Взрывной коктейль - Сергей Зверев

– Лады, – Батяня кивнул. План устраивал очень даже. Ученые были важнее. – А с пятым, очкариком, что?

Семенов пожал плечами. Но все же пообещал:

– А хрен его знает, в какой он комнате торчит со своей лабораторией, но когда будем этажи чистить, то постараемся всех очкастых по возможности щадить. Только бы их много не оказалось, поди угадай – который из них тот самый, нужный.

Присутствующие, переглянувшись, заулыбались. Семенов передвинул указку на третий этаж плана здания:

– Так, хлопцы, теперь разберемся с этажами. Шмель, берешь десятерых и вваливаешься через этот балкон. Я с остальными – проберусь через этот. Потом блокируем внутреннюю лестницу, ошкуриваем Барона и после этого спускаемся на второй этаж. На втором можно не стесняться и шуметь не запрещается нисколько, нам нужна паника среди этих отморозков. Короче, валим всех подряд, добиваем остатки тех, что не убежали, и пускаем красного петуха по всему этому трехэтажному сараю. Американцы, что в сельве носами шевелят, пусть докладывают на свои верха что хотят, пока им ответ придет – вилла уже сгорит дотла. Прочие наблюдатели даже звонить не станут, им важнее понаблюдать и посмеяться, давно бы сами взяли, да кишка тонка… Так, что еще? О, чуть самое главное не упустил!

Семенов указал на несколько зданий слева от горы и виллы. Потом посмотрел на одного из своих:

– Петро, на тебе казармы. Бери пятерых. Как начнется праздничный фейерверк – добавляй к нашему огоньку свой. Разнеси там все к хренам собачьим, чтоб даже кирпичей не осталось. Взрывчатки не жалей нисколько. Подорвешь – атакуй первый этаж, двигайся нам навстречу.

– Сделаю, – подрывник поднялся и ушел, наверняка за своими смертоносными изделиями.

За ним поднялись пятеро, тоже удалились. Семенов посмотрел на Андронову:

– Наталья Максимовна, очень вас прошу, будьте аккуратнее, не кидайтесь с ножом на всех подряд, охранники виллы не чета тем троим придуркам из патруля. Вполне сносно владеют всеми колющими и режущими предметами.

Старлей, даже в темноте было заметно, густо покраснела.

– Вы что, видели?

– Я сам не видел, но вот Сашок – наблюдал.

Андронова перевела глаза на указанного парня: спокойный, серьезный и не думает улыбаться, вполне понимает, что нельзя. Видел и видел, чего здесь такого?

Семенов вновь шевельнул указкой.

– Шершень – возьми двоих и устрой переполох в этой вот сарайке, заблокируй им связь и прочее электронное оборудование. Тут не более трех операторов да охранник один. Как только закончишь, так и мы начнем.

– Сделаю, – тот самый, что перепугал старлея при первой встрече, когда вылез из-под земли там, где она сидела, кивнул и тоже встал. – Все будет исполнено в лучшем виде.

Семенов поглядел на схему, почесал в затылке.

– Так, вроде со зданием определились. Теперь – снайперы…

Обсуждение плана подошло к концу, разведчики поднимались и уходили в шалаши и землянки за оружием. Батяня тоже поднялся, глянул на Свешникова, что невозмутимо сидел и изучал ствол своего автомата: признак явного спокойствия:

– Ну что, Антон, к утру уже в Россию двинемся?

– Хорошо бы. Наталья Максимовна на пляж устремится, а мы в ларек за водкой. Хотя нет, пока этих умников не сдадим – никакого загула. Придется ждать до дома. А уж там гарнизонное кафе «Звездочка».

Андронова поднялась, повесила автомат за спину. Хмыкнула:

– Кому что, а усатому только бы напиться. Весь смысл жизни в этом, что ли?

Тот поднял на нее глаза.

– Была бы ты мужиком, Наталья Максимовна, так не считала бы. Мы ж создания уязвимые, расстраиваемся по любому поводу, нам лекарство принимать надо частенько. Поначалу-то много не надо, когда молодой, а вот с годами приходится все чаще и чаще лекарство пить. Нервы расшатаны, душа оголена, будущее проглядывает страшными красками, одно спасение – литр лекарства и лечебные хрустящие малосольные огурчики.

– Это под чем ты понимаешь лекарство?

– Як же! Водка! Горькое, дорогое, пахнет противно, в стеклянные емкости разлито. Разве не все признаки лекарства?

Лавров поправил за спиной автомат. Полез в рюкзак за прибором ночного видения и гарнитурой внутренней связи. Болтовне мешать не стал; сами успокоятся, когда из лагеря выйдут.

Андронова тем временем возразила:

– Пить вредно. Врачи зря предупреждать не станут.

– Да они брешут, – вставая, отмахнулся Свешников. – Ты вот, Наталья Максимовна, сама посуди. Все врачи, которые о вреде говорят, зачастую находятся в том возрасте, когда пить уже действительно вредно. Скоро помирать, и так на стимуляторах еле-еле держатся. Им же завидно, вот и критикуют спиртное: дескать, че это мы не можем, а другие литрами глушат – обидно, понимаешь… А молодые, тех же врачей взять, слушают их брехню, кивают с многозначительным видом, но водку не критикует ни один. Наоборот, гнобят наркоманию, разгильдяйство, кариес и целый букет венерических болезней… Хоть раз видела молодого придурка в белом халате, который бы критиковал спиртное? Можешь даже не отвечать, я и так знаю, что не видела. Я их сам ни разу не встречал.

Проходивший мимо майор Семенов кивнул в сторону выхода. Батяня нацепил прибор, окликнул своих:

– Выдвигаемся. Наталья Максимовна, не слушай этого болтуна, он тебе такого насочиняет, вовек не распутаешь.

– А я и не буду распутывать, – усмехнулась Андронова. – Я просто по его ребрам прогуляюсь основательно, вмиг забудет про свое лекарство.

Свешников отодвинулся, расплывшись в хитрой улыбке.

– По ребрам? А спину помнешь?

– Капитан Свешников, отставить разговоры. – Батяня погрозил кулаком. – Выдвигаемся.

– Понял.

Капитан перехватил автомат поудобнее, полез в рюкзак. На старлея не смотрел, да и она оставила шуточки – готовилась к передвижению в темноте по джунглям. Шутить некогда – впереди штурм виллы, и еще неизвестно, какое сопротивление там может быть оказано. Не дети, явно, охрану несут, а головорезы отмороженные, вся соль, можно сказать, местной наемной братии, Барон неопытных и заторможенных нанимать не станет. Так что действительно стоило сосредоточиться, судьба штука изменчивая, вечно везти не будет.

* * *

…Часовой дошел до угла. Приставил автомат к стене и закурил. Принялся переговариваться с находящимся на террасе. О чем болтали, не понять, да это и неважно, через некоторое время навсегда замолчат. Батяня передвинулся чуть-чуть на крыше: мешал моток кабеля, в живот упиралась проволока и могла зацепиться случайно.

Свешников находился рядом. Шевеля усами, недобрым взглядом наблюдал за болтливым часовым. Андронова находилась на соседней крыше, метрах в десяти слева. Рассматривала окна в оптический прицел винтовки. Лавров хотел было оставить ее как снайпера, но майор Семенов сказал, что снайперов хватает, пусть уж лучше старлей находится с группой: в подвале может оказаться больше охранников, чем предполагалось.