Инсталляция - Александр Петрович Лебедев

– А куда ты собралась?

– Не знаю, мало ли что может произойти.

– Я не собираюсь опять спорить, или я тебя запру, или возвращайся в свой шкафчик со швабрами.

Светлана подумала, что этот диалог уже мало похож на разговор двух агентов, старшим из которых является она. Девушка глубоко вздохнула и сказала:

– Хорошо. Надеюсь, ты прав.

Глава 9

Светлана встала возле иллюминатора и посмотрела на проплывающий аккуратный залив с крохотным покосившимся домиком и деревянным причалом.

«Надо же, – думала она, – а ведь здесь кто-то живет, ходит по утрам на рыбалку, купается и совершенно не замечает окружающей красоты. Хотя, наверное, с грязного берега, заваленного этикетками от конфет и пустыми бутылками, так же красиво смотрится проплывающая белая яхта, и кто-то смотрит сейчас на нее и завидует счастливым людям».

Светлане захотелось лечь на полку, но она вспомнила о том, что непременно начнет изнурять себя кулинарными фантазиями.

«Странно, – подумала она, – почему Максим, с такой легкостью убедивший капитана и команду черт знает в чем, узнавший в течение нескольких часов о наличии Руслана и постоянно проявляющий инициативу, никак не может решить проблему, которая на фоне всего предыдущего должна казаться плевой. Наверное, нужно было оставить ему его деньги. Но как? Он же остался в одних плавках. Наверняка, это выглядело бы странно. Конечно, их можно ему вернуть и сейчас. На купюрах же не написано, что это его деньги. Да, надо вернуть. С ними парень что-нибудь придумает. Нет, ну как же так? На яхте нет возможности просто купить пирожок или булочку? Что же лучше, пирожок или булочка? Конечно, пирожок. С рисом и мясом или с картошкой, лучше горячий, но можно любой. И запить его молоком или горячим чаем. А еще лучше… Ну вот, опять началось, – отпугнула мысли Светлана, – все мысли о еде. Неужели это так важно? Йоги не едят по два месяца, верующие постятся, а я после двух суток совершенно раскисла. Надо что-то делать».

Светлана села на полку и попыталась подумать о Руслане. Мысль тут же растаяла, вспомнился запах картошки и сала в гараже.

«Так с ума можно сойти», – девушка неохотно стянула с себя одежду и, открыв воду в умывальнике, стала методично тереть ее лежавшим здесь куском мыла. Работа отняла у нее некоторые силы, но это отвлекло от голода, и Светлана выстирала свою футболку и джинсы так тщательно, как не делала этого никогда. Она так увлеклась, что не сразу заметила разговор, проходящий сквозь стену. Говорила девушка, находившаяся за тонкой стальной перегородкой, и судя по тому, что делала она это громко, другая девушка находилась в комнате за закрытой дверью. Несмотря на то, что голос хорошо был слышен, разобрать слов Светлане не удалось, как она ни прислушивалась. Железные стены превращали комнату в музыкальный инструмент, многократно отражая звук и искажая его. Светлане показалось, что за перегородкой разговаривают два свободных человека, а она превратилась в добровольную, но все же пленницу, где сама заключенный и надсмотрщик.

* * *

Девушка совсем замерзла и уже успела несколько раз пожалеть, что устроила постирушки. Невысохшая футболка быстро отняла ее тепло. Надевать куртку совершенно не хотелось. Светлана пыталась свернуться калачиком и, почувствовав теплые руки Максима, бросилась в его объятия и застучала зубами.

– Ты что это? – шепотом спросил парень.

– Замерзла.

– Если хочешь, я могу принести тебе бушлат.

– Сделай одолжение, – говорила девушка, прижавшись к груди парня.

– Я думал, – сказал Максим, – что тебя готовили к подобным испытаниям?

– Прыгать через забор и стрелять на вскидку. А к таким – нет.

– Скажи, Свет, а у нас не существует специализации?

– Как это?

– Как у воров. У них есть и медвежатники, и щипачи, и мокрушники.

– Это тебе матросы рассказали? Нет, у нас такого нет. Мы все универсалы, только я мужиков клею, а ты баб.

– Ты хочешь сказать, что я соблазнял женщин? – удивился парень.

– Разумеется, если это для работы необходимо.

– И как у меня это получалось?

– Нормально, – сказала Светлана, наконец открыв один глаз.

– Согрелась?

– Почти. Что там с нашим Русланом?

– Ничего. Ничего нового: ни с кем не знакомится, в карты не играет, в рулетку тоже. Бабами не интересуется. В общем, такое ощущение, что ему все по барабану.

– Но ты же не можешь наблюдать за ним все время. Наверняка он ищет нужного человека, когда за ним не смотрят. Или уже нашел.

– Не понял. Это как?

– Он мог его уже найти и теперь ждет удобного момента, чтобы получить документы.

– Тогда чего мы ждем, давай его спросим.

– Нельзя. Пока нельзя. В нашу задачу не входит вмешиваться, нам главное – его не упустить.

– Послушай, Светлана. Я понимаю, что ты связана разного рода служебными тайнами, но… Ой, чуть не забыл.

Максим вытащил из кармана спецовки яркий батончик шоколада и вложил Светлане в ладонь.

– Будешь?

– Буду? Ты еще спрашиваешь?

Девушка хрустнула батончиком:

– Спасибо.

Максим осторожно положил ладони на плечи девушки и тихо продолжил:

– Так что ты о нем знаешь? О Майларове.

– Ничего не знаю.

– Но фамилию ты ведь как-то узнала.

– Максим, что за ерунда, я ее в задании прочла, больше ничего не знаю.

– А что там еще было написано?

– Только то, что, возможно, он будет на яхте. И про хохла.

– И все? Странно.

– Чего же здесь странного?

– Да фамилия его, Майларов. Никогда такой не слышал.

– А мою фамилию ты слышал?

– Ру, ты имеешь в виду? Я думал это не фамилия.

– А что же?

– Да черт его знает, прозвище, кличка, позывной.

– Вот видишь, Максим, ничего тут странного нет.

– Знаешь, Свет, тут у помощника капитана есть справочник по Москве, старый, конечно, но я подумал, а вдруг там есть Майларов? И посмотрел.

– И что?

– Да нет там никаких Майларовых. Малайларовых человек сорок, Махлаевых еще больше, а Майларовых ни одного. А помощник мне сказал, что такой фамилии быть в принципе не может.

– Ты разговаривал об этом с помощником?

– А чего здесь такого?

– Максим, мы не должны привлекать внимание к Руслану, это небезопасно.

– Я и не привлекал, просто он поинтересовался, чем я занят, а я ответил, что ищу телефоны наших пассажиров, и что сейчас добрался до Майларова. А он сказал, что такой фамилии не бывает. Еще сказал, что майлар – это предельный углеводород, его изобрели десять лет назад, и, если бы не случайность, никто бы о нем не узнал.

– Какая случайность? – не поняла девушка.

– Он мне сказал, что когда стали развиваться композитные материалы, изобрели