Сакральная жертва - Александр Тамоников

– Ничего. Пойдет. Да и работать нам придется с расстояния в несколько метров. – Американец вернул Сергееву пистолет.

Супруги прошли к машине и опустились на заднее сиденье. Начальник охраны повернул «БМВ», вывел из оврага и двинулся в сторону города. Он справился со своей задачей.

Вечером того же дня, когда сумеречная поволока начала затягивать реку, в усадьбу приехал Болотко. Он был весь в мыле. Виктор бросил «Ауди» у входа, прошел в дом, поднялся в кабинет. Стешин, сидевший в кресле, поднял на него глаза и спросил:

– Ну и что ты мне скажешь, Витя?

– Скажу, что меня можно выжимать.

– Надеюсь, напрягался ты не напрасно?

– Разумеется, – подтвердил Болотко и опустился в кресло напротив Стешина.

Тот кивнул на бутылку виски.

– Выпей! Сегодня возвращаться в Ростов нет смысла.

Болотко плеснул в бокал темно-коричневой жидкости и заявил:

– Если бы ты знал, каких трудов стоило мне решение всех вопросов.

– Но ведь ты с этим справился, да?

– А у меня был другой выход?

– Честно говоря, нет.

– Вот и я о том же. – Он бросил на стол два паспорта, в которые были вложены билеты на самолет. – Вот! Это все, что от меня требовалось, – сказал Болотко и выпил виски.

Стешин посмотрел документы.

– Так, Филимоновы Дмитрий Иванович и Екатерина Анатольевна. Хорошие паспорта.

– Новые. А главное, в ментовскую базу данных введены. Проверяй, не хочу.

– Так, – продолжал Стешин. – Билеты на самолет. Рейс номер такой-то на Москву, отправление завтра в десять тридцать. Фамилии и данные паспортов совпадают. Как насчет ствола?

– Нормально. Я договорился. Командир экипажа, Варенин Константин Андреевич, перед посадкой заберет оружие, после приземления вернет. Где и как конкретно, мы обсудили.

– Иначе поступить нельзя было?

– Я хотел, чтобы он провел Добринского на борт с оружием, но Варенин уперся, сказал, что не будет чувствовать себя в полете спокойно, зная, что в пассажирском салоне сидит человек с боевым пистолетом.

– Тоже правильно. Ты молодец, Витя.

– Сам знаю, что молодец. Я еще налью?

– Пей, заработал.

– Я не только вискарь заработал.

– Конечно. – Стешин достал сотовый телефон, набрал номер.

Ему ответил молодой голос:

– Отель «Млечный Путь», слушаю вас.

– Ты и есть отель? – с усмешкой спросил Артур.

– Пардон, Зуев слушает.

– Это Стешин.

– Добрый вечер, Артур Григорьевич.

– Привет. Как наши постояльцы?

– С ними все в порядке. Сидят в апартаментах, недавно вино заказывали.

– А где твой босс?

– Вы имеете в виду Смагина?

– Что, у тебя есть другой босс?

– Еще раз извините, за день устал. Леонид Андреевич выехал до утра.

– Ладно, как мне поговорить с Добринским?

– Я отнесу им свой телефон, вот и поговорите. Впрочем, вы могли бы и напрямую им позвонить.

– Ты прав, я так и сделаю. Тебя Смага оставил в отеле на ночь?

– Да, Артур Григорьевич.

– Неси службу, Зуев. – Стешин прекратил разговор и набрал другой номер.

– Да?! – услышал он голос Добринского.

– Вечер добрый, господин Филимонов.

– Что? Вы ошиблись номером.

– Не спешите отключать телефон, Дмитрий Иосифович, это Артур.

– Что за шутки, господин Стешин?

– Никаких шуток. Просто я обращаюсь к вам по фамилии, указанной в вашем новом паспорте. Кстати, в нем вы Дмитрий Иванович.

– Значит, документы готовы?

– Готовы. Билеты на самолет тоже у меня.

– Когда вылет? – спросил Добринский.

– В десять тридцать.

– Прекрасно. Что по игрушке?

– С вами будет Болотко, он передаст ее пилоту, тот вернет вам уже в Москве. Где и как конкретно, уточнит мой заместитель.

– Хорошо. Завтра в восемь одна из ваших машин должна быть у отеля. – Добринский отключил телефон.

Вот так, чисто по-американски. «Должна быть» и никаких гвоздей, ни благодарности, ни приветливого словечка, сухо, высокомерно. А что еще ждать от этих людей? Стешин отпил глоток виски.

– Доволен Добринский? – спросил Болотко.

– Еще как! Чуть от радости не подпрыгнул.

– Почему же ты такой хмурый?

– Не много ли вопросов, Витя? Значит, так. Завтра подъем тебе в половине седьмого. Пока то да се, к восьми подъедешь к отелю. Заберешь американцев, отвезешь в аэропорт. Там решишь все вопросы с командиром экипажа, особенно оговоришь порядок передачи ствола в Москве. Добринский тип капризный, не всякий вариант его устроит. Но ты должен решить все вопросы. Как только борт взлетит, позвонишь мне.

– Да, а потом?

– Подъедешь сюда.

– Я хотел в новый гипермаркет заехать, костюмчик посмотреть.

– Разберемся с американцами, посмотришь.

– Ну, тогда я на боковую. Набегался.

– Давай.

В загородном доме под Воронежем Робин проснулся оттого, что кто-то гладил его волосатую грудь. Он очнулся, крепко схватил чью-то руку.

Рядом раздался женский писк:

– Ты что, Андрюша, больно же!

– Мари? – удивился Робин. – А где Градоверов?

– Где ж ему быть, спит как убитый в комнате через коридор. Слышишь, даже сюда его храп достает.

Что-то такое действительно было слышно.

– А ты чего приперлась? – спросил Робин и сбросил с груди руку девицы.

– Как что, Андрюша? Ведь я же знаю, что ты хочешь меня.

– А еще что ты знаешь?

– О вас, мужчинах, практически все.

– Самоуверенно. Время?..

– У меня нет часов.

– Ну так посмотри на мои. Они на тумбочке.

– Половина шестого. Самое время для секса. По опыту знаю, что по-настоящему сильное желание мужчина испытывает именно рано утром.

– Потому что он в туалет хочет.

– Потому что, дорогой, так устроена природа человека.

– И откуда ты умных слов поднабралась?

– По-твоему, я дура какая?

– Судя по тому, что Артур приставил тебя к такой шишке, как Градоверов, нет. Говоришь, такова природа человека? Так чего тогда твой клиент дрыхнет без задних ног? Что-то не заметно, чтобы он очень хотел тебя.