Гнев ликвидатора - Александр Тамоников

Через минуту старший лейтенант ответил:

– Ты говоришь, Мамонтов уже поехал к месту возгорания?

– Если обнаружит его, ливень-то какой!

– Ясно! Вызываю пожарку и «Скорую помощь»!

– Правильно! Еще бы, старлей, не мешало предупредить пост у Партизана. Возможно, если имеем дело с ограблением, бандиты еще не прошли его. Или свернули на объездную! Надо поднимать милицию в Партизане!

– Это погоди! Надо сначала с фурой из Демидовска разобраться!

Резунец усмехнулся, но так, чтобы это не слышал дежурный по отделению:

– Пока будем разбираться, потенциальные преступники далеко уйдут или встанут на отстой. И следов их мы не обнаружим, опять-таки из-за проклятого дождя.

– Я тебя понял, старшина! Неси службу особенно бдительно и подготовь документацию к проверке. Если опять бандиты бомбанули фуру, пост проверять будут в первую очередь.

Старшина заявил:

– Пусть проверяют! У меня с бумагами порядок. Лишь бы страшного не случилось. Ошмонают фуру, сожгут ее и черт бы с ней. Пацана-водителя не тронули бы. Молодой еще, доверчивый, неиспорченный.

– Я тебя понял! Все, Дорога, до связи!

– До связи, старлей!

Резунец отложил микрофон штатной радиостанции, приказал лейтенанту:

– Ты мой разговор с дежуркой слышал. А посему давай в тачку и пулей к месту, где «КамАЗ» повернул в лес. Там посади «жигуленок» в грязь. И жди, что будет дальше! Понял?

– Понял, Иван Леонидович!

– Пошел, Игорек! И смотри, аккуратней, если жить хочешь.

– Я все помню! Поехал!

– Давай, с богом, лейтенант! Если что, звони на мобильник!

– Понял!

Вместе с пожарной машиной, которая сумела пробиться к догоравшему в овраге «КамАЗу» Куприянова, к месту поворота прибыли и «Скорая» из поселковой больницы Черного, и следственная бригада из Партизана. В составе старшего лейтенанта Евгения Головко, лейтенанта Вадима Крылова, возглавляемая капитаном Федорчуком, 45 лет, дослуживающим последний год в милиции, но исполняющим свои обязанности так, как это требует служба, считающимся в поселке ментом правильным и порядочным. Следственная группа прибыла на «УАЗе», ведомом старшим сержантом Эдуардом Ланиным. Водитель милицейского внедорожника, взглянув на грунтовую дорогу и застрявший «жигуль» дорожно-постовой службы, покачал головой и сказал Федорчуку:

– Не проедем к месту возгорания, Георгий Степанович. Все, что смогу сделать, так это вытащить гаишную машину!

Капитан и сам понял, на «УАЗе» по размытой лесной дороге не проехать, поэтому отдал команду:

– Женя, Вадим, на выход! Пойдем в лес пешком! Эдик, вытягивай гаишника, поговори с ним и обследуй лес с противоположной стороны. Глядишь, что-нибудь интересное и найдешь!

Водитель ответил:

– Есть, товарищ капитан!

Офицеры следственной бригады покинули «УАЗ». Пошли лесом вдоль грунтовки. «Скорая» так и осталась на асфальте ждать, потребуется ли помощь ее персонала. Проходя мимо засевшей в грязи «семерки» ДПС, капитан увидел лейтенанта, вышедшего из «жигуленка» и очищавшего травой свои измызганные хромовые сапоги. Старший следственной группы окликнул его:

– Лейтенант!

Мамонтов ответил:

– Я!

– Подойдите ко мне!

Старший инспектор дорожно-постовой службы выполнил требование выглядевшего на все шестьдесят седого мужчины в гражданской одежде, в котором без труда угадывался человек военный или служивший в органах.

Инспектор подошел, представился:

– Лейтенант дорожно-патрульной службы отделения милиции поселка Черный Мамонтов Игорь Викторович.

Представился и мужчина в штатском:

– Старший следственной группы капитан Федорчук Георгий Степанович, Партизанский ОВД.

– Очень приятно!

Федорчук кивнул на «жигуль»:

– Плотно сел!

Лейтенант вздохнул:

– Да! Спешил. Думал, проскочу. Как дым с поста увидели, я и поехал сюда, оставив вместо себя старшину. Не проскочил.

– А почему вы решили проверить, что за дым возник в лесу?

– Так это…

Мамонтов объяснил капитану все, что следовало сообщить следственным органам по фургону Куприянова.

Федорчук спросил:

– Значит, парень из Демидовска вез коньяк, а крюк, нарушение маршрута объяснил необходимостью замены автошин на полуприцепе, при этом в поселок Черный так и не въехав. Правильно я вас понял?

– Так точно, правильно!

– Ладно! Сейчас сержант нашим «УАЗом» вытащит ваши «Жигули». А затем я попрошу вместе с сержантом осмотреть противоположную сторону леса.

– А как же пост?

– А что бы вы делали, если бы мы тоже приехали на легковой машине?

Лейтенант согласился:

– Хорошо! Предупрежу своего заместителя и поработаю с вашим сержантом!

– Вот и договорились!

– А вы к месту пожара?

– Да!

– Далековато!

– Ничего! Не в первый раз!

Офицеры под руководством Федорчука направились в глубь леса, лейтенант вызвал Резунца:

– Иван Леонидович? Мамонтов!

– Слушаю тебя!

– Мне тут со следаками придется задержаться, ты в отделение об этом сообщи и неси службу один. Неизвестно, сколько мне здесь проторчать придется.

Резунец поинтересовался:

– Кто возглавляет следственную группу?

Мамонтов ответил:

– Капитан Федорчук!

Старшина знал следователя:

– Ты поаккуратней с ним! Знаю этого неподкупного пса. Последний год служит, а все продолжает «рыть землю», будто за это ему большую звезду на погоны повесят или пенсию увеличат. Служака принципиальный, оттого опасный! Он спокоен, и в этом спокойствии главная угроза. Особо много не болтай!

– Да мне больше с его водилой-сержантом предстоит работать! Сам капитан пехом пошел к пожарищу, меня же с водилой попросил лес с другой стороны осмотреть.

– Смотри! В общем, я все понял, что надо, начальству сообщу! Давай, Игорек, осторожней и помни, что я тебе говорил!

– Такое разве забудешь?

Отключив мобильник, лейтенант вновь вошел в грязь, зацепил трос. Сел в салон. «УАЗ» не без труда, но вытащил «Жигули» на асфальт.

Лейтенант поблагодарил сержанта, спросил: