Битва за масть - Александр Белов

«Дамы и господа! Наш самолет, следующий рейсом Душанбе –Москва, совершил посадку в аэропорту Домодедово. Температура за бортом – семьградусов тепла», – даже профессионально бодрый голос стюардессы не вывелФархада из оцепенения. Перебирая в руках четки, он был словно не в Москве, а всвоем доме, в Душанбе. Одни и те же мрачные мысли не оставляли его ни там, низдесь. Теперь к ним добавились еще и воспоминания…

* * * * *

В своем благоухающем осенними плодами саду Фархад не находилсебе места. Неприятности он предчувствовал заранее – как зверь, инстинктивно.Пытаясь отвлечься, он вытащил из кухни повара Рахмата. Все равно после обедатот ничем не занимался, бездельничал, подкручивая холеные усы.

– Сейчас мы с тобой поиграем в Робин Гуда.

– Это кто? – не понял Рахмат, но напрягся. Голос хозяинаничего хорошего не предвещал.

– Конь в пальто, – по-русски пояснил Фархад и добавил опятьна родном: – Вставай туда. И яблоко возьми.

– Куда яблоко? – Рахмат точно ничего не знал про Робин Гуда.

Пришлось Фархаду самому организовать полную диспозицию. Онвзял за локоть повара, подвел его к щиту, куда обычно прикреплял мишень,упражняясь в стрельбе из лука. Когда же Фархад установил на голове несчастногоРахмата большое красное яблоко, тот прозрел. По меньшей мере догадался, какимже образом развлекался этот загадочный Робин Гуд.

– Фархад, может, не надо? – жалобно простонал Рахмат, когдауже третья стрела вонзилась на расстоянии двух пальцев от его правого уха.

– Надо, надо. Должен же я когда-нибудь попасть… – сноваприцелился Фархад.

– Фархад, – окликнули его от дома, – к нам гости!

Оглянувшись, Фархад одновременно отпустил тетиву. Стрелавонзилась точно в яблоко, пригвоздив его к щиту.

Рахмат, не веря, что остался жив, кончиками пальцев стеркапли со лба и лизнул влажные пальцы. Вместо вкуса крови он почувствовалвосхитительную сладость яблока.

– Аллах акбар! – прошептал он еле слышно.

– Вы видели, вы видели?! – восторженно закричал на весь садФархад. Ему хотелось, чтобы весь мир разделил его триумф.

Но пришедшие к нему «старшие товарищи» были далеки от егодетских восторгов.

– Фархад, есть разговор, – суровый Абдула-Нури поглаживалсвою седую бородку, что само собой не предвещало ничего хорошего.

– Какой? – Вопрос этот просто так сорвался с его губ.

Будто Фархад не знал, о чем с ним хотят говорить!

– Фархад, они деньги заберут. Нам не оставят. Толку от нихне будет, – тонкие усики Далера топорщились от возбуждения. Сквозь его длинныевоздушные волосы просвечивало синее небо.

– Он правду говорит. Этот Белый – как черная нить на нашемдастархане, – вмешался лощеный Ораз, который несмотря на свой исключительноевропейский вид всегда выражался по-восточному пышно.

– Вы что, с ума сошли? Какой дастархан? – всплеснул рукамивозмущенный Фархад: достали эти их иносказания! – Да Белый весь риск, всюопасность взял на себя. Он создал эту дорогу. И вообще, он мой кровный брат.