Предатель жребий не бросает - Сергей Самаров

– Ростов… – позвал в эфире капитан Юрлов.

– Все в порядке, Багира… – отозвался капитан Ростовцев, понимая, что хотел узнать товарищ. – «Картошку» под колесо посадили… Обезвредил…

– Ростов, Багира… – теперь уже позвал лейтенант Стогов.

– Что?

– Находка… Прошу полюбоваться…

– Что у тебя? – спросил Юрлов. – Я аккумулятор тащу…

– Думаю, что это старший лейтенант Али Бурураев… Зря все-таки он без собаки пошел на встречу… Собака бы хоть как-то прикрыла и погибла бы с пользой…

– «Отдыхает»?

– Отдыхает… Голову почти снял, чтобы плечи не уставали… И еще тут кое-что интересное… Предполагаю, это след от героина…

– Иду… – отозвался Ростовцев.

– Иду… С аккумулятором… – в тон ответил Юрлов.

Лейтенант Стогов стоял недалеко от двух рядов кустов, с одной стороны замыкающихся в непролазные дебри, с другой оставляющих проход. На этот проход лейтенант довольно настойчиво и показывал стволом автомата. Капитаны приблизились, Юрлов аккумулятор «Нивы» под ноги поставил, заглянули за кусты. На узком пространстве между рядами кустов, откинувшись навзничь, лежал, уронив голову в лужу крови, человек в ментовском сером камуфляже. Горло человека было перерезано, и кровь стекла под плечи…

– Похоже, это он и есть… – Капитан Юрлов сдвинул с плеча убитого «разгрузку» и оторвал «липучку» с бронежилета, чтобы посмотреть погон. – Старший лейтенант…

– Бурураева нашли? – через «Подснежник» поинтересовался майор Ялаев.

– Сам подойди сюда или пришли кого-нибудь… Джабраилова, что ли… Опознать надо, – распорядился капитан Ростовцев, не сильно смущаясь, что отдает распоряжения старшему по званию.

– Джабраилова пришлю… Они приятелями были…

В руке убитый держал пачку с долларами. Юрлов разжал еще не окаменевшие пальцы и вытащил пачку. Это была «кукла». Только сверху и снизу стодолларовые купюры, а изнутри простая бумага, чуть подкрашенная по краям. Капитан и крайние купюры пальцами потер.

– Даже здесь фальшивку всучить хотели… И бумагу нормальную подобрать не смогли… Торопились…

– Бурураев, похоже, возмутился, потому и…

– Значит, он здесь героин продавал… – Капитан Ростовцев заглянув в пустую коробку из-под телевизора, раскрытую не сверху, а почему-то с торца, и стоящую даже вертикально. Наверное, Али так легче было тащить ее. – В этой коробке его и привез сюда… Базарное, стало быть, здесь место…

Со стороны послышался шум. Спецназовцы повернули на звук стволы автоматов. Но это оказался лейтенант Джабраилов, бегущий в гору и тяжело, с хрипотцой дышащий. Для подробного осмотра дождались лейтенанта.

Джабраилов приблизился, остановился, переводя дыхание.

– Курить бросай, лейтенант, – посоветовал капитан Юрлов. – В твоем возрасте стыдно такую «дыхалку» иметь…

– Сам себе это же каждый день говорю, товарищ капитан… Все никак собраться не могу…

– Давно куришь?

– Лет с пяти…

– Пропащий человек… – вздохнул Ростовцев. – Посмотри сюда… Он?

Джабраилов к кустам приблизился. «Камуфляжка» лейтенанта была уже в крови. Должно быть, раненых боевиков перевязывал или переносил. Может быть, допрашивал…

– Это Али… – подтвердил Джабраилов.

– Ваха Бачаев бежит… – сообщил капитан Юрлов. – Отняли у него «кровника». Обидится мальчишка. Ему самому хотелось.

– Ему самому хотелось… – согласился Джабраилов. – Он сам должен был убить. Так полагается по адату…

– Переживет… Лучше горькая правда, чем сладкая селедка, – капитан Юрлов любил говорить «крылатыми» фразами.

Ваха подбежал. Минуту, наверное, молча смотрел в лицо убитому врагу. Потом автомат поднял и затвор хотел передернуть, но капитан Юрлов одним движением выхватил из рук мальчишки автомат.

– Во-первых, в убитых мужчины не стреляют…

– Он моего брата убил… – челюсть мальчишки дрожала.

– В убитых мужчины не стреляют… Это во-первых… Во-вторых, здесь идет следственная работа, и, будь любезен, уходи отсюда, чтобы не мешать. Иначе автомат не отдам. Понял?

Ваха кивнул, сделал шаг в сторону, и капитан протянул парню автомат.

– Иди, помогай майору Ялаеву…

Ваха неохотно ушел, но рад был хотя бы тому, что у него автомат не отобрали.

– Тело перетаскивали на полтора метра, – показал Ростовцев след крови. – Зачем?

– Чтобы не видно было сразу, – предположил лейтенант Джабраилов.

– Чтобы тебя, дурака, взорвать… Или Ваху, который стрелять надумал, – объяснил Ростовцев. Если тело относят на такое короткое расстояние без видимой причины, следует искать причину. А причина может быть только одна. Телом мину прикрыли…

– Будем разминировать? – наивно спросил Джабраилов.

– Есть такие взрыватели, – терпеливо объяснил лейтенант Стогов, – работают на освобождение. На него сначала что-то кладут, потом вывинчивают предохранитель. Когда это «что-то» убирают, взрыватель срабатывает… Можешь, конечно, подсунуть под тело руку и держать взрыватель нажатый до скончания дней… Сколько дней сможешь?…

– И что делать? – поинтересовался ментовский лейтенант.

– Аккумулятор к машине отнеси, – посоветовал капитан Юрлов, довольный, что нашел бесплатную рабсилу.

Джабраилов, словно вину чувствовал за убитого старшего лейтенанта Бурураева, с которым даже дружил, как говорили другие менты, взялся выполнять работу почти с радостью, хотя аккумулятор, как всякий автомобильный аккумулятор, был не слишком легким. Капитан Ростовцев осторожно, не сдвигая тело с места, отыскал в карманах убитого ключи от машины и ушел вместе с ментовским лейтенантом. Лейтенант Стогов вытащил из кармана «разгрузки» моток тонкого и прочного альпинистского каната, сделал петлю и зацепил тело убитого за ногу. Поставить и подсоединить аккумулятор – дело минуты. А еще через минуту белая «Нива» задним ходом подъехала ближе и остановилась под пригорком, чтобы не попасть с участком на одну плоскость. Канат размотали и зацепили за форкоп. И сразу сами убежали подальше, залегли.

Капитан Юрлов привычным движением подправил у рта микрофон «Подснежника»:

– Давай!

«Нива» рванула с места, и сразу же грохнул мощный взрыв. От старшего лейтенанта Бурураева практически ничего не осталось. Только тяжелый башмак с остатками ноги зацепился за канат и пролетел, как авиационная модель на корде, над головами спецназовцев. Лейтенант Стогов сразу начал сматывать канат.

– А если бы Ваха дал очередь? – спросил побледневший лейтенант Джабраилов.

Он, кажется, так до конца и не верил, что тело старшего лейтенанта Бурураева заминировано. И поверил только после взрыва.