Вольный стрелок - Михаил Серегин

Первой, как то ни странно, на происходящее отреагировала Наташа. Она подхватила архиповский пистолет и направила его на Тумбу, который в очередной раз болезненно выпадал из депрессивно-алкогольного оцепенения.

— Стой на месте, ты, жирный ублюдок, — выговорила она высоким нежным голосом, не звучавшим от того менее твердо. — И верно, питекантроп.

Свиридов задержался на ее пылавшем гневом лице с явным интересом, что, впрочем, не помешало ему вслепую вырубить третьего бандита, с рычанием выволокшего на свет божий огромную «пушку».

— Ну вот, Илюша, — сказал он Илье, все еще лежавшему в снегу с нелепо отвисшей челюстью, — ты так хотел совершить классическую экзекуцию над бритой популяцией приматов города, так получай ее.

— Ты.., убил его?

— Нет, зачем же так обижать животное, — грустно проговорил Влад и сел на снег рядом с Ильей, — ну что, поехали… терминатор?

— Нет.., ты все-таки сумасшедший. А если бы он правда выстрелил?

— Не успел бы.

— Как это — не успел?..

— А, ты о пистолете? — переспросил Влад и с откровенно издевательской усмешкой добавил:

— Самое прискорбное, что Архип был прав, хотя утверждал он это наобум и исключительно от злобы. Да и перетрусил он порядком. Просто я на самом деле вынул из револьвера патроны, прежде чем спускал курок себе в голову.

— А Архип, он что.., тоже?

— А, Архип! — Свиридов презрительно передернул плечами, потом посмотрел на Тумбу, мгновенно превратившегося под дулом Наташиного пистолета в гору рыхлого потного мяса, и медленно выговорил:

— Архип меня не обманул. Несчастный идиот.

По крайней мере, он должен иметь более ловкие пальцы, чем у меня, чтобы я ошибся в этом своем предположении.

— Поделом, — пробормотала Наташа, равнодушно рассматривая корчащегося на снегу Архипа, — не все коту масленица.

— Масленица уже кончилась, — наконец более-менее членораздельно откликнулся Илья, вставая со снега, — а вот насчет котов ты не права, Наташка. Ведь сегодня первый день марта.

* * *

— Я предлагаю напиться, — коротко сказал Илья, когда они уселись в машину Владимира, — на ресторан у меня уже денег нету, на кафе, по-моему, тоже, да и ты, Влад, как я посмотрю, в полной финансовой прострации. Но на пару бутылок хватит.

— Здрасти-и-и, — протянул старший брат, — а ты не считаешь, милый братец, что тебе уже хватит?..

— Да я с этими Тумбами, Архипами и прочими «русскими рулетками» совсем от страха протрезвел, — честно признался Илья. — А Наташку я все равно у бабки отпросил.

…Денег у Ильи оказалось гораздо меньше, чем он предполагал даже в самых скромных своих ожиданиях. Не хватало даже на бутылку более-менее приличной водки, а экспресс-пойло с сивушными маслами и наиболее вредоносной частью таблицы Менделеева никому пить не хотелось.

Илья совсем уж было приуныл, а его шкодливые вороватые верхние конечности в порыве безалкогольного траура и почти независимо от сознания их обладателя принялись выписывать возле полок с искомым товаром непонятные пассы кистями — очевидно, нацеливаясь реализовать врожденную склонность к безудержной клептомании.

Проще говоря, младший Свиридов совсем уж было вознамерился стянуть с прилавка лакомую спиртосодержащую продукцию, но именно в этот переломный момент на его плечо легла чья-то рука. Илья сдавленно глотнул воздух и медленно обернулся, ожидая увидеть каноническую физиономию представителя правопорядка с сакраментальными словами жестокого осуждения (года этак на три за мелкое воровство) на устах. Но вместо этого перед носом прошелестела пятисотрублевая купюра, и голос брата выговорил:

— Измучился, бедный.

Илья издал квакающий звук голосом агонизирующей престарелой лягушки, сглотнул и сдавленно осведомился: