День луны - Чингиз Абдуллаев

— Террористы захватили капсулы в контейнере и решили,что могут диктовать нам свои условия, — неприятным голосом начал онговорить. — Считаю, что мы вполне можем навязать им наши условия и взятьсамолет, когда они сядут в него, пытаясь сбежать из страны.

Ни одна соседняя страна их не примет, а наши сотрудники изантитеррористического центра готовы вылететь в случае необходимости в любоесоседнее государство, если самолету все-таки удастся прорваться.

— Все? — спросил Президент.

— У меня все. Прошу поручить расследование этого деланашему центру. Мы имеем все возможности и силы для успешного противодействиябанде террористов.

— Садитесь, — разрешил Президент и посмотрел насидевшего рядом министра внутренних дел. Тот быстро вскочил со своего места.

— Мы принимаем все меры, — энергично доложилон, — перекрыли все дороги из Москвы и в столицу. В аэропортах и навокзалах установлены дополнительные посты. Взяты под наблюдение все наиболееуязвимые места в городе. Полчаса назад мы подняли по тревоге всех нашихофицеров, находящихся в настоящее время в столице. — Он выдохся, аПрезидент молчал, словно ожидая продолжения доклада. — Трупы офицеров ГАИуже найдены, — торопливо доложил министр, понимая, что его все равноспросят про автомобиль ГАИ, участвовавший в нападении.

— Значит, террористы убили ваших офицеров и лишь потомвзяли машину ГАИ, — понял Президент.

— Да, — быстро кивнул министр внутреннихдел, — все так и было. Они убили наших сотрудников еще до нападения наколонну.

Президент кивнул ему головой, разрешая садиться. Посмотрелна мэра города.

— Что будем делать? — спросил он у городскогоглавы. Тот энергично потряс головой, вскакивая с места.

— Все коммуникации будут взяты под двойной контроль. Мыпостараемся обезопасить москвичей на транспорте, проверим новую линиюводопровода. Но полностью исключить возможность заражения я не могу. Этиподлецы могут разбить капсулу у какого-нибудь детского сада или школы. Эпидемияв таком случае охватит город мгновенно.

— Вызовите ко мне министра здравоохранения, —недовольно сказал Президент, посмотрев на сидевшего в дальнем углу зала одногоиз своих помощников. Тот кивнул головой, быстро выходя из кабинета.

— В наших больницах мы приготовим места, но нужно будетразвернуть достаточное количество коек, — сказал непонятно почемумэр, — поэтому я попрошу МЧС и Министерство обороны помочь в данномвопросе.

— Вы не поняли, — вскочил с места министробороны, — капсулы в любом случае нельзя открывать. Против этого вируса несуществует надежной защиты. Половина города будет выведена из строя уже черездень, к завтрашнему утру. Я уже не говорю, что заразу могут развезти по всемумиру. Это будет хуже любой эпидемии. Не говоря уже о том, что в мире разразитсяграндиозный скандал. ЗНХ запрещен к применению вот уже столько лет. Запрещенадаже разработка этого абсолютного оружия, способного нанести страшный удар попротивнику даже в случае нашего тотального поражения. Мы должны принять условиятеррористов или найти капсулы. Никакого другого варианта просто нет. Рисковатьмы не имеем права.

Президент по-прежнему молчал. Он оценивал сказанное. Потомпосмотрел на министра обороны и тяжело спросил:

— Они действительно могут вскрыть контейнер и разбитьэти капсулы?

— Они уже вскрыли контейнер, — тихо ответилминистр. И тогда в кабинете наступила тишина. Премьер шумно вздохнул. Мэрзакрыл от ужаса глаза, представив себе картину Апокалипсиса в Москве.

— Что вы предлагаете? — спросил Президент.

— Вести переговоры с террористами, постаратьсявыяснить, где могут быть капсулы, и по возможности выполнить все условиябандитов, чтобы получить обратно капсулы.

— Это все, что вы можете предложить? — недовольнымголосом сказал Президент. — Вечно военные нас подводят.

Все молчали.

— Приказываю создать оперативный штаб по переговорам стеррористами, — строго сказал Президент, — в составе: премьер-министр— председатель штаба, мэр города, министры обороны, иностранных дел, МВД и МЧС,директора ФСБ. Включите туда и министра здравоохранения. Когда террористы ещераз должны позвонить вам?

— Через два часа, — доложил министр обороны.

— В этот раз переговоры с ними будет вести премьер. Наразумные компромиссы, конечно, нужно пойти. Но не более того. Очень потакатьэтим бандитам не нужно. Директору ФСБ приказываю задействовать все имеющиеся унего возможности. В случае гарантированного успеха уничтожить бандитов наместе. Но только в случае гарантированного успеха. Москву мы должны уберечь отподобной угрозы.

— Я поговорю с нашими банкирами, — кивнулпремьер, — конечно, такую сумму не соберем, но миллионов сто, думаю,собрать сумеем.

— Я тоже поговорю с банкирами, — вмешалсямэр, — они поймут, для чего это нужно.

Но нужно сделать все очень спокойно, чтобы не было ненужнойпаники.

— Да, конечно, — согласился Президент, —паникеры нам не нужны. Если ничего другого не выйдет, отдайте им деньги, ипусть улетают.

Все равно далеко не улетят.

— Ни одна соседняя страна их не примет, — заметилминистр иностранных дел, — их сразу выдадут обратно. Может, толькоАфганистан, но и там их сразу арестуют.

Он не стал уточнять, что еще до приезда сюда успелпереговорить с министром обороны и дал свое принципиальное согласие на помощь вэтом деликатном вопросе. Он уже отдал распоряжение найти в этот воскресный деньминистра иностранных дел Германии и нетерпеливо ждал, когда наконец закончитсясовещание.

В свою очередь, министр обороны также не говорил об этомразговоре, понимая, что в случае еще одной крупной неудачи все провалы этойоперации будут приписаны военному ведомству. Он с неудовольствием вспомнил обывшем полковнике ГРУ, которого рекомендовал генерал Лодынин. На фоне этогопредставительного совещания приехавший к нему странный грузин выглядел каким-тонелепым, фарсовым, почти водевильным героем.

«Как только приеду, сразу его уберу, — решил для себяминистр. — Поверил в нового комиссара Мегрэ. А здесь не убийцу искатьнужно в закрытой комнате, а бегать по всей Москве в поисках террористов,укравших контейнер с биологическим оружием».

Сидевший рядом директор ФСБ смотрел на своего военногоколлегу, чуть усмехаясь. Он был убежден, что у военных ничего не получится. Темболее в расследовании столь сложного преступления. Он видел, кого привезгенерал Лодынин, и теперь с плохо скрываемой иронией вспоминал нелепогополноватого кавказца в кабинете министра обороны. Кажется, Лодынин говорил, чтоэто один из лучших аналитиков ГРУ. Неудивительно, что Советский Союз проиграл«холодную войну» Западу, думал директор ФСБ. Имея такого комичного аналитика,можно было проиграть и гораздо больше. Странно, что этого не понимает самЛодынин. Он ведь всегда казался таким толковым генералом. Может, всегда толькоказался?