Главный бой. Рейд разведчиков-мотоциклистов - Максим Бузин

— Ну, что, Артем Тимофеевич, наигрался в казаков-разбойников? — в голосе полковника Думинина звучала неприкрытая ирония.

— Пока еще нет, Сергей Семенович! — улыбнувшись, ответил Кочергин.

Разговор происходил около трех часов дня в березовой роще, под аккомпанемент разрывающихся вдалеке артиллерийских снарядов. Это гитлеровцы усердно «перепахивали» окрестности высохшего озера в тщетной надежде уничтожить бронетанковую колонну советских войск, которой там уже, естественно, не было.

— То есть ты считаешь нормальным, когда взрослый дядька в звании майора, занимающий должность командира батальона, лично гоняется за немецкими мотоциклистами?

— Просто мой бронеавтомобиль и еще одна машина находились ближе всех к месту боя. Вот я и решил собственной персоной, так сказать, взять за жабры этого фашиста!

— Молодец! — саркастически усмехнулся комбриг. — Немца не догнал, новый броневик едва не угробил, сам чуть башку не свернул! У меня слов нет, чтобы продолжать!

— Насчет броневика согласен, товарищ полковник, неувязочка вышла! А то, что фриц удрал, на мой взгляд, даже хорошо!

— Как тебя понимать, майор? — нахмурился Думинин.

— Да очень просто! — вновь улыбнулся Кочергин. — По моему разумению, чудом спасшийся немец вернулся к своим, рассказал начальству про засаду и показал на карте место, где это произошло. Его командиры сообщили координаты артиллеристам, которые уже на протяжении двух часов самозабвенно утюжат пустой квадрат, напрасно расходуя в огромном количестве драгоценные боеприпасы! А, значит, на нашу долю этих «гостинцев» останется намного меньше! Снабжение ведь у фашистов тоже не резиновое и снаряды как листья на деревьях у них не растут!

— Твоя правда, — комбриг провел ладонью по щеке, ощупывая колючую щетину, — а что, группа лейтенанта Гилькевича, посланная на разведку к мосту, вернулась?

— Так точно, пятнадцать минут назад!

— И какие новости принесли твои ребята?

— Не самые обнадеживающие, товарищ полковник! Как мы и предполагали, мост хорошо защищен, а дорога, ведущая к нему, отлично простреливается. На нашем берегу немцы вырубили все кусты в окрестностях моста и вырыли танковые окопы, в которых разместили средние «T-III» и «T-IV». Парни насчитали шесть подобных огневых точек, укрытых маскировочными сетями. Также два танка «T-IV» стоят на мосту, перекрывая его практически на всю ширину. На противоположном берегу реки слева и справа от моста оборудованы позиции зенитчиков. При необходимости они могут вести огонь из орудий по наземным целям прямой наводкой. Еще несколько легких танков и бронетранспортеров «Ганомаг» спрятаны неподалеку в березняке. Это не считая дюжины пулеметных расчетов, расположенных в окрестностях моста с восточной стороны, как сказал Гилькевич, в шахматном порядке. Наверняка у гитлеровцев имеются в наличии и минометы. В общем…

— В общем, скрытно подобраться и наскоком захватить этот мост нам не удастся! — перебил майора Думинин, с досадой хлопнув ладонью себя по бедру. — У тебя есть какие-нибудь мысли, Артем Тимофеевич?

— Обижаете, товарищ полковник! — хитро прищурился Кочергин.

— Так не томи, майор, выкладывай!

— Вот что я думаю, — Артем развернул карту и ткнул в нее пальцем, — в полутора километрах от моста выше по течению реки и, что самое главное, на нашем берегу находится оборудованный немцами причал, возле которого стоит несколько небольших судов и грузовой теплоход. Информация достоверная, поскольку ребята на обратном пути не поленились сделать крюк и подобрались поближе к этой «лодочной станции». Так вот, Гилькевич в бинокль заметил легкий дымок из теплоходной трубы и парочку фашистов на палубе, таскавших какие-то ящики. Еще он засек двух полусонных часовых, скучающих на вышках, и больше фрицев не видел, что косвенно говорит о малочисленности охраны. Также парни наблюдали швартовку речного буксира, из чего, в свою очередь, следует, что как минимум данное судно на ходу, вероятно, и другие тоже в порядке. Но это можно узнать только на месте, запустив дизеля и…

— Слишком витиевато выражаешься, Артем Тимофеевич, давай попроще и ближе к делу, — недовольно поморщился комбриг, — время не ждет!

— Тут я поспорю, времени у нас вагон, ведь операцию начнем лишь с наступлением темноты! Если, конечно, вы ее одобрите! Впрочем, буду лаконичен. Ночью мои хлопцы тихо ликвидируют караульных возле причала, потом остальных фрицев и уведут одно из судов. Затем скрытно подойдут на нем к мосту, быстренько перебьют охрану, захватят объект и будут его удерживать до подхода основных сил, то есть вашей танковой бригады! Такой вкратце у меня план, Сергей Семенович.

— А почему нельзя просто связать плоты и на них сплавиться к мосту? Зачем все так усложнять?

— Объясняю! Рядом с берегом в тех местах, где можно спустить на воду плавсредство, деревьев практически нет. Плюс сильно болотистая почва, по которой и налегке-то передвигаться тяжело, не то что с бревнами на плечах. Если ребята издалека попрут стволы на себе, то выдохнутся, еще не приступив к выполнению задания. А технику использовать нельзя — сразу внимание гитлеровцев привлечем, да и опять же почва не позволяет, вязкая слишком. Поэтому остается только причал! — развел руками Артем и, видя, что комбриг колеблется, тут же бодрым голосом добавил: — Даже не сомневайтесь, Сергей Семенович, все сделаем красиво!

— Красиво было на бумаге, да забыли про овраги! — покачал головой Думинин. — Хорошо ты излагаешь, майор, а только многого не учел!

— Поясните, товарищ полковник!

— Пожалуйста, раз ты уверен, что цейтнота у нас нет, то попробуем, не торопясь, разложить все по полочкам. Насчет плотов, не спорю, — плохая идея, забыли про них и рассматриваем исключительно твой вариант. Итак, допустим, вы проникли на причал и бесшумно нейтрализовали фашистскую охрану. Сразу возникает два вопроса. Во-первых, скажи мне, кто поведет твое пресловутое судно? Тут нужен профессионал с соответствующей квалификацией!

— За это не беспокойтесь, Сергей Семенович, есть у меня в батальоне парочка ребят с опытом работы на речном флоте! Они не подкачают, ручаюсь!

— А один из них, случайно, не лейтенант ли Буренков?

— Почему вы так решили? — абсолютно искренне удивился Кочергин.

— Так он же у тебя в батальоне главный специалист по мотоциклам и автомобилям, по сухопутному транспорту, так сказать. Я и подумал, может, он и в речном транспорте дока!

— Буренков прекрасный водитель и механик, спору нет, но в этой операции к штурвалу встанет совершенно другой человек!

— Отчего же? — изумился Думинин.

— Судно, — Артем замялся, подбирая нужные слова, — не автомобиль, а река не шоссе, — это совсем иная стихия, понимаете? Тут надо чувствовать и ощущать все по-другому. Мне сложно объяснить…