Холостая война - Сергей Зверев

— Но ведь уже прошло время, — напомнил Емельянов. — Это будет не продолжение преследования, а новая военная операция.

— При написании отчета этот момент можно опустить, если, конечно, все присутствующие согласны, — выдвинул контрпредложение подполковник.

Емельянов, естественно, хотел возразить, что не пойдет на подлог, что ему дороги и должность, и погоны — мол, в случае провала… Но он боялся не угадать мысли полковника ГРУ, поэтому ждал, что скажет тот.

— Я с этим согласен, — проговорил Бельский.

— Я тоже, — выдавил из себя Емельянов. — Хотя и с некоторыми оговорками.

— Оговорки оставьте при себе. Вы готовы докладывать дальше?

— Абсолютно. — Лаврухин выпрямил спину. — Бандитов не так уж много. Десяток, максимум пятнадцать человек. Для их уничтожения большая группа не требуется. Я готов ее возглавить, отобрать людей. Бандиты проникли на территорию Таджикистана с целью доставить наркотики. Это классический пеший караван с грузом.

— Вы уверены?

— Несомненно. Об этом говорит многое. До этого они убирали лишь свидетелей, несли тяжелые рюкзаки, о чем сообщили нам ребята-уфологи. Теперь представим логику их командира. Ему становится известно о проведении учений, об условиях, в которых они проходят. Он знает о холостых боеприпасах. Соблазн напасть очень велик. Но все же сперва он избавляется от груза. Ведь потерю денег ему никто не простит. — Лаврухин взял в руки карандаш и обвел круг на карте. — Они спрятали или передали кому-то наркотики вот в этих квадратах. Бандиты не могли уйти дальше и вернуться. Теперь путь в Афганистан им перекрыт. Они скрываются где-то здесь. — Круг стал шире. — Наша задача — найти их и уничтожить.

— Что вам для этого надо? — поинтересовался Бельский.

— Люди, вооружение и транспорт. Еще не помешает разведка с воздуха.

— Сколько людей? Какой транспорт?

— Людей, как я уже говорил, отберу сам. Около десяти человек. А насчет транспорта… — Лаврухин глянул на Емельянова: — Если мне не изменяет память, недавно на ваши склады поступили десять новеньких квадроциклов.

— Они еще не расконсервированы, — замялся полковник.

В его представлении квадроциклы больше годились для увеселительных поездок и спортивных развлечений, нежели для боевых действий. Он не собирался отдавать их в руки бойцов. Загоняют, разобьют!..

— Техника должна приносить пользу, служить делу, — проговорил полковник Бельский, разрешая сомнения Емельянова. — Снять их с консервации — дело нескольких часов. За это время мы с подполковником успеем облететь район на вертолете. Мне говорили, что к вам прикомандирован великолепный пилот. — Он повернулся к Лаврухину: — Техникой и вооружением вас обеспечат. Людей отберете сами. Полковник Емельянов вам в этом поможет. Теперь скажите мне свое мнение о капитане Гришанове.

— Противоречивое мнение, — честно признался Владимир Николаевич. — Но к себе в группу я его возьму обязательно. Он сделал много ошибок, но другой на его месте мог наворотить еще больше.

— И еще один вопрос. — Полковник Бельский прищурился. — Вы очень расплывчато сказали, что противник узнал об учениях, об их условиях. Извините, подполковник, но об этом не писалось в газетах, не было репортажа по телевидению. По большому счету, это секретная информация. Тогда каким образом произошла ее утечка?

— Этого я знать не могу.

— Но хотя бы предполагаете?

— Слив информации шел из очень узкого круга людей.

— Вы имеете в виду меня, полковника Емельянова, капитана Гришанова? — Полковник ГРУ криво ухмыльнулся.

— Да, мы входим в этот круг, — подтвердил Лаврухин. — Именно поэтому я настаиваю на максимальной свободе действий для меня. Чтобы мне как командиру не приходилось согласовывать мелочные вопросы, по которым легко высчитать местонахождение группы и ее задачи.

— Согласен. Можете считать, что у вас развязаны руки. Но в случае провала… — Бельский внимательно посмотрел на Лаврухина.

— Я это уже слышал не раз, перед каждой секретной операцией. Но там условия были куда жестче. Здесь мне в худшем случае грозит потеря погон и лишение должности, а раньше меня честно предупреждали, что в случае провала и попадания в плен Родина сделает вид, что такой человек в ее вооруженных силах никогда не служил и не служит.

— Это обычная практика. Не мне вам объяснять, подполковник. Вы принимаете такие условия игры. Тогда считаю наше обсуждение законченным. Пора переходить к делу, — подытожил полковник Бельский.

Вертолет летел над горами. Пилот Семин выглядел мрачно. Да это было и немудрено. Ночное нападение мало кого могло оставить равнодушным. В вертолете кроме старлея находились полковник Бельский и подполковник Лаврухин. Емельянов отказался лететь, сославшись на плохое самочувствие.

Владимир Николаевич уже отобрал в группу восемь человек. Среди них оказался и капитан Гришанов. Они сейчас занимались квадроциклами. Лаврухин распорядился лететь прежним маршрутом, вдоль тропы.

— Товарищ подполковник, да бандиты уже давно спрятались так, что рядом пройдете и не заметите, а вы хотите обнаружить их с воздуха. Пустое дело. Хотя я вас понимаю, любой шанс нужно использовать, — отозвался в наушниках Семин.

— Верно говоришь, старлей, — любой шанс.

Бельский внимательно смотрел в иллюминатор. Ничего подозрительного пока не обнаруживалось. Впереди показался поселок с СТО. За ним — развалины мавзолея.

— Над домами не кружи. Люди и так взбудоражены. Еще подумают чего… Обойди стороной, — посоветовал Лаврухин, продолжая вглядываться в землю.

Внимание подполковника привлек трейлер со сверкающей цистерной. В прошлый раз его во дворе не было. Но он не подал виду, что эта штука ему интересна.

— Хорошо, обойду с севера. А дальше куда?

Лаврухин назвал квадрат. Семин воодушевился:

— Вполне дельное предположение, товарищ подполковник. Там же пещеры есть. Вы о них подумали?

— Верно. — Лаврухин улыбнулся и вновь сделался мрачным.

Под брюхом вертолета снова потянулись горы. Летящая машина отбрасывала тень на скалы. Временами попадались участки леса. Здесь легко можно было спрятаться от наблюдения с воздуха. Но подполковник не спешил возвращаться на базу.

— А вот и пещеры, — отозвался в наушниках Семин. — Мрачное место. Тут люди стараются не ходить. Где пещеры, там и медведи водятся.

— Пониже пройдись, — попросил Лаврухин, пропустив мимо ушей замечание о медведях.

— Точно, есть там кто-то! — воскликнул старлей. — Смотрите, свежее кострище у самого входа.

Лаврухин всмотрелся, после паузы скептически покачал головой и заявил:

— Свежее, говоришь? Да оно же черное. А когда последний дождь прошел, помнишь? Две недели тому назад. Значит, свежее кострище может быть только серым, но никак не черным.