Прости. Забудь. Прощай - Алексей Коротяев

У ассенизатора, только что почистившего без перчаток забитый коллектор, руки

чище, чем у политика.

— А у тебя, дядя Вадим?

— С кем поведешься, Юленька, с кем поведешься…

— Что же мне теперь делать?

— Во-первых, забыть о том, что ты видела и где была. Легко сказать, но

надо. Во-вторых, я отвезу тебя на вокзал и посажу на поезд, идущий в твоем направлении. О деньгах не беспокойся. Дам, сколько нужно. Я ставлю свою

жизнь за твою, и, поверь, она кое-чего стоит. Но и ты меня не подведи. Будешь

молчать. Хорошо, дочка?

Юля, не в силах больше сдерживаться, уткнулась Вадиму Ивановичу

в плечо и зарыдала.

Веселье в ресторане не прекращалось ни на минуту. С заднего входа, очистив предварительно коридор от посторонних, как это делали всегда, когда

Купла приезжал или уезжал, тихо вынесли свернутый в толстый рулон ковер.

Крутов сидел в кабинете напротив своего основательно протрезвев-шего босса. В комнате больше никого не было.

— Ты меня знаешь. Я своей жизнью ручаюсь за девочку. Она единственная чужая, «со стороны», не считая трупака, и я уверен, что мы сможем это ула-дить. Без… крайних мер. Она как дочь мне, и с ней ничего не должно произойти.

Даже случайно. Потому что случайностей в нашем деле не бывает.

Купла не сказал пока ни слова, но было ясно: ни тон, ни тема разговора

ему не нравятся.

— Ты думаешь, из-за твоей девчонки я пойду на риск все потерять? Ты

что, идиот?

— Она исчезнет отсюда и никогда больше не появится. Она никому ничего не скажет.

— Я много лет тебя знаю, Вадим. Даже странно видеть такую беспомощ-ность от профессионала. Вот почему вам нельзя иметь семью. Ты же знаешь

правила и законы нашего бизнеса. Неужели не понимаешь? То, что ты просишь, это смешно.

— Я не позволю этому случиться, — твердо сказал Вадим.

— Угроза?

117

— Нет! Я уверен, что мы сможем договориться. Я намного лучше в качестве друга, чем врага.

— Угрожаешь все-таки. Ладно, — более миролюбиво ответил Купла. –

Позаботься пока о том, чтобы посадка забитого барана на «поле чудес» прошла

без осложнений, как положено. Наверное, ты прав. Нельзя переступать через

семью. Что тогда нам останется? А главное, кто с нами останется? Бульдоги, такие, как Ломоть и Сеня? Я все обдумаю и дам тебе знать. Иди, работай. Девочку

пока никто не тронет. Даю слово!

Купла нервно курил.

— Я сразу вызвал тебя, своего старого друга и советника во всех делах.

Ты не думаешь, что Вадима тоже надо к… остальным, — спросил он, обращаясь

к сидящему пожилому мужчине в черной кожаной куртке.

— Мы вместе с тобой законы не только принимали, но и нарушали их

в свое время. Я думаю, что Вадим против тебя не пойдет. Повязал ты его с

собой не одним литром и не только водки. А это вернее любой присяги. Человек он надежный, опытный. Две войны за плечами. Его повыше нас с тобой люди на службу к себе звали, но он не пошел. Кто знал, что эта пигалица, жена его боевого друга, не в нужном месте окажется? Команду он вокруг себя

сплотил дружную. Ребята за него в огонь и воду. Таких найти, знаешь… На-стоящие профессионалы. Зачем разрушать так хорошо построенное? Зашли

его куда-нибудь подальше на время. Конечно, девицу можно было бы напугать

до смерти и отправить домой под его поручительство. Как он и просил. Но… я

думаю, что видеопленку, которую она накрутила у себя в голове, можно стереть

только одним способом. Значит, с десантником в одном лифте поедет. Поверит

Крутов, что отпустили — будет жить. Нет — тогда другое дело. С Брежневым в

футбол играть отправим… Я помогу. А ямки копать для девицы и твоего жмура, я думаю, лучше будет пригласить моих пацанов. Они так зароют, что земляные

червяки не найдут!

В четыре часа утра у Крутова зазвонил телефон.

— Докладывай, Вадим!

— Сделано, босс. Я обо всем позаботился. С новейшим оборудованием

не найдут. Как будто его никогда вообще не было. Наш договор не забыт? Сегодня же отправляю Юлю домой.

— Хорошо! Этот вопрос закрыли. Сажай ее на поезд и вылетай на Кипр.

У нас там у Логинова возникли проблемы.

— У него что, своего начальника охраны нет?

118

— Видимо, не справляется. Нужна твоя профессиональная экспертиза.

За неделю, думаю, управишься.

— Где мне получить инструкции?

Юля очень нервничала и, только когда поезд тронулся, стала немного

успокаиваться. Она старалась ничего не забыть из того, что ей сказал Крутов, сажая на поезд, и перебирала наставления в памяти по пунктам. Так. Никому не

открывать. Не выходить из купе без надобности. Через два дня, когда приедет, позвонить ему с домашнего номера. Звонок по любому поводу с другого номера

будет означать, что с ней что-то случилось. В таком случае он сам ее найдет.

Постучали.

— Проводник. Приготовьте билетики.

Юля открыла.

В двери купе возникли две фигуры в спортивных костюмах. Один

остался снаружи, а тот, что покрупнее, вошел.

Юля побледнела.

— Помнишь меня?

— Помню. Ты с Куплой…

— Долго с такой памятью не проживешь! Шутка! Понадобилась ты в

верховной ставке. Главнокомандующему. Для прояснения некоторых обстоятельств. Нам поручено тебя доставить.

— А где Вадим Иванович?

— Его откомандировали по срочному делу. Он позвонит.

— Чего там прояснять? Я пока с дядей Вадимом не переговорю, никуда

с вами не пойду.

— Дядя Вадим, — передразнил громила. — Ты что, хочешь, чтобы мы с тобой до Черного моря доехали? Хоть и сезон! А если он и через час не позвонит?

Мы из-за тебя как обратно тащиться будем? Где твоя сумка?

— Я кричать начну, и кто-нибудь придет. Вам это надо?

— Послушай!

Гигант присел рядом и начал миролюбиво:

— Ты не понимаешь. Мы…

Он внезапно ударил Юлю кулаком в солнечное сплетение. Девушка открывала рот, пытаясь сделать вздох, но легкие не слушались. Громила позвал:

— Сеня!

Второй вошел.

— Через 40 минут станция. Хорошо, что недалеко отъехали. Тут они

пока часто. Звони ребятам.

Повернувшись к Юле, он без усилий поднял ее с места, развернул и, схватив под мышки, дернул на себя. Дышать сразу стало легче.

119

— Я спортсмен, знаю такие штучки. Самому не раз делали.

— Не думай даже о том, чтобы кричать. Я за секунду успеваю пять уда-ров ножом сделать. А в сердце и одного хватит. Возьмешь меня под руку, а я

тебя обниму рукой… с ножичком. Поняла?

Юля кивнула.

На станции их уже ждала машина. Юлю