Джокер - Александр Шувалов

Взорвать дом, на первый взгляд, дело нехитрое, занес внутрь взрывчатку, подсоединил что надо к чему требуется, установил таймер, и дело в шляпе. Гораздо сложнее избежать нежелательных последствий от самого взрыва, как-то: не поднять на воздух весь поселок, не засыпать соседей обломками, не загадить ими же двор, на котором этот дом, собственно, и располагается, дабы не поубивать или не покалечить ни в чем не повинных людей. Кроме всего этого, нужно было выполнить то главное, ради чего я сюда заявился: дом должен быть не просто взорван, а ВЗОРВАН ТЕХНИЧНО, с ясным намеком на высокую квалификацию и прежнее место службы исполнителя.

Строители, должен признать, свое дело знали здорово, второй этаж был оформлен ничуть не хуже и радовал глаз не меньше, чем первый. Ни одна паркетинка не скрипнула у меня под ногами. Даже как-то жалко стало, нет, не владельца усадьбы. Он, если и заслужил какое-то жилище, то исключительно казенного образца и строгого дизайна, в обществе подобных себе, с незамысловатыми, но крепкими решетками на окнах, металлическими дверями и охраной в погонах. Просто люди работали, старались, а тут я такой пришел и все обгадил.

С первым этажом из-за всех этих несущих колонн, металлических столбов и швеллеров по углам пришлось повозиться подольше. Хорошо еще, что умные люди придумали пластиковую взрывчатку, она легко разминается и принимает нужную форму. Охваченный творческим порывом, я бодро сновал туда-сюда по этажу, поминутно сверяясь с намертво засевшей в голове схемой. Прозвучавший как выстрел, стук калитки, застал меня в процессе присоединения проводков к общему взрывателю с таймером. Двое, негромко переговариваясь, пересекли двор, подошли к дому и поднялись по лестнице к парадному входу. Щелкнул замок, и они вошли. Беззвучно матерясь, я замер со стволом в руке, прислонившись к стене. Прислушался. Со стороны черного никакого шума, вроде бы, не наблюдалось. Все равно, хреново, в мои планы совершенно не входило кого-нибудь убивать или калечить. А теперь, боюсь, придется эту парочку вырубать и оттаскивать куда-нибудь в сторонку на безопасное расстояние.

Вошедшие остановились в холле, раздалось сдавленное сопение, зашуршала одежда.

— Нет!

— Рита…

— Нет, я сказала!

— Ну, Рита, я так соскучился…

— Да уйди ты! — раздался звук падения тела, кто-то охнул и выругался.

Я осторожно высунул голову из-за угла. Посреди холла стояла здоровенная тетка, кажущаяся в своем пуховике еще более массивной. На полу у стенки сидел на заднице тщедушный мужичок, только что неудачно покусившийся на девичью честь.

— Рит, ты что? — жалобно проговорил он, поднимаясь на ноги.

— А то, — она уперла руки в бока, — я тебе кто, шалава подзаборная, чтобы стоймя, где попало трахаться?

— Я так соскучился, — опять заныл он.

— Соскучился, значит? Тогда пошли в суточник, бутылочку возьмем и ко мне.

— Так у тебя же мама, дети.

— Дети уже спят, а мама нам не помешает. Выпьет чуток и к себе пойдет.

— Мне завтра вставать рано, — опять заныл этот Ромео.

— Тогда вали к своим в баню и спи, а я пошла.

— Ладно, — тяжело вздохнул он. — Пошли в магазин.

— Пошли, Мишенька, пошли, — радостно прощебетала она, подошла к нему и, наклонившись, поцеловала в щечку.

Он еще раз вздохнул. Парочка двинулась на выход. Лязгнул запираемый замок, прозвучали удаляющиеся шаги, хлопнула калитка.

Привалившись к стене, я содрал с головы шапочку и вытер насквозь промокшую физиономию. Как вы думаете, от чего умирает большинство людей моей профессии? От бомб, снарядов, пуль, взрывчатки, ножей, пыток или страшных боевых приемов в стиле кун-фу? Ничего подобного, от сердечнососудистых заболеваний в результате многочисленных перенесенных стрессов…

Месяц назад, таким образом, ушел в мир иной один мой очень хороший товарищ, совсем даже не старый пенсионер нашей службы. Пришел в магазин, отстоял небольшую очередь к кассе, а когда полез в карман за бумажником, его пробил сильнейший инсульт. Так и умер, пока падал на пол, можно сказать, на лету.

Я установил таймер на пятнадцать минут и в темпе рванул на выход. Проскочил переулками к оставленной машине, удачно разминувшись по пути со стайкой изрядно поддатых местных подростков, целеустремленно ищущих приключений. Залез в машину, а пока прогревался мотор, успел полюбоваться давешней сладкой парочкой, Ритой и Мишей, под ручку выходящей из магазина. Отъехав метров двести, я остановился на пригорке, откуда хорошо просматривался дом Босоногова. Пока еще целый и невредимый. Глядя на часы, начал отсчет времени. Минута, сорок пять секунд, тридцать, пятнадцать, десять, пять… Ну!?! Ничего. Мгновенно взмокнув и повторяя в уме порядок совершенных действий, я еще раз зачем-то взглянул на часы и снова перевел взгляд на участок. В этот момент дом как будто подпрыгнул и тут же начал опускаться, складываясь. Когда пыль осела, я еще немного полюбовался делом своих рук — сложившимся, как карточный домик, строением с абсолютно не пострадавшей крышей на уровне крыльца, отпустил тормоз и накатом двинулся под горку. По двору уже начинали бегать всклокоченные люди в кальсонах и размахивать руками, а в моей профессии очень важно вовремя перестать щелкать клювом и сделать ноги.