Проклятие чужого золота - Борис Бабкин

– Вы по маршруту? – быстро спросил он.

– Да, – ответил сержант.

– Короче, вот что. Вы в последние два вагона не суйтесь с часик. Потом посидим.

– Лады, – согласился сержант. – Они обычно духов теребят, – сказал он напарнику. – В Чечне все были. Ну, в общем, лучше не соваться в вагон.

– А если прибьют кого?

– Насмерть не забьют, – успокоил его сержант. – Просто для профилактики, – засмеялся он.

«Почувствовала облегчение, – думал стоявший около двери в тамбуре Славин. – Даже очки сняла. Неужели ты, стерва, с ними? Хотя делать выводы рано. В общем, хорошо, что я тебя заметил».

Из последнего вагона появились трое парней. Славин успел среагировать на удар первого. Присев и развернувшись, он ударил его локтем между ног. Потом сразу выбросил ногу вперед. Каблук полуботинка угодил второму парню в колено. Третий резко опустил руку. Славин отшатнулся к перегородке, но лезвие обожгло его правую лопатку вспышкой острой боли. Василий подсечкой сбил парня с ног, рухнул на него сверху и ударил в пах. Парень взвыл. Славин, дотронувшись до разреза на рубашке, поморщился. Из перехода между вагонами хлестнул выстрел. Пуля вошла Славину в левую сторону груди. Ударившись спиной о перегородку, он рухнул лицом вниз. Пассажиры услышали громкий испуганный крик вбежавшего в вагон молодого мужчины, курившего со Славиным в тамбуре.

– Убили! Милиция!

Блондинка, поднявшись, быстро направилась в следующий вагон. Навстречу ей бежали сержант с напарником.

– Сашка! – сердито крикнула полная женщина. – Ты будешь жрать или нет? Сейчас сериал начнется. Где ты есть-то? Что как мертвый молчишь? – С поварешкой в руке она вошла в комнату. Выронив поварешку, завизжала и бросилась в прихожую.

* * *

– Ну вот, – довольно улыбаясь, кивнул Марксист, – и ничего страшного, а ты себе заработал денежку. А то нехорошо выходило, ты деньги получал, неплохие деньги, а за что, непонятно. Вот сейчас за дело получишь. И вот еще что: мне надо знать о нашем друге все.

– Погоди ты, – остановил Лоров навзрыд плачущую полную женщину. – Как убили? Ты что такое говоришь?

– Да так, – подошел к ним Ташкент. – Завалили в комнате, пока она готовила еду. Это Воевода сработал, из-за Ледовой, рубь за тыщонку кладу. Сто процентов она ему нужна. И валить он начал с низов – нам вроде предупреждение, чтоб искали эту шкуру. Твою мать и его родителей! – процедил он. – Вот ты втянул нас в крошево. Похоже, ничего путного из этого не выйдет. Надо, пока не поздно, в тень уходить.

– Слушай, ты, – заорал Лоров, – я тебе уйду в тень! В гроб ляжешь! Где же твой блат?! Или уже в штаны наложил?! Ты сто процентов давал, что Рука со своими придурками сделает дело! А где это дело?! – Он шагнул к попятившемуся Ташкенту. – Почему они на сутки раньше вылезли?! Не твоя ли это инициатива? Что молчишь? Может, ты все решил сам на сам сделать? Может, и Эмка, дочь Воеводы, твоих рук дело?

– Да ты что базаришь?!

– Тебе же не понравилось, что тебя Саидом назвали. И вообще ты решил уходить. А напоследок нам задачку подбросил. Вот что, гнида, – Лоров выхватил пистолет, – я тебя…

– Да перестаньте вы! – завизжала жена Стапова. – Я милицию вызову!

– Зови! – крикнул Лоров. – И не забудь рассказать все о курьере с золотом, которого вы так и не дождались. Стоп! А вы не из одного ли котла подлости нажрались? – Посмотрев в глаза Ташкенту, он перевел взгляд на заплаканное лицо женщины. – Точно, вы и курьера убрали, и…

– Ага, – кивнул Ташкент, – его убрали, а золотишко в электричке забыли, которое дядя Ледовой нашел. Ты, похоже, вообще от страха сдвинулся. На кого ты жути гонишь?! – Он тоже выхватил пистолет. И замер. В комнату ворвались два парня и направили на него стволы. Женщина, уткнувшись в ладони, плакала.

– А ты иди домой, – сказал ей Лоров.

– Не могу, – всхлипнула она. – Я боюсь, что и меня…

– Иди домой. Там менты, они тебя защитят. – Лоров посмотрел на Ташкента. – Надо искать Ледову, – спокойно проговорил он. – А Стапова грохнули люди Воеводы, это нам предупреждение.

– Погоди, – тряхнул головой Ташкент, – Воевода не успел бы кого-то сюда прислать. Это Марксист, сука. И Богатова он убрал, и Гуська тоже.

– Как он, доктор? – нервно спросил вошедший в кабинет Ильин.

– Майор Славин? – уточнила просматривавшая бумаги женщина в белом халате. – Ему повезло, – улыбнулась она. – Пуля попала в портсигар и ушла в сторону, скользнула по ребру. Резаная рана гораздо серьезнее.

– Так к нему можно пройти? – спросил полковник.

– Разумеется. А скажи я «нет», вы бы все равно зашли…

– Ни в коем случае, доктор! – Рассмеявшись, полковник выбежал из кабинета.

– Менты везде шарят, – проговорил Дровосек. – Похоже, ищут жену Ледяного с гавриками. Их всех вместе похитили.

– В курсе, – кивнул Горец. – Ко мне два раза приезжали. А капитан так и сидит?

– Ага. Я что-то не въеду, неужели мусора на Ледяного так и повесят труп? В общем, у них дела совсем никуда и хуже не бывает. Своего сотрудника в камеру сунули. Полный беспредел. А что говорить про нас, бедолаг! Запросто и под пожизненное подведут. Ты яркий пример. Кстати, вообще-то Ледяной и постарался…

– Замяли, – оборвал его Виталий.

– Действительно, – пробормотал сидевший за столом дядя Матвей, – что-то вы не то говорите. Вроде собрались мужской компашкой мое семидесятилетие отпраздновать, а вы…

– Погоди, – сказал Виталий, – тебе же шестьдесят четыре…

– Так я про то и говорю, – подмигнул ему Матвей Сергеевич. – Придется и семьдесят праздновать. Все ж какая-то цель еще имеется! – Он рассмеялся.

Виталий и Дровосек, переглянувшись, тоже расхохотались.

– Ну тогда давай за твое семидесятилетие! – поднял рюмку Горцов.

– Чего вы хотите? – спросила Вика вошедшего с подносом мужчину в маске. – Вы хоть скажите, что вам от нас…

– Он не скажет, – вмешалась Катя. – Он сам ничего не знает, шестерка.

Мужчина аккуратно поставил поднос с едой на столик и протянул руку в открытую дверь. Вика, вскочив, бросилась к нему. Он выхватил пистолет с глушителем и направил на замершую женщину. Втянув корзинку с фруктами, поставил рядом со столиком и, пятясь задом, не опуская руки с пистолетом, вышел.

– Гады! – Вика опустилась на пол.

– Мама! – расплакалась Катя.

– Все хорошо, доченька. – Виктория бросилась к ней.

– Что-то у вас труп за трупом, – говорил районный прокурор. – Плохо работать стали. – Он осмотрел сидевших перед ним офицеров милиции. – В чем дело, Иван Тимофеевич? – обратился он к седому полковнику.

– Я бы тоже очень хотел это знать, – пробормотал тот. – Видите ли, товарищ районный прокурор, они не оставляют записок с объяснениями. Просто убивают, и все. Так что…