти совсем не улыбнулась.

— Мистер Дикинсон профинансировал нашу военную кампанию, — ответила Ксюша, сообразившая, кого, наконец, видит перед собой.

— Это засчитывается, — рассмеялась Рыжая, и обе пары отправились в сторону танцевальной площадки.

Вдоволь наплясавшаяся Кэрол сидела на плетеной скамеечке под цветущей – осенью! – яблоней, в ожидании Криса, отправившегося за мороженым. В ветвях заливался соловей, над головой сияла полная не по сроку луна, белые лепестки, кружась, падали на рыжие волосы душистым дождем.

— Стоило большого труда застать вас в одиночестве, мисс Локхарт.

— С чего такое формальное обращение? – насторожилась Рыжая.

— Собираюсь сделать вам предложение, Кэролайн, — сообщил Брюс, присаживаясь на скамью рядом с ней, — официальное. Почти.

— Послушать интересно, — кивнула Кэрол, — но учти, я умею отказаться от всех не устраивающих меня предложений.

— Это, скорее, предложение, на которое можно и согласиться, — усмехнулся МакГи, — готов за это поручиться.

— И от чьего имени ты собираешься его сделать? При всем уважении к тебе лично, организация, на которую ты работаешь, доверия не вызывает.

— Те, кто поручил мне его сделать, поставили условие. Ответ на свой вопрос ты получишь только в том случае, если согласишься.

Рыжая поглядела на Брюса внимательным взглядом, приглашающим к продолжению разговора.

— Тебе предлагают вступить на государственную службу. Со всеми вытекающими последствиями – жалование, пенсионная программа, юридическая и дипломатическая защита…

— И с необходимостью подчиняться приказам, — хмыкнула Рыжая, — с необходимостью увязывать и согласовывать свои решения. С необходимостью быть там, где прикажут, а не там, где нужно. С необходимостью выслушивать абсурдные обвинения... Проходили! Не ты первый. Мне и так неплохо живется. Сейчас — вообще замечательно, я неистребима и ужасна. А ты меня пенсией соблазняешь.

— Тебе – значит, вам всем, — уточнил МакГи, — в качестве Независимого Контингента Специальных Операций. В случае согласия – звание полковника для тебя, и соответствующие – для твоих офицеров.

— Независимого… Это значит, что я, максимум, смогу выбирать средства. Но не цели. Полковник... не помнишь, что с полковниками от такой жизни бывает? Вот уйду в джунгли Камбоджи, кого за мной отправишь, Криса? Извини, не подходит. Пока.

— А когда может подойти? – с надеждой спросил Брюс.

— Не знаю. Возможно, никогда. Подожду какого-нибудь знакового события, тогда буду думать. А пока – «нет».

— Какого события? – насторожился МакГи.

— Ну, например, когда курс Шемета из резерва переведут в управление спецопераций, — подмигнула Рыжая, — спасибо за предложение, Брюс, но сейчас есть кое-что, что меня интересует больше.

— И что это?

— Мороженое, — рассмеялась Кэрол, заметив идущего к ним Криса.

— Еще по одной? – Беккет не спрашивал, он предлагал.

Тео кивнул и принял из когтистых лап Гангрела тонкостенный стакан в форме тюльпана. На дне плескался виски из личных запасов Картера Вандервейдена, а сам Принц, при жизни еще менее привычный к таким дозам дорогостоящих (впрочем, и дешевых тоже) спиртных напитков,