Последняя обойма - Александр Волков

— Тогда слушай меня внимательно.

— Слушаю, Ювелир…

* * *

Дважды рыкнув и обдав темным выхлопом стоящих возле рва солдат, бэтээр кое-как выбрался на поверхность.

— Махоткин, влево до упора! — жестами показывал механику-водителю старший сержант Алик Григорян. — Так… Хорошо! Теперь прямо руль и назад!

Машина дергалась вперед-назад, пытаясь вырулить между рвом, бетонными блоками и хиленьким забором из колючей проволоки.

— Стой! Не так резко! Вправо руль! Еще!.. Так нормально. Давай потихоньку вперед. Пошел!

Слегка задевая крайний столб, к которому с одной стороны крепилась «колючка», а с другой — створка ворот, потрепанный временем и плохими дорогами БТР-70 потихоньку выполз за пределы периметра.

— Ни разу еще нормально не выехал, дятел, — поворчал Григорян на молодого водителя.

Лейтенант нервничал после общения с высоким начальством: задача стояла спасти какого-то крупного командира — летчика. Все было понятно, как не понять. А еще ему и всем бойцам светили ордена и медали! Замечательно! Ведь, стоя на заставе, их практически не получить, разве только по ранению или посмертно…

— На броню, — скомандовал лейтенант и, прежде чем залезть самому, еще раз подошел к механику-водителю. — Задачу уяснил?

— Так точно!

— Тогда поехали. Скоростной режим обычный.

На броне устроились семь человек; водитель был восьмым. На посту остались четверо — вполне достаточно, чтобы при нападении продержаться полчаса до прибытия помощи из Баграма.

Оставляя клубы пыли и выхлопа, бронированная машина вырулила на дорогу, развернулась на северо-запад и покатила мимо соседствующих с блокпостом крестьянских домишек…

* * *

Приказ начальника штаба армии звучал так: «Осуществить переброску половины гарнизона в Панджшерское предгорье, скрытным маршем добраться до района, обозначенного следующими координатами… В районе осуществить поиск и спасение советского летчика в высоких чинах! Во время выполнения задачи регулярно поддерживать связь со штабом армии».

Понятное дело, что не сказали кого, — секретность! Да это и не важно. Да хоть лейтенанта! Надо выручать попавшего в беду сбитого пилота. Никогда прежде лейтенант Капитонов не выполнял подобных задач самостоятельно. Лишь однажды, до того как загреметь на заставу, в составе рейдового батальона он участвовал в масштабных армейских операциях. Там все было предельно ясно — любой шаг осуществлялся как минимум в составе взвода, да и рота рядом. А тут…

Впрочем, Капитонов сильно не горевал. В завершение сеанса связи начштаба успокоил:

— Кроме тебя, сынок, схожую задачу выполняет два подразделения разведки. Матерые ребята. Плюс на постоянном дежурстве находятся боевые «вертушки». Шумни если что — мигом прилетят, поддержат…

Для того чтобы «шумнуть», команда лейтенанта прихватила с собой запасную радиостанцию, потому как штатная «Р-123М», установленная на бэтээре, была слабовата.

Шесть километров до нужного поворота доехали нормально. Эта грунтовка была относительно ровной. А вот повернув вправо, сразу потеряли скорость. Теперь путь пролегал через заброшенные и разбитые кишлаки, где редкий местный люд в основном ходил пешком. Колдобины, буераки, ямы, глубокие промоины… Сидящие на броне вынуждены были держаться за нее всеми конечностями. В общем, оставшиеся четыре километра до точки высадки осилили лишь за полчаса.

Остановились в «зеленке» — в узкой лесополосе, высаженной вдоль неглубокого арыка с мутной медленно текущей водой.

Лейтенант осмотрелся.

Вокруг стояла пугающая тишина. На ближайшем земельном участке за невысоким каменным дувалом не было ни души.

— Давай дуй обратно, вот к той высоте, Махоткин, — подошел Капитонов к открытому люку механика-водителя и указал рукой на горку. — Займешь оборону с пулеметчиком, прикроешь нас сверху. Обложи колеса камнями, сделай пару запасных СПС по бортам.

— А может, мы здесь вас подождем? — робко предложил первогодок-пулеметчик.

— Отставить разговоры. Мы сами не знаем, сколько проторчим в горах. Так что дуй на вершину и создавай выносной блокпост.

— Понял?

— Так точно.

— И помни, чтоб один постоянно сидел у рации. Наблюдайте по очереди и не спать! Проспите — яйца отрежут вместе с башкой!

— Хорошо, товарищ лейтенант.

Бэтээр в несколько приемов развернулся на крохотном пятачке, представлявшем собой Т-образный перекресток, и начал плавно набирать скорость.

Однако отъехать от перекрестка он не успел — тишину разорвал хлопок и последовавший за ним взрыв. Выпущенный из гранатомета заряд ударил машину в правый борт.

Взрывная волна обдала шестерых человек, собиравшихся перепрыгнуть через арык и быстрым шагом направиться к ближайшему горному склону.

Упав и едва не скатившись в грязную воду, Капитонов успел ухватиться за ствол растущего рядом дерева.

«Как мы умудрились попасть в засаду? — метался в голове единственный вопрос. Впрочем, пока он полз к бэтээру, пришло осмысление: — Мы слишком долго пробирались по ухабам узкой грунтовки. «Духи» не только успели получить информацию о нас, но и подготовиться к встрече».

— К бою! — крикнул он. — Зобнин и Литвиненко — в кусты справа! Григорян — за дувал! Прикрываешь передний сектор. Почему молчит пулемет на бэтээре? Бутавичус — в машину к пулемету!

Распределив силы для обороны, Капитонов прошмыгнул к носу бэтээра. Двигатели продолжали пыхтеть на малых оборотах, но машина не двигалась.

Левый передний люк был по-прежнему открыт. Мехвод сидел на штатном месте и, наклонившись вправо, хватал ртом воздух. В правом борту зияла небольшая пробоина с рваными краями. Заряд ударил в броню под большим углом, что не позволило ему разорваться внутри. Однако осколками ранило и мехвода, и пулеметчика, повредило оборудование.

— Исмаилов, ты ранен? — с трудом дотянулся офицер до подчиненного. Пулеметчик, хрипя и дергая ногами, завалился набок — лицо и грудь заливало кровью.

— Махоткин, жив? — пролез лейтенант дальше.

— Спина-а, — морщась от боли, простонал механик.

Рядом с бэтээром послышались первые выстрелы: обнаружив цели, солдаты открыли огонь. Ефрейтор Бутавичус уже копался внутри боевого отделения, готовя к бою крупнокалиберный пулемет.

Капитонов пролез внутрь машины, аккуратно пересадил с водительского места мехвода. И крикнул ефрейтору:

— Дай пару очередей, и снимаемся!

Сзади ожил басами мощный КПВТ. Лейтенант включил передачу и проехал вперед несколько метров, удачно остановившись между кустами и дувалом.

Малоопытные бойцы быстро поняли задумку и начали по одному покидать позиции, залезая в чрево бэтээра через кормовые двери.