Убитые голоса - Александр Тамоников

— Да? Дело не в экономии средств, хотя и это имело место.

— Я все понимаю, Леонид Денисович. Дабы избежать пожара здесь, в лесу надо держать как минимум одну пожарную машину с полностью готовым расчетом. Если загорится лес, без «пожарки» тут сгорит все, из чего бы ни были построены здания.

— Как в десятом году.

— Да!

— Ладно. Занимайтесь своими делами, я возвращаюсь в город. Надо доложить о произошедшем в Москву, определиться со временем выступления на местном телевидении.

— Да, Леонид Денисович.

Губернатор уехал.

К Гарину подошел Уланов:

— Скоро отходит пожарное судно, хочу поехать в госпиталь.

— Людмила же в Балаеве.

— Я ей передам, чтобы забрала «Рено» и приехала.

— У нее есть права?

— Есть. Водит так себе, но потихоньку доберется.

— Извини, я бы дал человека, чтобы отвезти ее, но сам понимаешь…

Уланов кивнул:

— Понимаю, Боря. Все я понимаю. Мозг отказывается принимать только то, что погибли люди. В мирное время, в мирном Доме отдыха.

— Ты не думаешь, что это могла быть диверсия?

— Для этого у меня нет никаких улик. Надеюсь, ты поделишься со мной тем, что накопает следственно-оперативная группа?

— Если ФСБ не засекретит информацию.

— Я найду способ рассекретить ее.

— А, ну да, ты же служил в Управлении службы безопасности, у тебя остались связи. Я позвоню.

— Давай! Вот и провели пикничок.

— Не говори. Но кто знал, что возможно такое?

— Тоже верно. Удачи, Боря.

— Взаимно.

Уланов взошел на судно, убрали трап. Катер развернулся, пошел к Переславу. Уланов достал сотовый, вызвал невесту. Та ответила сразу же, словно и не было бессонной ночи:

— Да, Рома?

— Привет!

— Доброе утро.

— Оно не доброе, Люда.

— Что там, Ром?

— Сгорел клуб, когда в нем были отдыхающие и дети.

— Надеюсь, их удалось спасти? Хотя бы детей?

— Нет. Не всех. Пятеро погибли, двое в тяжелом состоянии.

— О боже, сколько же всего погибло?

— Как уезжал, числилось восемнадцать…

— Уезжал? Ты уехал оттуда?

— Уехал или ушел. Я на судне направляюсь в Переслав. Тебе надо забрать машину в РОВД и ехать домой. Я туда приеду. Когда — сказать трудно, но приеду.

— Я поняла. Господи, как же допустили такое? А твой товарищ? Он тоже пострадал?

— Да. Влад выносил детей из горевшего кинозала. Но остался жив. А вот семья его, жена и шестилетняя дочь, погибли.

— Ой, мамочка родная! Он знает об этом?

— Знает. Его увезли в госпиталь, к нему я и еду.

— У меня просто нет слов…

— Я бы очень хотел найти нужные. Ты не слышала, как закричал Влад, узнав о смерти семьи. Я такого не забуду никогда.

— Ты уж как-нибудь там, вместе с врачами, Ром.

— Конечно. Ну все. Поезжай домой, отзвонись, машину брось у Вахида.

— Да, конечно, господи, что же это творится?

Она замолчала.

Уланов переключил телефон на Смолинского, полковника, начальника отдела и куратора боевых групп Главного управления по борьбе с террористической угрозой службы безопасности. В свое время Смолинский курировал и группу «Шторм», которой командовал Роман.

— На связи, — ответил Смолинский.

— Здравия желаю, товарищ полковник, вы в Управлении или в командировке?

— В Управлении.

— Я звоню по поводу происшествия в Переславской области.

— Ты имеешь в виду пожар в Доме отдыха «Заря»?

— Вы уже в курсе?

— В курсе. А ты что, отдыхал там?

— Нет, мы с другом неподалеку рыбу ловили. В Доме отдыха отдыхал капитан Игнатьев.

— Это из группы «Каскад»?

— Так точно. У него семья погибла в клубе, товарищ полковник.

— Вот как?

Он сделал паузу. Затем спросил:

— А сам капитан как?

— У него повреждения средней тяжести. Выносил детей из кинозала на втором этаже. Чужих детей спас, а вот дочь…

— Понятно. Он в госпитале?

— Так точно. Еду к нему, вернее, плыву или иду, уже не знаю, как правильно, на пожарном судне.

Полковник спросил:

— Ты был на территории после пожара?

— Так точно.

— Мыслей насчет причин случившегося нет?

— Нет. Меня же там не было. Если Влад хоть немного пришел в себя, попытаюсь поговорить. Может, видел что подозрительное. Уж слишком быстро воспламенился клуб. Там хоть и горючие отделочные материалы и остов из дерева, но даже чтобы их поджечь, надо время.

— А если короткое замыкание?

— Замкнула подстанция. Но после того, как появился дым.

— В принципе КТП могло замкнуть как раз из-за проводки.

— Но тогда загорелось бы там, где произошло замыкание. В общем, по причинам ничего сказать не могу. Позвонил сообщить о семье Игнатьева.

— Я понял. Скажи, кто руководит следствием?

— Пока полковник Гарин. Начальник криминальной полиции, затем, наверное, будет кто-то другой. Комиссию создадут.

— Гарин этот твой одноклассник?

— Да.

— С ним ты ловил рыбу?

— Да.

— По-моему, он был подполковником и начальником Балаевского РОВД?

— До сегодняшнего дня. Точнее, в пятницу министр внутренних дел подписал приказ о назначении Гарина начальником криминальной полиции, первым заместителем УВД по Переславской области с присвоением звания полковника.

— Ясно. Поговоришь с Игнатьевым, позвони.

— Да, Владимир Алексеевич.

— И… поддержи его, насколько это возможно.

— Само собой.

— До связи.

Полковник отключил телефон.

То же самое сделал Уланов. Прикурил сигарету, глядя на проплывающий мимо берег. Все мысли были о госпитале.

Вздрогнул, когда сотовый издал сигнал вызова. Подумал, Людмила, но звонил Лемехов.

— Да, Аркадий Анатольевич?

— Здравствуйте, Роман Владимирович, в курсе, что ночью произошло в Доме отдыха «Заря»?

— Не ночью, а поздним вечером.