Ангелы апокалипсиса - Анатолий Гончар

– Ну? – Сергей не стал отвечать прямо, но для себя сделал вывод: пленнику о биологическом оружии известно не было.

– Но их тут нет, они переехали. Были. Говорят, были, но переехали, наделю назад переехали, а вместо них теперь мы, – не унимался майор. Он, видимо, сильно опасался за свою жизнь и спешил выложить всё, что знал.

– Уверен? – Взгляд прапорщика стал жёстким.

Майор снова заёрзал и, не выдержав, поспешно выпалил:

– Точнее, их здесь, возможно, никогда и не было. Это обманка. Подстава.

– Точно?

– Вы меня отпустите?

– Точно? – с нажимом повторил прапорщик.

– Абсолютно! – выдохнул майор.

– Где находятся? – Ефимов предполагал подобное, но всё ещё надеялся, что майор или ошибается, или врет. Хотя как он мог ошибаться?

– В Н-ске. – Пленный назвал неизвестный Ефимову населённый пункт. – Я недавно отправил туда дюжину своих хлопцев.

– Конкретное место знаешь?

Майор сожалеюще вздохнул. Ефимов задумался.

Получалось, что смысла в дальнейших действиях по захвату лжеобъекта не было. Но это только на первый взгляд. Находившиеся на лжеобъекте военнослужащие ВСУ, не дождавшись возвращения «уазика», может, и не поднимут тревоги, но в любом случае вскоре запросят блокпост на предмет нахождения там собственных людей и техники. Их начнут искать и…

Ефимов сплюнул под ноги – у него опять не оставалось выбора. Взглянул на часы: близилось время послеобеденного отдыха.

«Хоть с этим повезло», – подумалось ему, прежде чем они вышли на финишную прямую.

Ещё издали увидев приближающийся «уазик», стоявший на воротах солдат оттащил в сторону утыканные гвоздями доски, поднял шлагбаум и замер по стойке смирно. Второй находившийся на КПП «правосек» сделал то же самое. Иначе было нельзя – майор Степанчук славился чинопочитанием и крутым нравом.

– Сбавь скорость, – тихо попросил Ефимов, и Касатонов отпустил педаль газа. Машина замедлила ход. Поравнявшись со стоявшими навытяжку солдатами, «уазик» почти остановился, и в этот момент защёлкали выстрелы. Оба дежурившие у шлагбаума повалились в пыль. «Уазик», как ни в чем ни бывало, покатил дальше. Тут же со следовавшей за ним брони соскользнула тень и юркнула в вагончик дежурного. За шумом моторов не было слышно, как там несколько раз почти беззвучно щелкнуло. Внедорожник прокатился в центр лагеря и замер напротив жилого помещения. Майор был больше не нужен. Оставлять его в машине, даже связанным, было рискованно. Трофейный нож с необыкновенной лёгкостью вошел в правый бок пленного. Майор раскрыл рот, чтобы вскрикнуть, но «захлебнулся» болью и умер почти мгновенно. Рукоять так и осталась торчать из тела покойника. Инициалы К.Н.О. в очередной раз залило кровью.

– Пошли! – негромко скомандовал Ефимов, выскочил из машины и, молясь о том, чтобы их действия остались не замеченными часовым на вышке, побежал к одиноко стоящему зданию штаба. Фёдор и Максим бросились к входу в казарму.

Со стороны БТРа по вышке и по стоявшим по периметру часовым дружно заработали ВСС и оба «Вала».

– Прикрой спину! – Боровиков неспешным движением открыл дверь и вошёл внутрь казармы. Большинство людей в помещении лежало на кроватях, многие спали. В первые секунды на Фёдора и вошедшего следом за ним Касатонова никто не обратил внимания. Когда «правосеки» опомнились, было уже поздно. Выстрелы слились в один нескончаемый треск. Присоединившийся к Фёдору Касатонов бил из своего «стечкина». Через минуту всё было кончено.

– Все? – Фёдор тяжело дышал, по его лицу несколькими ручьями тек пот.

– Все, – сделав последний контрольный выстрел, подтвердил Касатонов и быстро перезарядил оружие.

У входа в штабную палатку, сидя на лавочке, дремал часовой. Ефимов, не раздумывая, выстрелил ему в лицо с тем расчётом, чтобы пуля попала в мозг, и, не глядя, как тело убитого заваливается на бок, побежал дальше. От майора он знал – в штабе постоянно находятся три офицера. Так и вышло. Молодой стройный старший лейтенант даже не успел повернуться на скрип двери, пуля ударила его в спину. Он вскрикнул. Находившийся рядом капитан дёрнулся навстречу, но тут же грязно-красные брызги, вырвавшиеся из его головы, залепили стену. Третий офицер, сидевший за столом и разглядывавший бумаги, качнулся, потянулся за лежавшим на столе пистолетом, но понял, что не успеет, и замер в ожидании.

Пистолет Ефимова уже был готов выплюнуть очередную порцию смерти, когда прапорщик узнал сидевшего за столом полковника. Палец застыл на спусковом крючке. «Гриценко», – вместо того, чтобы выстрелить, Ефимов громко скомандовал:

– Руки за голову!

– Вот и встретились… – тихо произнёс полковник.

– Мать твою! – не сдержавшись, выругался Сергей, и, чуть помедлив, огорчённо выдавил: – Свела нелёгкая…

– У нас всё чисто, – сообщил по радио Горелов, в задачу которого входило уничтожить часовых и захватить караулку. Пленных было приказано не брать.

– У нас тоже, – донёсся голос Боровикова.

– Молодцы! – не отрывая взгляда от своего пленника, похвалил Ефимов.

– Давно здесь? – поинтересовался Гриценко.

Сергей отрицательно качнул головой:

– Не очень.

«Интересно, видел ли он меня, когда приезжал к танкистам? Вряд ли. Скорее нет, чем да. Да если и видел, что с того? Какая теперь разница? Никакой».

– Здесь нет того, что вы ищете. – Гриценко устало провёл по лицу ладонью. Встал из-за стола. Ефимов не препятствовал. – Вы опоздали.

– Куда они передислоцировались?

– Думаешь, я знаю? А и знал бы, не сказал. Считаешь, я бы их сдал?

Сергей задумался:

– Считаю, что нет.

– Правильно считаешь! – Полковник отошёл от стола, достал сигареты, закурил.

– Я перерою все эти бумаги и найду ответ, – уверенно заявил Ефимов.

После этих слов полковник бросил короткий взгляд на стол, на его скулах заходили желваки, потом перевёл взгляд на собственный пистолет. Сергей качнул оружием.

– И не думай! Что мне нужно, я уже знаю. – Ефимов решил не темнить и бросил всего лишь одно слово: – Н-ск.

Полковник побагровел, затем побледнел.

– Кто сказал?

– Степанчук. – Ефимов не собирался держать это в тайне.

– Шкура! – прошипел изменившийся в лице Гриценко.

Приспущенный на флагштоке украинский флаг послужил сигналом на выдвижение для второй части группы.

Встречать остававшихся с Масляковым разведчиков Ефимов вышел в сопровождении Фёдора.

– Все целы? – первым делом поинтересовался Масляков.

– Да.

– Слава богу!

– Повезло.