Проклятие чужого золота - Борис Бабкин

– Без вопросов, – кивнул Алексей. – Пошли. – Он вышел из комнаты. Егор с винтовкой, взглянув на смеющегося Федора, поспешил за ним.

– Да, – сказала Настя, – конечно, мне тут нравится, но придется потрудиться. Женщины здесь не было очень давно, – засмеялась она.

– Там мишени. – Оставив у барьера Егора, Алексей направился к стене тира. – Сейчас открою. Помоги, – попросил он Федора.

Зажав сигарету зубами, тот пошел к нему. Алексей тоже сунул в рот сигарету. Федор, подойдя, достал зажигалку. И тут дважды ударили выстрелы. Сигареты из губ Алексея и Федора вылетели. Они пригнулись.

– Убью! – взвыл Федор, выхватив пистолет.

Егор любовно погладил винтовку:

– Отличная! И пристреливать не надо.

– Придурок! – шумно выдохнул Федор и сел на пол.

Алексей, медленно повернувшись, посмотрел на Егора. Тот рукавом протирал приклад. Алексей захохотал:

– Он ее… ха-ха-ха… гладит!

– Во придурок старый, – пробормотал Федор и, не выдержав, тоже рассмеялся.

– Вот это да! – прошептал пораженный Кувалда. – Я такое только в кино видел.

– Поэтому меня и взяли в армию без вопросов, – вздохнул Егор.

– Я думал, конец. Ну ты и чокнутый!.. – Федор покачал головой.

Тула

– Надо искать Вику, – возбужденно говорил Ташкент. – Воевода рвет и мечет. Что-то там не так. Кто мог хлопнуть Руку с парнями и увести Ледову?

– Это надо спрашивать не меня, – зло отозвался Лоров. – Операция была назначена на день позже. Почему вдруг Рука со своими придурками туда поперся?

– Никто этого не знает и, похоже, уже не узнает, – процедил Ташкент. – Ледов в камере?

– Да, – кивнул Стапов. – Правда, сейчас с информацией у нас неважно. Гуськов убит, двоих выгнали, Туранина посадили. А кто пришил Богатова? – непонимающе спросил он. – Я не думаю, что это Элеонора, – увидев насмешливое лицо Ташкента, сказал он.

– Я уверен, что Элеонора тут ни при чем. Впрочем, сейчас надо думать о нашем деле с Воеводой. Нужно найти эту шкуру. А как? – раздраженно спросил Лоров. – В милиции ничего не знают, кроме того, что Рука с парнями пытались похитить Ледову с детьми. Кто-то это сделал, перехлопал наших и забрал…

– А не Воевода ли? – перебил его Ташкент. – Он имеет спецов по таким делам.

– Исключено, – возразил Лоров. – Он бы не стал так настаивать. Оказывается, к Ледовой ехал дядя из Якутии, и он как-то связан с золотом. Но Воевода упустил этого мужика. И вот теперь ему нужна племянница якутянина. Марксист все наверняка знает. Хотя бы потому, что он просто в бешенстве оттого, что похищение сорвалось.

– А почему менты не выпускают Ледова? – спросил Стапов. – Ведь понятно, что он не…

– А вот тут как раз ничего не понятно, – усмехнулся Лоров. – Все против Ледова. Трое свидетелей, раненый его узнал. Автомеханик с подручным и те против него поперли. Порова купили, суку, а он не понял, что попал крупно…

– Не купили, – поправил его Ташкент. – Он Марксисту за «мерс» должен. Полгода назад врезался на своей «ауди» в «мерина» Марксиста и теперь пожизненно работает на него.

– Понятно, – кивнул Лоров. – Значит, Марксист не мог. Но кто же сделал это?!

– Горец, – бросил Ташкент. – Мне кажется, он мог…

– Горец – бандит-одиночка, – покачал головой Лоров. – К тому же он сейчас постоянно с больной маманей сидит. И у него людей нет. Хотя понятно, почему ты на Горца киваешь, ведь он тебя одел…

– Ты думай, прежде чем базарить, – недовольно проворчал Ташкент. – Мне Воевода сказал, что Горец в этом был замешан.

– И провалили все на хрен! – разозлился Лоров. – Марксист тоже бесится. Кстати, слышали? Богатов убит. Его позавчера на балконе дома отдыха в Березовке пристрелили. Вместе с каким-то Пузановым, тоже ветераном прокуратуры.

– Богатов еще работал, – сказал Ташкент. – И честный был, гад.

– Он на пенсии уже пять лет, – проговорил Лоров. – Есть версия, что его за компанию с Пузановым шлепнули. Ну, чтоб шум не поднял сразу. Их нашли уже вечером, они на ужин не явились.

– Значит, Элеонора вдовой стала, – засмеялся Ташкент. – Она же моложе Богатова на десять лет. Ей, наверное, около пятидесяти. А Лариска ее приемная дочь. Богатов похоронил…

– Лариска как раз родная дочь Элеоноры, – перебил его Лоров. – Зинаида Семеновна, жена Богатова, бесплодной была. А Богатов по молодости здорово грешен, уж больно баб любил. Вот и состряпал Элеоноре ребенка. На ее счастье, Зинка быстро сдохла. А Лариска сейчас где?

– В Турции, – усмехнулся Ташкент, – с питерским делягой Валентином укатила. Она уже давно Гуськову рога ставила. Всем это было известно, кроме него, – хохотнул он. – Ведь она уже знает, что супруг труп, а не появляется. Но на похороны отца прикатит. И начнется канитель у них с маманей. Элеонора себя еще за молодуху держит и ничего Лариске не даст.

– Не думаю, – возразил Лоров. – Все-таки мать она нормальная. Да и чего им делить, у Элеоноры много чего есть. В отличие от Лариски, которая все тратит на поездки на курорты. И учится, – Лоров засмеялся, – уже в третьем институте. Гуськов виноват, шлялся по бабам, вот Лариска и решила себе веселую жизнь устроить. Да хватит про них рассуждать. Надо думать, что самим делать. Воевода запросто может прислать…

– Никого он не пришлет, – раздался насмешливый голос вошедшей Элеоноры. – Его дочь в заложницы взяли. Он вроде нашел дядю Ледовой, но взять не сумел. А у него захватили эту дрянь, считающую себя королевой. И сейчас, если хотите выжить, вам надо найти Ледову с детишками. Иначе вы сдохнете.

– Да иди ты! – огрызнулся Ташкент. – А тебя, значит, Воевода пожалеет? Да в конце концов он что, бог и царь? На хрену я его видел! Пусть попробует наехать, я тоже кусаться умею.

– А действительно, – кивнул Лоров, – мы не с ним работаем. Но получается, что мы вроде как ему обязаны…

– Так позвоните ему и скажите, – насмешливо посоветовала Элеонора. – А я пришла вас на двойные похороны звать. Мужа милого и зятя любимого земле отдавать буду. – Не выдержав, она рассмеялась.

– Ты чего ржешь, кобыла?! – заорал Ташкент и, отскочив, выхватил пистолет. Хлопнул выстрел «браунинга», пуля скользнула по кисти Ташкента. Он выронил ТТ.

– Еще раз попробуешь, – спокойно проговорила Богатова, – и я тебя убью. Стреляю я прекрасно, и реакция превосходная. Я себе пять лет назад тир устроила, так что упражняюсь в стрельбе каждый день. – Она сунула пистолет в сумочку.

– Ты, – Ташкент лизнул кровь с ранки, – сучка…

– Не нарывайся! – угрожающе перебила его Элеонора. – И вот что я вам скажу: вы все живы и на свободе, потому что есть Воевода. Слышали о Мухоморе?

– И что? – мрачно спросил Лоров.