Вперед в прошлое. Возвращение пираньи — 2 - Александр Бушков

Отперла дверь с большой, начищенной до блеска бронзовой цифрой 9. Мазур галантно пропустил ее вперед. Немаленькая прихожая с высокой вешалкой старинного вида, за ней - явная гостиная с массивным столом, креслами, вполне современными высоким холодильником и телевизором.

- Я думаю, нет нужды водить вас по номеру за ручку? - весело спросила Изабель. За этой дверью - спальня, за этой - кабинет, здесь - все удобства. Холодильник полон - напитки от алкогольных до прохладительных, машинка для льда в холодильник вмонтирована.

- Здесь курят? - спросил Мазур - Я пепельницу вижу...

- Конечно, - она опустилась в соседнее кресло и вынула небольшой серебряный портсигарчик. — Вот пульт от кондиционера, если захотите проветрить, нажмите эту кнопку. Благодарю, - кивнула она, когда Мазур поднес ей зажигалку.

Мазур присмотрелся: портсигарчик, хотя и начищенный, выглядел отчего-то старым, и на крышке, в двойном овале из синей эмали, красовались три узкие острые горы с деревьями на вершинах. Ага, фамильный герб Рейнвальдов, надо полагать. «Вальд» вроде бы и означает лес, хотя на лес нисколько не похоже.

- Теперь я вас немножко экипирую, - сказала Исабель, когда ее сигарета догорела.

Она вынула из сумки белую картонную коробочку, положила рядом карточку, похожую на кредитную. Синяя, справа изображен черный рыцарь в латах с опущенным забралом, опершийся на двуручный меч, слева две короткие надписи на испанском и три коротких рядка цифр.

- Здесь - мобильный телефон, - она положила узкую ладонь на коробочку. - Мало ли куда вам придется звонить. Ваш номер там написан. Мой - здесь, - она положила на стол визитную карточку. — Вот на этой карточке - номер сеньора адмирала Самарина. Впрочем, можете позвонить ему и по внутреннему, он в одиннадцатом номере, все телефоны - здесь, - она кивнула на толстую кожаную папку на маленьком столике в углу. - Ресторан - на первом этаже справа от лестницы. Расплачиваться и там, и во всех других случаях будете этой карточкой. Нет, ее не надо вставлять ни в какой терминал, просто покажете карточку и подпишете счет. Завтраки, обеды, ужины - все можно заказывать в номер. Все телефоны там, в папке, она на четырех языках, и на русском тоже. Если вам понадобится машина, звоните мне, я быстро приеду. Вот, наверное, и все? Кажется, я ничего не пропустила... Быть может; вы ляжете поспать? У нас еще и полдень не наступил, а у вас, мне сказали, поздняя ночь...

- Нет, лучше уж я перетерплю, - сказал Мазур, чуть подумав. - Кофе закажу, еще что-нибудь. Лягу спать, когда и у вас настанет ночь. Чтобы быстрее войти в нормальный ритм. У меня предусмотрено какое-нибудь расписание? Встречи?

- Никаких, кроме одной. Вас послезавтра примет -президент республики, - Исабель произнесла это так, словно речь шла о самой простой обыденной вещи, но в глазах все же стояло удивление. - Прием будет напрочь неофициальный, президент, как мне объяснили, хочет поговорить с вами с глазу на глаз, так что никаких смокингов не будет наличествовать...

Новое дело, подумал Мазур чуточку растерянно. Ему приходилось в жизни общаться с президентами, причем аж с тремя, причем исключительно африканскими. И всякий раз это происходило оттого, что заранее была четко выстроена некая система отношений. Совершенно непонятно, зачем это он понадобился здешнему президенту практически сразу по прилету. Ребус...

- Что я еще запустила?

- Пропустила, - поправил Мазур почти что машинально, - начал уже к этому занятию привыкать.

- Да, благодарю вас, пропустила... Все время я буду находиться совсем не очень далеко от вас, в какой-то миле. Так что, если понадоблюсь, приеду быстро. Кажется, все... Нет, я все же пропустила довольно важное... - ее взгляд стал откровенно игривым. - Мужчины - всегда мужчины. Особенно военные моряки, я успела вникнуть... Словом, если вам станет очень скучно... - ее взгляд еще больше преисполнился многозначительной игривости. - Наберите на телефоне 06, придет коридорный, уже зная, что вам требуется. Вы ему выскажете пожелания, если они у вас будут, и он быстро все обустроит...

А ведь никуда от этого не денешься, подумал Мазур (истины ради - без всякого внутреннего сопротивления). Сразу предупредили, что здесь он может задержаться, и недель на несколько, А местные нравы известны: мужика, больше трех ночей проводящего в одиночестве, автоматически начинают подозревать в тех пристрастиях, к которым тут относятся крайне неодобрительно. И всего с полсотни лет назад как отменили уголовные наказания для «голубков» (чем на пару лет опередили цитадель демократии Англию, где это было проделано лишь в девятьсот семьдесят первом).

С легкой улыбкой Мазур пожал плечами:

- Quen sabe^[4]?

У него прочно угнездился в памяти десяток испанских ходовых выражений (освеженных при инструктаже). И уж что он отлично помнил, так это именно эту универсальную фразу, пускавшуюся в ход в превеликом множестве самых разных жизненных ситуаций (и жалел иногда, что в русском нет аналога).

- Ну, вот, - сказала Исабель, послав ему ответную улыбку, правда, довольно скупую. - Кажется, мы обговорили совершенно всё. Я могу пойти?

- Боюсь, тебе придется немного задержаться... - сказал Мазур.

Он намерен был претворить в жизнь план, задуманный еще в машине. А фамильярность в неофициальной обстановке была в здешних военных традициях, как сухопутных, так и морских: старший офицер обращался к младшему на «ты», а тот, понятно, по- прежнему отвечал на «вы». Особенно когда, как вот сейчас, налицо были несопоставимые по тяжести погоны: адмирал и старший лейтенант...

Исабель это, конечно, прекрасно знала и никакого удивления не выказала -? но глянула словно бы с некоторой тревогой. Мазур встал с неподъемного кресла, которым, пожалуй, что, можно было при нужде смертно ушибить мамонта, подошел, остановился перед сидящей девушкой и крайне откровенно, неспешно огладил ее многозначительным взглядом от высоких каблуков до аккуратной светлой челочки. Такой взгляд без труда могла расшифровать и особа гораздо более неопытная.

Ну, а уж сеньорина секондо-лейтенант расшифровала вмиг. Ее взгляд метнулся, словно вспугнутая птица, на лице, полное впечатление, появилось легкое замешательство. Она медленно поднялась из кресла и встала перед Мазуром - напряженная, как натянутая гитарная струна, с той же тревогой во взгляде. Спросила:

- Я что-то пропустила, сеньор адмирал?

- Мне просто хотелось бы кое-что уточнить, - сказал Мазур, все так же откровенно раздевая ее взглядом. - А если я захочу, чтобы именно ты мне помогла справиться со... скукой? Вот прямо сейчас?

Очаровательное личико стало напряженным, она отвела взгляд. Тихо сказала:

- У меня очень обширные инструкции, владеющие силой приказа... Я всегда выполняю приказы. Если вы захотите, чтобы я осталась, мне придется остаться. Сеньор адмирал... Я знаю, что вы боевой офицер, а не штабной чинш... чинуша. А значит, есть изрядная разница в характере и нравах, я служу не первый год и успела ее усмотреть. Разрешите высказать откровенное мнение?