Комбат. Олимпийский характер - Андрей Воронин

звери в заповеднике. Профессор сказал, может, нанюхались чего.

– Чего нанюхались? – удивилась Марго.

– Да химии какой-нибудь…

– Да, это действительно странно. И нехорошо, – проговорила Марго и добавила: – А ты Химика давно видел?

– Давно, – проговорил Ахмед.

– Может, съездить к нему? – заволновалась Марго.

– Да я только оттуда. Там никого нет, ни Химика, никого… Только цеха, лаборатории пустые стоят. И ни души нигде.

– Да, действительно странно, – проговорила Марго и спросила: – Ты к профессору сейчас или тут заночуешь?

– Могу и тут… – сказал Ахмед.

– Давай тогда завтра съездим. Посмотрим, что у них там. Девчонку в Москву отправим и съездим, – предложила Марго.

– Давай… – согласился Ахмед и спросил: – Так нашим что, не говорить про девчонку?

– Думаю, не надо, – сказала Марго. – Если мы ее отправим, меньше проблем будет. Главное, чтобы она болтать лишнего не стала…

Голоса постепенно начали отдаляться, и Ангелина наконец все-таки уснула.

Во сне она почему-то бродила одна по густым лесным зарослям и то и дело в кустах натыкалась на мертвых животных. Больше всего ей почему-то запомнилось, как чуть не наступила на чье-то гнездо, возле которого лежало несколько похожих на тетеревов мертвых птиц. А в гнезде лежали яйца. Ангелина боялась наступить на них, но все-таки не удержалась и наступила. И из яйца вдруг начала выползать змейка. Тут же и все остальные яйца начали трескаться, и из них начали выползать змейки…

Ангелина хотела вырваться из этого кошмара, но у нее ничего не получалось.

Марго разбудила ее еще затемно:

– Вставай, сейчас хорошие ребята в Москву фрукты везут. Тебя возьмут. Если какие вопросы, лучше прячься, как они скажут. А документами своими в Москве займешься!

Ангелина поднялась в холодном поту. После ночного кошмара она никак не могла понять, то ли правда ночью Марго разговаривала у ее двери с Ахмедом, то ли она это все нафантазировала.

Но когда она направилась умыться, в конце коридора мелькнула и скрылась за одной из дверей знакомая фигура. Ахмед действительно был и даже ночевал здесь.

Дальнобойщики, с которыми решила отправить Ангелину Марго, были оба ребята молодые и энергичные. Хотя, Ангелина это знала, обычно в пару к молодому ставят водителя более опытного и пожилого.

Когда Марго подвела Ангелину к машине, только-только начинало светать. И солнце изумительным нежным светом окрашивало острые вершины гор.

– Ребята, вот вам ваша пассажирка, – сказала Марго. – Довезти в Москву в целости и сохранности.

Круглолицый белобрысый парень, который, похоже, был за старшего, вытирая руки тряпкой, кивнул:

– Не волнуйтесь! Все будет по высшему разряду.

– Леонид, – представился второй – высокий рыжий голубоглазый парень, как только Марго ушла. – А это Миша, но он женат.

– Ангелина, – кивнула девушка.

– Тебя предупредили, что прятаться нужно будет? – спросил Миша.

Ангелина молча кивнула.

– Прятаться и в кабине, и в фуре придется, – уточнил Миша и добавил: – Только никаких капризов и фокусов.

Ангелина опять молча кивнула.

– Экая ты молчаливая, – покачал головой Миша.

– Ладно, до Москвы дорога долгая, так что разговоримся, – сказал Леонид, явно симпатизируя Ангелине.

– Пока еще рано, можешь в кабину к нам сесть, – взглянув на едва лишь подернутые светом горные вершины, проговорил Михаил.

А Леонид помог ей в кабину забраться.

Машину Михаил вел мастерски, и тени придорожных деревьев и кустов, казалось, сами летели под колеса.

Леонид включил радио, и, как оказалось, песни были одна бодрее другой. Одной Леонид, которому очень хотелось понравиться своей случайной попутчице, даже попытался подыграть. Голос у него был довольно приятный, а рожи корчил он вообще великолепно. Ангелина этой песни раньше никогда на слышала.

Я – грузин из магазин У метро «Динамо». Мало ел и мало пил, Потому что беден был.

На припев Леонид, ухватив в рот на манер кинжала шариковую ручку, даже попытался исполнить что-то вроде лезгинки:

Хали-хали-хали-джан, Манитуни-манитан. И однажды я решил: Сел на поезд дальний И поехал на Кавказ, Где гуляют дамы. Хали-хали-хали-джан, Манитуни-манитан. Встретил барышен один. Ай какой хороший! Очень толстый и большой, На арбуз похожий. Хали-хали-хали-джан, Манитуни-манитан. «Вы красивая мадам, Можно в вас влюбляться, Так садимся на трамвай, Будем покататься!» Хали-хали-хали-джан, Манитуни-манитан. Я возил ее в трамвай, Целовал ей ножки, А потом я спер у ней Два кольца и брошки. Хали-хали-хали-джан, Манитуни-манитан. И теперь я стал богат И построил дача. Все, кто хочет, заходи, Угощаю чачей!

Распевая, Леонид, заигрывая, попытался приобнять Ангелину, но она сразу дала ему понять, что ей сейчас не до того.

Затормозил Михаил уже у самого Сочи, заезжать в который он и не собирался. Но