Дело на пол-Европы - Александр Шувалов

– Охранники ожидают в переговорной. А Виталина Иннокентьевна, – эти имя и отчество он проговорил с отчетным трепетом, – принять вас, к сожалению, не сможет. В настоящее время она находится на важных переговорах за городом. Я уполномочен ответить на все ваши вопросы.

– Что ж, – не стал спорить я. – Начнем, пожалуй.

И он начал. И закончил ровно через три минуты, если часы на стене не соврали.

– Вопросы?

– Павлу Валентиновичу кто-нибудь в последнее время угрожал?

– Категорически нет, – отчеканил шеф безопасности. – В их кругу все возникающие споры давно принято разрешать исключительно цивилизованно.

Ага, как же. А то, что в прошлом месяце двоих участников споров хозяйствующих субъектов в Москве отправили к праотцам, – это как, цивилизованно или все-таки не совсем?

– Я так понимаю, – задумчиво проговорил я. – Господин Кораблин не первый год в бизнесе.

– Совершенно верно.

– А не проявлялся ли в последнее время кто-нибудь из его прежних деловых партнеров?

– Категорически нет, – последовал ответ. – Я бы знал.

– Это хорошо, что знали бы. А скажите, Николай Александрович, как давно вы трудитесь в этой фирме и этой должности?

– Около двух лет.

– А кто из ваших сотрудников работает дольше?

– Никого, два года назад компания полностью поменяла штат службы безопасности.

– Причина?

– Не комментируется, – развел руками тот. – Решение руководства.

– Кого персонально?

– А это имеет какое-то значение?

– Безусловно, – подтвердил я. – Иначе бы не спрашивал.

– Ну, – тут его взгляд слегка вильнул. – Это было совместное решение Павла Валентиновича и Виталины Иннокентьевны.

– Понятно, – я поднялся и направился к кулеру попить водички. Чай-кофе здесь не предлагали. – А кого из сотрудников этого офиса уволили в последнее время?

– Многих, – сообщил он. – В фирме проходит плановая кампания по обновлению персонала.

– А остался ли хоть кто-нибудь, кто начинал бизнес вместе с господином Кораблевым?

– Категорически нет.

– И давно?

– Полгода назад Павел Валентинович лично, подчеркиваю, лично уволил некоего Ермилова, начальника производственного отдела. Тот-то как раз и стоял у истоков.

– Причина? – поинтересовался я.

– Публично не озвучивалась, но Павел Валентинович как-то раз вскользь заметил, что в бизнесе друзей не бывает. И если кто-то выдохся, ему пора на покой.

– Жестко, – заметил я. – Это все?

– Нет. Неделю назад наш президент расстался со Старостиным, давним личным помощником, доверенным лицом и персональным водителем.

– А этого за что?

– Понятия не имею.

– Ясно, – я раскрыл блокнот. – Хотелось бы получить координаты этой пары и данные о перемещении господина Кораблина за последний месяц.

– Сделаем, – с готовностью отозвался тот. – Прямо сейчас сделаю все необходимые запросы, – и поднял трубку внутреннего телефона.

Ну, ты и лох, дядя. Что ты, интересно, делал все время с момента пропажи хозяина? Брюки гладил?

– Пусть поторопятся, – попросил я.

– А пока люди работают, давайте-ка оформим наши отношения, – Николай Александрович раскрыл папку и извлек несколько скрепленных листов бумаги. – Ознакомьтесь.

Я послушно ознакомился и слегка обалдел.

– Так, окончательный расчет по результату. Логично. Срок – десять дней. Ну, не знаю.

– Это непременное требование Виталины Иннокентьевны, – пояснил главный по безопасности. – Через две недели ожидается подписание крайне важного контракта с китайцами. К этому времени должен быть найден сам Павел Валентинович или его тело. Чтобы, если что, не дай бог, – он перекрестился, – были подготовлены все соответствующие документы. Так что, если вы не справитесь, мы сами примем меры.

Мда, высокие отношения среди супругов, ничего не скажешь.

Я продолжил изучать договор.

– Что-то не вижу упоминания об авансе и средств на оперативные расходы.

– Никакого аванса и прочего. Предоставите чеки и прочие объяснительные документы по окончании работы и ваши затраты будут компенсированы.

– До свидания, – я захлопнул блокнот и встал.

– Так решила госпожа Кораблина, – с трепетом пояснил шеф безопасности. Ожидая, видимо, что я пойму и проникнусь.

– Понятно, – я направился к дверям. – Приятно было пообщаться.

– Подождите, – он тоже вскочил. – Я должен проконсультироваться.

И пулей вылетел из кабинета. Куда? На деловые переговоры за город, наверное. Ведь свой телефон он оставил на столе.

Минут через несколько Николай Александрович вернулся. И выглядел слегка сконфуженным.

– Назовите сумму и реквизиты вашего банка.

Я выложил на стол лист бумаги.

– А средства на оперативные расходы выдаются наличными. И это не обсуждается.

Он выложил из сейфа требуемую сумму и вручил мне. И вид у него был при этом, как будто отдает свое и последнее.

– Расписку будьте добры.

– Обязательно, – согласился я, раскладывая по карманам пачку евро (чуть потоньше) и рублей (потолще).

– Все? – с некоторым облегчением спросил он. – Тогда за работу. И не забудьте о непременном условии.

– Мы очень постараемся, – заверил его я. – И позвольте еще несколько вопросов напоследок?

– Конечно?

– Кто последним видел господина Кораблина?

– Сотрудники его личной охраны.

– Где?

– Он часто посещал один бар. И в тот раз зашел, обещал вернуться через час. И… и пропал.

– Понятно, а какова обстановка в семье Кораблиных?

– Идеальная, – последовал мгновенный ответ. – Павел Валентинович обожает супругу и детей.

– А она его?

– И она.

– Дайте краткую характеристику вашему президенту.

– Прекрасный специалист, успешный бизнесмен, безусловно порядочный человек, любящий муж и заботливый отец, – отбарабанил тот.

– Морально устойчив?

– Однозначно – да.

– В таком случае объясните, как мне разыскать всех его любовниц?

– У него… – растерялся Николай Александрович – Только одна любовница.

– Прекрасно, тогда адрес и телефон.

– Пожалуйста.

– А как зовут прелестницу?