Стеклянная ловушка - Сергей Самаров

Мне было даже неинтересно, что бандиты в ущелье подумают про наш громкий взрыв. Пусть думают, что хотят, это не заставит нас остановить операцию.

Стали ждать. Я вставил в уши беруши только тогда, когда увидел, как приподнимается придавленная парой камней крыша выхода. Вставил быстро и так же быстро надел на голову шлем. Хотя при забитых ушах пользоваться связью было невозможно. При этом взгляда от шахты выхода не отрывал.

Сначала бандиты послали наверх разведчиков, предположил я. В надежде, что если мы здесь, хотя бандиты считают, что нас здесь быть не должно, то на разведчиков отреагируем и не будем дожидаться остальных.

Но мы не отреагировали. Мы терпеливо ждали появления всех участников банды, готовые автоматными очередями отрезать их от шахты.

Первый разведчик смотрел в северную сторону, то есть туда, откуда мы пришли. При этом, видимо, слегка оступился, и в один из моментов крышка шахты упала и стукнула его по голове.

Наверное, это было предупреждением свыше, но бандит на предупреждение не отреагировал, посчитав, что на такой шаткой и неудобной лестнице оступиться не грех.

Лестница, как я посмотрел еще раньше, когда вместе с младшим сержантом Шарифисламовым исследовал выход, представляла собой еловый ствол с набитыми поперечно ступенями из еловых же веток потолще. Вставать на ступени лучше всего было ближе к середине, иначе поперечина могла оторваться, что грозило падением, если не удастся за что-то руками зацепиться.

Бандит-разведчик выбросил перед собой руки и зацепился за край каменной кладки. Мне показалось, что кладка пошатнулась, но выдержала. Сам разведчик получил удар по тюбетейке. Наверное, и по голове тоже. Не думаю, что под тюбетейкой у него была бронированная прокладка. Наверное, голове было не слишком приятно. И, в дополнение, удар пришелся по пальцам. Но последний удар был ослаблен головой, выполнившей роль аварийного тормоза. Не берусь утверждать, как голова отнеслась к удару, но пальцам, наверное, было не очень приятно. Особенно если они замерзли. Однако меньше чем через минуту бандит доказал, что голова у него крепкая. Он вылез снова, на сей раз головой, а не руками поднимая крышку.

Следом вылез второй. Посмотрел в противоположную сторону. Когда я заглядывал в шахту и светил туда фонарем, я видел только одну лестницу. Или разведчики поднимались по одной, а наверху второй выполнил акробатический этюд, перебравшись каким-то образом на саму стену, или банда притащила с собой вторую лестницу. Но это все было не особенно важно. Важно было, в какую сторону бандиты сбросят крышку и, самое главное, камни с крышки. В нашу или в противоположную. С противоположной стороны выставлены мины, которые могут сработать от камней, если те покатятся.

Я ждал в напряжении. Но все обошлось. Бандиты сбросили камни в нашу сторону, а крышку аккуратно сняли и прислонили к кладке. После чего выбрались сами.

С кладки они спрыгнули в две противоположные стороны — в южную и северную. И сразу показали, что люди они опытные: включили на рассеянный свет свои тактические фонари, установленные под стволами автоматических винтовок, и стали рассматривать снег вокруг шахты.

В наших фонарях такая градация освещения называется «лунный свет». Со стороны в самом деле можно подумать, что это светит луна из-за облаков. Свет был неброский. Тем не менее он позволял прекрасно видеть на три метра перед собой. Я еще раз убедился, что моя предусмотрительность оказалась нелишней. Не зря, значит, мы с младшим сержантом Шарифисламовым таскали камни и прыгали с одного на другой. На камни бандитские разведчики внимания не обратили. Вокруг было немало и других похожих камней, и с них тоже ветром сдуло снег. А между камнями, на земле, покрытой жухлой травой, следов не было. Это бандитов расслабляло. Они осмотрели только две стороны и дали сигнал в шахту, после чего я вздохнул с облегчением…