Операция "Рагнарёк" - Андрей Юрьевич Журавлёв

крылом Белого Дома с неудобопроизносимым названием «Президентский центр чрезвычайных операций» они были вдвоем. Президент Соединенных Штатов, самое влиятельное лицо в мировой политике, и его Советник по национальной безопасности. В узкой комнате, где с трудом можно было протиснуться между синими с золотой полосой креслами, окружавшими длинный деревянный стол, и стенами, в дубовые панели которых были встроены мониторы связи с командными пунктами, Генштабом и ОКНШ*, было почти темно, и только мерцание экранов выхватывало из мрака то хрустальную пепельницу, то колпачок паркеровской ручки с золотым пером.

Зиад усмехнулся, надеясь, что темнота скроет улыбку. Все шло по плану. И даже лучше. Его предшественник по руководству операцией совершил ошибку, поставив на Министра обороны против Президента. За что поплатился жизнями и своей, и своего протеже, не считая безымянных солдат, погибших при репетиции захвата Белого Дома. Он, Зиад, действовал тоньше. На место амбициозного Министра был назначен старательный служака, без раздумий выполняющий любые приказы Президента. А сам Президент сломался и полностью попал под влияние своего Советника всего за какие-то пару месяцев. Паранойя, заботливо культивируемая и взращиваемая Зиадом, полностью поглотила Верховного Главнокомандующего, и «русская угроза», в сочетании со страхом перед теневыми союзниками, организовавшими ему победу на выборах, полностью лишила его способности к здравым рассуждениям. То, что сейчас, в нарушение всех правил и законов, они находились в бункере только вдвоем, служило лучшим тому подтверждением.

— Вы уверены, что здесь совершенно безопасно, Ричард? – умоляющим тоном спросил Президент. – Если русские ответят, прямого попадания ракеты бункер может не выдержать.

— Они не ответят, — зловеще прошептал Зиад, — не успеют. Вы же сами видели, господин Президент, что там творится. Коммунисты снова у власти, и ядерное оружие перешло в их руки. На этот раз они своей территорией не удовольствуются. И ни перед чем не остановятся, чтобы их пресловутая «мировая революция» победила. Мы только принимаем необходимые меры безопасности.

— Ну да... Вы об этом уже говорили... Конечно... – пробормотал Президент, — и Министр с вами согласен. Но почему они медлят? Я хочу уже видеть результаты, Ричард.

— Увидим, — хмыкнул Зиад, — они там в ОКНШ, конечно, тугодумы, но не настолько, чтобы ослушаться прямого приказа. Тем более, что на этот раз у нас есть неоспоримые доказательства.

— Сфабрикованные доказательства, — еле слышно прошептал Президент.

— И кого это волнует, если они сфабрикованы так, что не подкопаешься? – пожал плечами советник. – Расслабьтесь, господин Президент. Как только ракеты взлетят, а бомбардировщики поднимутся в воздух, мы перевезем вас в комфортабельное обиталище в одном из подземных городов, построенных на случай ядерной угрозы.

Программа укрытия наиболее «достойной» части населения в подземных городах волновала Зиада больше всего. Вампирам не страшна ни радиация, ни ядерная зима, но часть Скота следовало сохранить, чтобы у новых властителей мира не было недостатка в свежей пище. Эти глупцы, решившие выйти почти что на свет, могли довольствоваться добровольным подачками в пластиковых пакетах. Истинные Дети Тьмы даже подумать о подобном унижении не могли без того чтобы ярость не накатила кровавой волной.

— Терпение, господин Президент, — повторил Зиад, — через минуту-другую начнется.

Ждать пришлось даже меньше минуты.

Дверь бункера распахнулась, и в комнату вошел контр-адмирал МакГи в белом мундире и при кортике. За ним – несколько человек в штатском с оружием в руках. Темнокожая девушка с короткими серебристыми волосами в мгновение ока очутилась рядом с советником, уперев дуло револьвера ему в висок. Затем показался весьма растерянный начальник Службы безопасности Белого Дома и, в довершение всего, оператор с телекамерой.

Экран связи с ОКНШ мигнул и на нем появился председатель комитета, четырехзвездочный генерал Джейк Миллер, а рядом с ним бригадный генерал Оскар Мартин.

— Комитет подтверждает ваши полномочия, господин МакГи, — сообщил Миллер, — действуйте.

На другом мониторе тоже вспыхнула картинка — окружившие президентскую резиденцию части морского десанта, чье присутствие объясняло непрофессиональную растерянность на лице начальника службы безопасности.

— Господин Президент, — четким командным голосом произнес Брюс, — решением Комитета Национального Спасения вы отстраняетесь от исполнения служебных обязанностей и от командования Вооруженными силами страны по подозрению в государственной измене и действиях, повлекших за собой угрозу национальной безопасности.

— Господин контр-адмирал! – возмущенно заявил Президент, — это вы совершаете государственную измену! Вы присягу приносили...

— Я присягу стране приносил, а не кучке коррумпированных мерзавцев, — спокойно возразил МакГи.

— Надеюсь, я могу быть свободен? – ироническим тоном поинтересовался Советник. – Ко мне ваши обвинения не относятся, я лицо, не принимающее решений.

— Надейся, — весело рассмеялась Делия, наконец, закончившая свое хитрое плетение.

Маска слетела с Ассамита в мгновение ока, и удивленным глазам присутствующих предстал невысокий смуглокожий мужчина с тонкими усиками под весьма выдающимся носом и горящими ненавистью темными глазами. Впрочем, сверкать взглядом он мог сколько угодно, поскольку незримые путы Воздуха крепко опутали его по рукам и ногам.

— А ракеты? – со смесью надежды и отчаяния в голосе спросил бывший президент США.

— Идиотов, готовых исполнить такой безумный приказ, даже в Генштабе не нашлось, — рассмеялся Брюс, — мы давно понимали, что страной правит клика продажных подонков, но ваш приказ весьма подстегнул события.

Президент ссутулился и сник, уронив лицо на лежащие на столе руки. Наступила неловкая пауза.

— Господин МакГи, — тихо спросил телеоператор, — материал идет в прямой эфир. Что дальше снимать-то?

— Вот это снимай! – рявкнул Брюс, ткнув пальцем в висящий на стене текст в дубовой раме.

И, не глядя на документ под стеклом, чуть взволнованно произнес слова, которые с юных лет хранил в сердце.

«Мы исходим из той самоочевидной истины, что все люди созданы равными и наделены их Творцом определенными неотчуждаемыми правами, к числу которых относятся жизнь, свобода и стремление к счастью. Для обеспечения этих прав людьми учреждаются правительства, черпающие свои законные полномочия из согласия управляемых. В случае, если какая-либо форма правительства становится губительной для самих этих целей, народ имеет право изменить или упразднить ее и учредить новое правительство, основанное на таких принципах и формах организации власти, которые, как ему представляется, наилучшим образом обеспечат людям безопасность и счастье».

— Хорошо сказано, Брюс, — растроганно произнес Мартин с экрана монитора, — пора напомнить, зачем мы создавали эту страну. И вернуть ей достоинство и гордость.

Делия молча кивнула. Дроу не любила пафосных слов, но сейчас они были к месту, и она