Удавка из прошлого - Борис Бабкин

– А мне, значит, нет? – обиделся Артур.

– Я говорю о Стелке. Она голову любому вскружит, а вот Толику – нет.

– Так, – Урядник взглянул на часы, – полчаса можете отдыхать. Через тридцать минут к машине. Я по делу отлучусь. Подхватите меня у бара.

– Ясно, – кивнул один из двух крепких парней.

– А как они? – кивнул на окно отец Стеллы.

– Все нормально, – ответила она. – Все имеют свою цену, а Грозный скуповат.

– Да и всегда был.

– Когда ты освободишь меня от этой семейки?

– Как только ты убедишь Ваньку перевести на тебя то, что у него сейчас есть. Так что все зависит от тебя.

– Я постараюсь сделать это побыстрее. А ты, оказывается, раньше хорошо знал Абдулина.

– При чем здесь Абдулин? – Отец внимательно посмотрел ей в глаза.

– Абдулин вчера был у Степана Андреевича и зашел ко мне. Спрашивал, как ты и что делаешь. Я сказала, что уже давно тебя не видела, даже по телефону недели три не разговаривала.

– Молодец, верно сказала. Ни к чему Грозным знать о наших…

– Только мне показалось, – перебила дочь, – что Абдулин этому не поверил.

– Плевать на него, – отмахнулся Аркадий Валентинович. – А ты, случайно, не слышала, о чем беседовали Абдулин со Степаном?

– Говорили о Красноярске, что-то о повешенных. Как я поняла, там вешают уголовников, которые как-то связаны с Грозным, и Абдулин этим почему-то обеспокоен.

– Значит, он действительно в доле. Я так и думал.

– Ты о чем?

– Да просто так, как говорится, мысли вслух.

– Папа, может, ты наконец объяснишь мне, чем конкретно ты занимаешься? Чего я только не слышала. Причину ненависти к тебе Грозного я теперь знаю. Это мне объяснило и его отношение ко мне. Но Абдулин говорил, что ты имеешь контору наемных убийц. Это правда?

– В каком-то смысле да. Ты же знаешь, где я работал. А сейчас…

– Странно, – остановила его дочь. – Бывший полковник КГБ стал…

– Многие из нас, сотрудников КГБ, умерли вместе с комитетом. К тому же ГКЧП оставил глубокую рану в сердце каждого из нас. Впрочем, это уже история. И возможно, потомки все расставят по своим местам. История – дама строгая. Вспомни белых генералов. Не так давно нам внушали, что все они палачи. А сейчас – герои. Так что неизвестно, как будут называть людей, разваливших СССР. А все было предельно просто – каждый из собравшихся в Беловежской Пуще захотел стать президентом.

– Папа, – засмеялась Стелла, – хватит. Ты не среди своих бывших сослуживцев.

– Извини, доченька. В общем, теперь все зависит от тебя, – вернулся он к делу. – И поторопись. На Грозных сейчас несколько групп ножи точат. Можешь остаться ни с чем. Потому что когда мафиози убивают, власть вспомнит, что все, что от него осталось, нажито преступным путем, и заберет себе.

– Я это понимаю и стараюсь уговорить Ивана. Он не против, но только боится отца.

– Погоди… – Отец достал из кармана сотовый.

– Да, – услышал он голос Арийца. Выслушав, рассмеялся.

– Подождите, – проговорил он, – и посмотрите, как будут расставаться. Все! – Он выключил телефон. – Вот, значит, как? Знаешь, наверное, тебе придется пока подождать с осуществлением твоих планов. Но недолго.

– В чем дело?

– Скажу потом. Я по старой привычке не люблю жевать непроверенную информацию.

* * *

– Ну, до свидания, дорогой, – приобняв Ивана, улыбнулся толстый кавказец. – Думаю, теперь мы будем работать вместе.

– Будем, – улыбнулся Иван.

– А если твой отец будет возражать? Тогда как?

– Он ничего не узнает. Сделки заключаю я.

– Слова джигита.

– А если все-таки он узнает? – Черноволосый крепыш посмотрел на Ивана.

– Да, – кавказец тоже уставился на него, – тогда как?

– Это мои дела, – ответил Иван. – Я уже не ребенок и отвечаю за свои действия.

– В общем, ты уверен, что мы получим товар? – спросил крепыш.

– А у тебя есть сомнения? – недовольно взглянул на него Иван.

– Хватит тебе, Карлсон, – улыбнулся кавказец. – Иван сказал, а его слов хватит, чтобы мы не беспокоились.

– Надеюсь, Степан Андреевич ничего не узнает. – Остановившись перед дверью, Стелла посмотрела на Урядника.

– Только то, – усмехнулся он, – что нужно. Ты ведь не готовишь его убийство?

– А если готовлю? – вызывающе спросила она.

– Он слишком мало платит, – спокойно проговорил Урядник, – чтоб подставлять за него свою грудь. Но больше так говорить не стоит, другие могут не понять, что это шутка.

– А если это не шутка?

– Прошу вас, мадам! – Урядник открыл дверь.

– Благодарю! – Улыбаясь, Стелла вошла в дом.

«А она действительно не шутит, – глядя ей вслед, подумал Урядник. – Если и Ванька так думает, то давно пора. Степан скуп до невозможности и, похоже, теряет авторитет. Ванька сам уже заключает сделки. Правда, с грузинами он спелся зря, они попользуются им, а потом шлепнут. Так было с Носом и Гуроном. В любом случае я без работы не останусь».

Урядник пошел к машине.

– Она была в салонах, – негромко проговорил он. – Ясно?

– Конечно, – ответил за всех лысый верзила.

– Понятно, – сказал по телефону Аркадий Валентинович. – Значит, Ванька хочет встать к рулю сам. Ну что ж, это было бы замечательно. Сделать так, чтоб Степан узнал об этом? – пробормотал он. – Нет пока не стоит.

– Что? – спросил Ариец.

– Отбой. – Аркадий Валентинович отключил телефон.

– Не верю я ему, – сказал Карлсон.

– Верю, не верю, – усмехнулся кавказец. – Главное, Иван дал слово, и мы имеем полное право получить с него, если что-то не срастется. Или просто предъявить это Степану. Степан ответит за слова сына. Так что в любом случае мы будем в выигрыше.

– А если Грозный объявит нам войну? Сейчас, учитывая напряженность между Грузией и Россией, это может выйти нам боком.

– Перестань ты! – резко проговорил грузин. – Политика – это одно, а наши дела – совсем другое, не путай…

– А ты не заметил, – перебил Карлсон, – что теперь менты стали нас трясти гораздо чаще? Все взаимосвязано, поэтому не в наших интересах сейчас начинать…

– Все будет нормально, – уверенно заявил грузин.

– Твоими бы устами да мед пить, – вздохнул Карлсон. – Ты, Гоги, всегда…

– Закрыли тему, – потребовал Гоги.

– Ты звал меня? – В кабинет вошел Иван.