Дневник офицера КГБ - Александр Никифоров

Вчера отметили День Победы. В Управлении было торжественное собрание. Стас выступил с докладом о Сталинградской битве. Афганцы слушали с интересом. Война, она везде война…

После официальной части нам вручили подарки. Силами афганских сотрудников был дан концерт. В целом ничего…

Перед отъездом на виллы произошел анекдотичный случай. В мошаверку, где мы все собрались, вошла толпа афганских пионеров (пионеры в Кандагаре тоже были). Девчушка лет десяти вручила Игорю Митрофановичу открытку и показала открытую ладонь, изображая цифру «пять».

— Молодец, — погладил шеф ее по голове. — На пятерки учишься?

Ни слова не понимая по-русски, та кивнула и вручила ему еще открытку, снова показав «пять».

— Так ты на одни пятерки учишься? Молодец, — снова похвалил ее шеф.

Тут же к шефу подбежали еще человек семь ребятишек и дружно начали вручать ему открытки, показывая «пятерки».

— Да вы все отличники! — говорит шеф, собирая у них открытки. — Молодцы!

— Насчет отличников не знаю, но тысячу афгани, Игорь Митрофанович, вы им задолжали. «Пять» — это пятьдесят афгани за открытку.

Как всегда, у шефа денег не оказалось, за него рассчитался Тахир.

— У шефа никогда с собою денег нет, — проворчал он.

— Надо было его заранее предупредить, чтобы деньгами не разбрасывался. Я тоже поддержал молодое поколение Афганистана, пять открыток приобрел. Так что не переживай.

— Я и не переживаю…

* * *

На следующий день в восемь часов выехали в Кандагар. Проехав прорез, остановились возле афганского поста-танка. Рядом стояли два наших бэтээра. Прорез — это проезд между двух небольших горных склонов примерно на середине дороги аэропорт — Кандагар. При проводке колонны машины обычно скапливались у него с нашей (условно) стороны. Через каждые десять минут по команде водители давили на газ и мчались в город, стараясь как можно быстрее его проскочить. Правда, на выезде из Кандагара их ожидал новый сюрприз — Черная площадь.

Из горотдела по рации сообщили, что «духи» четырьмя бандгруппами зашли в город со стороны Аргандаба^[46] и заблокировали дорогу. Планировали быстро расправиться с «зелеными»^[47] и захватить афганскую колонну, но просчитались, наша бригада успела подключиться к ее сопровождению.

В Дехходже, до которой километров десять, разгорелся нешуточный бой. Мы отчетливо слышали разрывы, пулеметную и автоматную стрельбу.

Вышли из машин. Стоим, курим.

— Это что за «спортсмены»? — Дима показывает на бегущую по склону группу людей метрах в ста от нас.

— Душманы, наверное.

Про душманов я просто так брякнул. Мне и в голову не могло прийти, что они осмелятся так близко подойти к дороге, на которой полно нашей бронетехники.

Фить, фить, фить… просвистело возле моего уха. Посмотрел по сторонам — никаких птиц. Снова фить, фить…

Боец, сидевший на броне одного из бэтээров, схватился за плечо. По его ладони потекла кровь.

Батюшки! Так это точно «духи». В нас стреляют! Хорош воин-интернационалист: полгода в Афганистане, а свиста пуль и не слышал. А ведь действительно не слышал… Мины, бомбы, «эрэсы» — это, пожалуйста, а вот с пулями не знаком. Смотрю на ребят. Не я один такой…

Кто-то крикнул:

— Ложись!

Второй раз уговаривать не пришлось. Лежим в кювете.

— Может, пальнуть по «духам»? — спрашивает Дима, он рядом лежит.

— Пальни! А я лучше «пешком полежу».

Не успел сказать, как над головой загрохотало. Это наши бойцы открыли ответный огонь из КПВТ.^[48]

«Духи» скрылись за сопкой так же незаметно, как и появились.

— Что ж, ребятки, — говорит шеф, выходя из машины (пока мы лежали на земле, он в машине просидел), — въезд в город «духи» закрыли, работу нам сорвали. Будем возвращаться домой.

* * *

На мосту возле нашего поста стоял изрядно помятый «ЗиЛ». Остановились. Вышли из машин.

— Что произошло? — спрашивает шеф часового…

— Здравствуй, Игорь Митрофанович. — Из палатки выходит комбриг.

— Привет, Павел Владимирович! — отвечает шеф. — Так что случилось?

— Минут двадцать назад афганцы на двух бэтээрах атаковали наш пост. Целенаправленно действовали. Один таранил нашу машину, другой обстрелял бойцов. К сожалению, есть раненые. Все произошло на моих глазах. Толком и понять ничего не успели. Кто бы мог подумать, что афганцы по нас стрелять будут…

— Может, это «духи» были?

— Как же, «духи»! БТР Второго армейского корпуса,^[49] я-то знаю. За перевалом как? — спрашивает комбриг у шефа.

— «Духи» дорогу блокировали. В Дехходже бой. В нас тоже пару раз из автоматов пальнули.

— Из Дехходжи? — удивился Павел Владимирович.

— Зачем? «Духи» почти вплотную подошли к дороге. Даже наша бронетехника их не смутила, — отвечает шеф.

— Совсем обнаглели, — говорит комбриг.

— И мы о том же. Наша помощь нужна? Если нет, мы поехали. Встретимся в бригаде.

— Вы-то здесь зачем? Я и своих бойцов под пули не собираюсь подставлять, пускай афганцы между собой разбираются. Подключу артиллерию; может, удастся провести колонну.

Попрощавшись с нами, комбриг скрылся в палатке.

Провести афганскую колонну через Кандагар так и не удалось. «Духи» подтянули дополнительные силы и удерживали Дехходжу еще два дня.