Восход черного солнца - Михаил Серегин

– А вы знаете, где именно находится дом его тетки?

– Он мне подробно ничего не рассказывал. Как-то приехал к нам, выпил немного и стал вспоминать, как он подростком ловил рыбу на огромном пруду, скорее даже в озере.

– Озеро в окрестностях Минска, а рядом с ним деревня, – подытожил Зацепин, – вполне вероятно, что мы найдем это место. Собирайся, поехали.

– Куда?

– Не кудахтай, – оборвал его Виктор, – сейчас мы отправляемся в Белоруссию, и будем надеяться, что ты оказался прав, и там, под юбкой у тетки, мы найдем Ларецкого. Катю оставляем здесь, для безопасности.

Игорь Юрьевич открыл уже рот, Катя подумала, что вот сейчас с его языка слетят какие-нибудь неосторожные слова, но, оценив ситуацию, Малахов решил промолчать. Катя взяла Виктора за руку и вывела в коридор.

– Ты что, сумасшедший? Там же таможня, будут документы проверять, – шептала она.

– А мы не поедем по трассе, как-нибудь проселочной проскочим. Не везде же там посты.

– И потом, если вы найдете там Иннокентия, что делать-то с ним будете? Ведь без меня тебе не справиться, даже если в тот момент, когда ты увидишь ту скотину, в тебе взыграет ненависть, все равно силенок не хватит. Я думаю, что у него сейчас при себе оружие. Пальнет, не раздумывая. Знает, что в розыске за изнасилование, и будет любыми путями избегать задержания. Пойми, я должна ехать.

Виктор долго смотрел на нее изучающе. Потом махнул рукой.

– Ладно. Поедешь…

К чести Игоря, собирался он недолго. Взял теплый костюм на ночь, кинул в машину два одеяла, взял деньги и сказал, что нужно будет заправиться, путь не близкий.

Ехали практически всю ночь. Таможню пересекли без проблем, да ее, как таковой, и не было. Как-то незаметно оказались на территории дружественного государства.

Километрах в сорока от Минска Игорь затормозил и сообщил, что боится уснуть за рулем. Решили дать ему передых. По пути путешественники досконально изучали карту автомобильных дорог бывшего Советского Союза, в основном на предмет водоемов на территории Минской области.

Сразу выделили три озера. Самое большое из них называлось «Курчавое». К нему и поехали. Деревенька с таким же названием встретила их полным запустением и отсутствием каких-либо признаков цивилизации, кроме маленького магазинчика в центре, на двери которого висел здоровенный замок. По-видимому, оживление здесь наступало только в те дни, когда в эту глухомань привозили хлеб.

– Красиво здесь! – Катя вылезла из машины под щебет каких-то птах, стайка которых сидела на рябине.

День был ясный, и солнце осветило лес, стоящий сплошной стеной близь околицы деревушки. Деревья были расписаны в осенние ярко-желтые и багровые краски и горели на солнце пожаром.

Проехав через всю деревню от дороги к лесу, они насчитали двадцать домов, некоторые из них были разрушены и пришли в совершенное запустение.

– Ну, что будем делать? – уныло спросил Игорь.

– Это я тебя должен спросить, – огрызнулся Зацепин. – Где живет эта бабка? Ты знаешь ее имя, фамилию? Она Ларецкая, что ли?

– Не знаю. Мы, может, даже и не в эту деревню заехали.

– Да как это не в эту? – раздраженно возразил Виктор. – Давай будем ходить по домам, кто-нибудь что-нибудь да скажет.

– А про кого спрашивать-то будем? – не поняла Катя. – Если здесь одни только восьмидесятилетние бабки и живут? Ни имени не знаем, ни фамилии…

– Попробуем через «Ларецкую», – упрямо предложил Зацепин. – Это тетка по матери или по отцу?

– Откуда мне знать.

– Будем надеяться, что по отцу, – решил Виктор. – Значит, «Ларецкая» – ее девичья фамилия.

За час они обошли все село и перезнакомились со всеми бабульками, но никто из них не был в девичестве Ларецкой и не воспитывал приемного сына под такой фамилией. На вопрос: «А зачем?» или же: «Для чего вам?» – всякой любопытной Варваре Виктор отвечал, что это, мол, друзья сына ищут бабушку, чтобы сообщить ей о скоропостижной кончине племянника и сообщить, где он похоронен.

«Может, это не та деревня и не то озеро?» – задавали они надоевший вопрос, адресуя его Игорю.

– Откуда я знаю? – после бессонной ночи Игорь просто падал с ног.

– Да, большая у нас страна. – Зацепин, кряхтя, разлегся на заднем сиденье. – Извините, граждане, мне нужно поспать.

Он сладко зевнул и затих. Игорь, не говоря ни слова, последовал примеру Зацепина, с той лишь разницей, что ему пришлось спать, сидя за рулем автомобиля. Катя, пожав плечами, уселась на место рядом с водителем. Через пять минут ей стало скучно. Хотелось открыть дверь и погулять по жухлой травке.

– Поехали в Саратов, – неожиданно услышала Катя позади себя бодрый голос Зацепина.

Игорь Юрьевич вздрогнул и тоже проснулся.

– Куда? Да кто мне, в конце концов, за бензин платить будет?

– Что-то я не помню, чтобы мы нанимали такси, – пробурчал с заднего сиденья Виктор. – Я сказал: едем в Саратов.

– Может, заглянем еще в одну деревню? – робко спросила Катя, думая, что сейчас ее предложение вызовет вспышку гнева у измотанного Виктора.

Она видела, что мужику все опостылело и теперь он думает лишь о том, чтобы оказаться где-нибудь в безопасном месте и отсидеться, а погоня за Ларецким его уже абсолютно не привлекает. В присутствии Игоря они не могли говорить откровенно о своих планах.

Директору филиала одного из многих предприятий Иннокентия Альбертовича совсем не обязательно было знать, что Виктора сейчас тоже разыскивают. Но они-то оба знали об этом. Как знали и то, что Саратов сейчас самое небезопасное для него место. Вряд ли дело об убийстве закроют. Стрельба среди бела дня – серьезное и наглое преступление уже само по себе, а если еще при этом кого-то ранят, а тем более убивают – это уж совсем из ряда вон выходящий факт, который должен вызвать соответствующую реакцию у правоохранительных органов.

– Куда мы еще можем поехать? – раздраженно спросил Зацепин, переходя из лежачего в сидячее положение.

Катя ткнула пальцем в карту.

– Вот здесь есть еще одно озеро, мы могли бы туда съездить. А рядом вроде деревенька Долгучи.

– Как? – переспросил Игорь.

– Дол-гу-чи, – прочитала по слогам Вербова.

– Сколько это отсюда?

Катя дружила с математикой и очень быстро назвала примерное расстояние, учитывая масштаб карты.

– Около ста пятидесяти километров.

– Поехали, – скомандовал Виктор. – Извозчик, заводи свою колымагу, мы снова отправляемся в путь.

Следующее селение, в которое они приехали, было ничем не лучше предыдущего. Запустение и разруха царили вокруг. Это была действительно глубинка, где связь с цивилизацией поддерживалась только с помощью телевизора, разумеется, связь односторонняя. Люди видели на экранах то, что происходит в городах, и абсолютно не завидовали жизни в каменных джунглях. Там постоянно кого-то убивали, непрерывно шли демонстрации и беспорядки, все это не могло привлечь привыкших к размеренной жизни граждан независимой Белоруссии.