Динамит пахнет ладаном - Евгений Костюченко

Он выписывал несколько газет и любил, вернувшись после полевого сезона, рыться в накопившейся куче. Обычно Орлов начинал с самых давних. Но сегодня первым делом развернул те, что лежали не в общей куче, а на столе.

Ему бросились в глаза фотографии Веры. Рядом с теми, что были сделаны в зале техасского суда, размещались и другие, присланные из России. И трудно было поверить, что «миссис Роджерс» и «террористка Муравьева» — одна и та же девушка.

Он не стал вчитываться в судебный отчет, бегло скользя взглядом по строчкам в поисках упоминания о себе. Ни в «Дейли мейл», ни в «Геральде» ничего не было, и только местная «Трибьюн» посвятила Полу Орлову целый абзац.

«Мы думали, что всё знаем об этом человеке. Но оказалось, мы не знали самого главного. Возможно, потому что многие вопросы, витающие в воздухе, так и остаются невысказанными? Но теперь, если мы когда-нибудь снова увидим мистера Орлова, мы обязательно спросим его. Например, мы спросим о судьбе его бывшего партнера по бизнесу, чей пакет акций Орлов выкупил у безутешной вдовы и стал единоличным владельцем завода. Мы также спросим, как ему удалось одновременно числиться в рейнджерах и управляться с производством. И, наконец, мы спросим, почему ему пришлось покинуть свою родину — не потому ли, что там он был не в ладах с законом? Согласитесь, что такие вопросы были бы неуместны в приличном обществе. Но мы рассчитываем задать их в зале суда…»

По случайному совпадению, или таким был замысел редактора, но эта статейка о беглой террористке и ее сообщнике соседствовала с заметкой о недавней трагедии в Барселоне, Испания. Преступники бросили две бомбы в зал театра. Взрывы унесли жизни почти тридцати человек, и более полусотни получили тяжелые ранения и ожоги.

Со странным чувством Орлов перечитал репортаж о взрыве вагона, в котором должен был погибнуть сам. В списке жертв было одиннадцать имен. «Могло быть тринадцать», — подумал он. Это злодеяние уже отнесли на счет неких анархистов. Подробности он читать не стал, рассудив, что у него еще будет время для более тщательного изучения всех материалов.

К свежим газетам он добавил охапку старых: когда надоест их перечитывать, сгодятся для растопки.

Тетя Анита с внучкой оседлали лошадей, пока Орлов и Вера завтракали и собирались в дорогу. Он настоял, чтобы Вера снова переоделась в мужское платье. Но на этот раз у нее, по крайней мере, был выбор. Покопавшись в гардеробе, Вера нашла даже сапоги достаточно маленького размера. Они оказались ей по ноге, и выглядели довольно изящно. Постояв перед зеркалом, Вера спросила:

— Откуда в твоем доме женская обувь? Только не убеждай меня, что это твои сапоги, что ты их купил по ошибке и прочее. Здесь жила женщина?

— Здесь порой жили разные женщины, — ответил он, укладывая в сумку патроны. — Некоторые из них забывали тут свои вещи.

— Забывали? Как бы не так! Они их оставляли с умыслом. Метили освоенный участок. — Вера потопала каблуками, прошлась по комнате и развела руками: — Ну, что сказать? Они мои. И не хотела бы, а придется носить.

Как ни торопились, а выезжать со двора пришлось уже засветло. Сначала поскакали по дороге, чтобы смешать свои следы с множеством чужих. После развилки Орлов свернул к лесу. Проезжая мимо березовой рощи, он услышал стук топора. «Лесоруб вряд ли станет отвлекаться от работы и разглядывать, кто это там скачет по лугу», — подумал он. И ошибся.

Топор умолк. А потом раздался свист.

— Подожди меня, — сказал Орлов Вере, сворачивая к роще. — Поздороваться надо. Вот же глазастый черт.

— Тебя прикрыть?

— Это свой.

Человек с топором на плече уже шел навстречу. Подскакав к нему, Орлов не стал спешиваться.

— Том, что творится? — спросил он. — Ко мне в дом вломились какие-то парни. Говорят, что их послал ты.

— Вранье. Я только сказал им, где ты живешь. И предупредил, что ты рейнджер.

— Я их связал и бросил в чулан. Разберись с ними.

— Разберусь, — улыбнулся шериф Том Бакстер. — Сегодня я занят. Завтра тоже. Если Анита не заморит их голодом, дня через два-три я с ними разберусь.

— Ну, слишком-то не затягивай.

— Сами виноваты, я их предупреждал. Не послушались. Но имей в виду, Пол, они от тебя не отвяжутся.

— Чего им надо?

— Хотят допросить тебя как свидетеля, только и всего. Ты же ехал в том поезде, который взорвали анархисты.

— На свидетелей не устраивают засаду.

— У «Стальной Звезды» свои методы. — Бакстер провел пальцем по лезвию топора, сбивая прилипшие щепки. — А я вот с утра решил дровишками заняться. Сам знаешь, ноябрь — месяц топора. Ты-то будешь заготавливать? Или надеешься топить мазутом? Он же у тебя бесплатный. Пока.