Талисман десанта - Сергей Зверев

– Может, лучше не рисковать? – беспокоилась Мириам.

– Риск, конечно, есть, но у нас с Даринкой с собой есть сыворотки от укусов змей. Есть и «Антигюрза». Мы все-таки врачи и действуем в соответствии с существующими четкими предписаниями.

– Так и есть, – подтвердила Даринка, – нельзя выезжать в дикую местность без определенного запаса медикаментов.

– Нам повезло, что мы убежали с вами, – восхищенно сказал Алекс. – Я тоже пойду учиться на врача.

– Отлично, – улыбнулся Милош.

Он вышел из мавзолея на разрушенную селевым потоком улицу. Возле стены полуразваленного дома серб заприметил как раз подходящий куст, из которого можно было вырезать вполне прочные ветки. С помощью охотничьего ножа быстро смастерил две рогатины.

– Даринка, держи, это тебе, – Милош протянул одну рогатину своей сестре, – ты будешь прижимать хвост змеи к полу. А я – ее голову. Затем я возьму ее и вынесу на улицу. Все понятно?

– Да.

– Ты готова? – спросил Милош.

– Готова.

Даринка хотела уже ткнуть в хвост змеи своим орудием, но Милош вдруг ее остановил:

– Подожди, насколько я помню, процедуру надо начинать с головы.

Милош надавил рогатиной змею возле основания черепа и прижал к земле. В подземелье было довольно холодно, поэтому змея была вялая, но Даринка все равно испугалась, когда та зашевелила хвостом. Девушка громко взвизгнула и отскочила в сторону.

– Дай мне, – храбро сказал Алекс.

– Нет, сынок, нет! – теперь взвизгнула Мириам.

Алекс уже выхватил рогатину у Даринки, с секунду прицеливался, потом со всей силы прижал хвост змеи к полу.

– Молодец, – похвалил мальчика Милош. – Хотя, конечно, профессиональные змееловы хвост змее не прижимают, им достаточно придержать ее голову.

– У нас заклинатели змей могут их вообще голыми руками ловить, – проговорил Алекс.

– Гюрзу так просто не поймаешь. Она может прыгать, а иногда – лишь бы достать ядовитым зубом нападающего – может и нижнюю челюсть себе прокусить. Сейчас будь очень внимательным. Все – хватаю!

Милош, левой рукой держа рогатину, правой схватил змею за «шею», то есть чуть ниже головы. Гюрза была неприятно холодная. Она очнулась и попыталась разинуть пасть, повернуть голову навстречу своему противнику.

– Я ее держу. Аккуратно! С дороги! Выношу.

Милош бросил змею под ближайший камень у входа в мавзолей. Она так и осталась лежать там.

Путники расстелили в подвале мавзолея сухие чаторы. От усталости они валились с ног, поэтому заснули быстро.

* * *

Через некоторое время Мириам разбудил истошный крик:

– Шайтан! Змея!

Кричал мужчина по-пуштунски.

Мириам немного знала этот язык. Еще в детстве она слышала его на базарах, на улицах городов во время религиозных праздников. В юности она даже немного изучала пушту, чтобы лучше узнать особенности своей страны. Тем более что на пушту существует богатая литература.

Всех остальных путников разбудил выстрел.

– Моя нога, – кто-то стонал наверху.

Послышался топот и ржание лошадей, людские голоса, бряцание железа. Было очевидно, что в заброшенное селение въехал отряд вооруженных людей.

Милош и Даринка быстро достали из рюкзаков два компактных пистолета-близнеца «смит-вессон» – единственное, что они взяли с собой из оружия. Милош спрятался под лестницей, а Даринка, Алекс и Мириам отошли в дальний угол подземелья – в тень.

Путники напряженно вслушивались, пытаясь понять, что же происходит наверху.

– Я не могу понять, кто это – афганские боевики или пакистанские повстанцы-патаны, – с сожалением сказала Мириам.

– Ты их понимаешь?

– Не все. Они говорят на пушту, но я никак не могу понять, откуда они. Я не настолько хорошо знаю этот язык.

– Рассказывай нам хотя бы то, что понимаешь, только шепотом, – попросила Даринка.

Люди разговаривали у самого входа в мавзолей.

– В общем, некий Ака-Барабади соскочил с лошади. И тут же его укусила змея. Человек, к которому все они обращаются, – командир. Он очень злится, поскольку отряд спешит. Решили заехать сюда – попоить лошадей. Там, за селением, есть ручей. А теперь командир не знает, что делать с этим Ака-Барабади. Несчастному, кажется, становится хуже.

Словно в подтверждение этих слов, наверху глухо застонали.

– О Аллах, – произнесла Мириам, – молодой голос советует командиру, что несчастного Ака-Барабади нужно пристрелить.

– Черт! Я – врач, я так не могу, – сказал Милош. – Я виноват, это же я положил гюрзу возле входа. Змея отогрелась на солнце, а когда мужик слез с лошади, напала на него. Слезть с лошади возле входа – вполне логично. И это моя вина.

– Перестань, Милош, – сказала Даринка, – откуда ты мог знать, что сюда кто-нибудь прискачет?

– Командир пока не соглашается с молодым. Но уже явно не так стоит на своем. Другие тоже говорят, что лучше пристрелить Ака-Барабади, чтобы не мучился.

– Даринка, скорее бери мой пистолет, – скомандовал Милош, – я поднимаюсь к ним. Если в течение получаса несчастному не ввести сыворотку, то ему уже больше ничего не поможет. Остальных поведешь ты.

– Нет! – решительно сказала Даринка. – Остальных поведешь ты сам. Потому что ты – мужчина, ты сильнее. Я спасу этого человека, – она всучила ему свой «смит-вессон». – И не спорь со мной. Клятва Гиппократа глубоко засела и в моем сердце тоже. А женщине-врачу вряд ли они что-нибудь сделают. Я уверена, что потом наши меня выкупят.

– А что ты им скажешь, как ты здесь оказалась? – спросил Милош.

Он понял, что Даринка настроена очень решительно и переубедить ее будет невозможно. Серб взял рюкзак сестры, расстегнул и начал выкладывать оттуда некоторые вещи.

– То же, что и ты сказал бы – отстала от своих, – ответила Даринка.

– Хорошо. А куда направлялась твоя группа врачей?

– Ну, в горы.

– Нет, это плохо. Тогда эти люди насторожатся и решат, что в горах чужаки. Возможно, еще и с вооруженной охраной. Начнут искать – и, конечно же, нарвутся на нас или на наш отряд прикрытия. Лучше сказать, что вас, врачей, вывозили вертолетом, но он разбился. А тебе, мол, повезло – в рубашке родилась – отстала, проспала в святом месте, вот и выжила.

– Думаешь, они поверят? Уж очень романтичная легенда получается.

– Для набожных или суеверных людей – в самый раз.

Ака-Барабади снова громко застонал.

– Командир приказал, чтобы несчастного вынесли из мавзолея, – перевела Мириам. – Он не хочет убивать его в святом месте.