Право на месть - Александр Мазин

«Господи,– подумал Ласковин.– Совсем крыша едет. Это же машина! Серийная модель!»

Точно такой же «тобольский» мерс он в свое время поджег.

«Мерседес» съехал на проезжую часть, обогнул «жигуль» Андрея и остановился. Двери откинулись, и два могучих мужика вылезли из могучего авто. У одного из них была рыжая шевелюра.

Правила хорошего тона требовали, чтобы Ласковин тоже вышел из машины.

– Здоров,– сказал Корвет, подходя.– Ты как, в форме?

– Я всегда в форме,– ответил Андрей.– Не спросил тебя, по каким правилам надо вести бой. Я не в курсе.

– Правилам? – Корвет прищурился.– Ты что же, никогда не играл в гладиаторы?

– Даже и не видел ни разу,– ответил Андрей.– Но какая разница: кумитэ есть кумитэ. Только пусть мне кто-нибудь скажет, чего нельзя.

Корвет пару секунд пристально разглядывал Ласковина, потом засмеялся.

– Молодец,– сказал он.– Неожиданный ты парень, Спортсмен. Не беспокойся. Можно все.

– То есть – никаких ограничений?

– Никаких. Наденут на тебя перчатки и трусы – и вперед. Хоть зубами грызи. Э, а кто тут с тобой? – Лидер «тобольцев» бесцеремонно заглянул внутрь машины.

– Друзья,– сказал Ласковин.– Что-то не так?

– Нормально,– отозвался Корвет.– Здоров, братва! Все в норме, Спортсмен: твои друзья – мои друзья!

– Угу,– проговорил Ласковин.– Твой дом – мой дом, и так далее.

– Хватыт, хватыт,– имитируя «кавказский» акцент, откликнулся Корвет.– Мог бы и остальных друзей с собой прихватить. Ну этого, с крестом, например?

– Он не одобряет подобного,– сухо ответил Андрей.

– Бывает,– кивнул Корвет и снова заглянул в салон «Жигулей».

– Где это мы виделись, земляк? – произнес он.

Сначала Ласковин подумал, что лидер «тобольцев» обращается к Митяю, но тот глядел на Зимородинского.

Андрей насторожился. Каким бы дружелюбным ни старался выглядеть Корвет, Ласковин знал, насколько он опасен. Андрей хотел бы видеть в этот момент лицо рыжего. Но видел только широкую, как дверь, спину, туго обтянутую замшевой курткой.

– Виделись? – спокойно отозвался Вячеслав Михайлович.– Не думаю, что мы встречались.

– Не-ет! – возразил лидер «тобольцев».– У меня память хорошая. Я тебя видел, это точно!

Корвет подвигал челюстью, вспоминая.

– А! Ну точно! – И другим тоном: – Прошу прощения!

– Обознался? – спросил с облегчением Ласковин.

– Наоборот, вспомнил! Восьмидесятый год. Арзамас-три, спецподразделение! – Корвет широко улыбнулся.– Вы приезжали нас инструктировать. «Война – это путь обмана!» – процитировал он.– Ну?

– Я помню Арзамас-три,– сдержанно сказал Зимородинский.

Протянутой руки Корвета он словно бы не заметил.

– Арзамас помню. Тебя – нет.

– Неудивительно,– лидер «тобольцев» засмеялся, но Ласковин понял: он огорчен.

– Неудивительно, я тогда салабон был. Среди сотни других салабонов.– Он убрал руку и добавил со значением: – Тогда.

Выпрямившись, он повернулся к Ласковину, который уже был готов бросить свой недавно появившийся авторитет на защиту сэнсэя.

– Твой тренер?

– Мой.

– Хорошо. Тренер и ассистент. Все правильно. Отойдем. Они остановились в тени закрытого металлическими ставнями ларька.

– Значит, ты никогда не участвовал в игровых боях? – задумчиво произнес Корвет.– Может, я был не прав, когда предложил тебя?

Ласковин пожал плечами. Он не знал, куда клонит его собеседник.

– Я люблю давать людям шанс,– сказал лидер «тобольцев».– Ты знаешь, да?

– Догадываюсь.

– Можешь заработать хорошие деньги.

– Не только деньги.

– Верно! – судя по голосу Корвет был приятно удивлен.– Хочу, чтобы ты знал: я поставил на тебя. Серьезно поставил. Если ты победишь, нам, тебе и мне, станет легче. Кое-кто до сих пор считает, что с тебя следовало взыскать ущерб, врубаешься?

– А если я проиграю?

Корвет ответил не сразу. В темноте Андрей не видел его лица, но почти угадал его выражение, когда лидер «тобольцев» произнес:

– Не будем об этом говорить. Ты победишь.

– Я могу отказаться,– напомнил Ласковин.

– Ты не откажешься.

– Почему ты так думаешь?

– Потому что я раскусил тебя, Спортсмен! – Корвет похлопал Ласковина по спине.– У нас с тобой много общего. Когда-то я тоже дрался за деньги. А теперь… ты видишь, кто я теперь.

– Да,– Андрей постарался, чтобы голос его не выдал. Ссориться с «тобольцами» сейчас совсем ни к чему. Тогда ему уже не добраться до убийц Сарычева.

– Ты поднимешься еще выше,– сказал Корвет.– Потому что я тебе помогу. Убей его, Спортсмен!

– Вот этого я делать не буду,– не скрывая раздражения, произнес Андрей.– Но победить – постараюсь.

– Ты – белоручка,– несколько свысока произнес лидер «тобольцев».– Афган пошел бы тебе на пользу. Но ты научишься, я не сомневаюсь. Ладно, все сказано. По машинам. Нет, постой! Твой тренер отказался пожать мне руку. Скажи ему… (Андрей напрягся) скажи, что я не сержусь. Беру его под свою «крышу», бесплатно.– И добавил после многозначительной паузы: – После твоей победы.

«На глазах вяжет»,– подумал Андрей.

– Не уверен, что ему нужна твоя опека.

– Я перед ним в долгу,– ответил Корвет.

– Каким образом?

– После расскажу. После твоей победы! – Он еще раз хлопнул Ласковина по спине и пошел к своей машине.

– Езжай за мной,– распорядился напоследок.

– Что этот гришавинский «командир» тебе наболтал? – спросил Митяй, когда Ласковин сел за руль.

– Сказал, что лучше бы мне не проигрывать!

– Так и знал, что это подстава! – в сердцах воскликнул Митяй.

– Полчаса назад кто-то говорил, что будущий противник Андрея имеет свойство убивать побежденных,– заметил Зимородинский.

– Я это говорил! – подтвердил Николай.

– В таком случае угроза расправы в случае проигрыша не имеет смысла,– сказал Вячеслав Михайлович.– Нельзя убить дважды, ты согласен?

Митяй выругался, а Андрей вдруг обнаружил, что спокойный насмешливый тон сэнсэя полностью вернул ему самообладание. Несмотря на содержание реплик.

«Мерс» Корвета тронулся и свернул на набережную Смоленки, в сторону Кораблестроителей. Андрей поехал за ним.

– Слава,– сказал он, глядя на яркие габаритные огни в тридцати метрах впереди.– Тебе просили передать, что на тебя не сердятся.