Академия отморозков - Александр Тамоников

Позавтракав, бандиты компактно, в небольшой ложбине, укрытой густым, хоть и опавшим кустарником, устроили общую для всех лежанку. Сургин с Эрдаевым обосновались в стороне.

В 10–15 радиостанция майора спецназа неожиданно выдала сигнал вызова. Это было впервые после начала операции «Двойник». Генерал сам вызывал Андрея. Сургин отошел глубже в лес, ответил:

— Слушаю вас, Николай Викторович!

— Мы перехватили выход в эфир Шавы и запеленговали место, откуда он выходил на связь. Означает ли это, что ваша группа прибыла в заданный район?

— Так точно, генерал! Мы сейчас находимся там, где должны находиться в режиме ожидания, выполняя приказ Аджара.

— Ясно! Не мешало бы встретиться, Андрей, как думаешь?

Сургин удивился:

— Встретиться? Но каким образом? Где вы находитесь сейчас?

— Подъезжаю к станице Костеневской!

— Ну, вы даете!

— А ты как думал? Ну, что насчет встречи?

— Да ради бога, но неизвестно, сколько продержит в лесу группу Шавы, а значит, и меня, господин Салахаев!

Генерал заверил:

— До завтрашнего утра продержит точно! Ну, или до наступления темноты сегодня. Первое предположение более вероятно.

— Кажется, вы неплохо осведомлены, Николай Викторович.

— А иначе в нашей работе нельзя, Андрюша, и ты это знаешь. В общем, так, мост через ручей, что проходила твоя группа, помнишь?

— Естественно!

— Предупреди Шаву и выдвигайся туда! Встречаемся в 11–00!

— Принял. Буду!

— До встречи, Одиночка!

Генерал отключился. Андрей, предупредив Шаву о том, что ему необходимо до обеда отлучиться, направился по лесной дороге обратно к станице Костеневской.

У моста его уже ждал генерал-лейтенант Потапов.

Поздоровались.

Генерал спросил:

— Как настроение, спец?

— Выше крыши! Рите звонили?

— Обижаешь, майор! Когда я своих обещаний не выполнял?

— Ну и как она?

— В общем, ничего! В порядке. Рада была услышать, что ты жив и невредим, передала привет и пожелание скорого возвращения.

Сургин вздохнул:

— Да, скорого возвращения! Чувствую, домой я попаду явно не в ближайшие дни!

— Это как сказать!

— Что вы имеете в виду?

Генерал прищурил глаза:

— А то, Андрюша, что, кажется, нам удалось просчитать замысел Аджара.

— Да? И что же, по-вашему, задумал Мамед Салахаев?

— Диверсию.

Андрей улыбнулся:

— Так это без всяких расчетов понятно. Иначе на хрена ему было забивать город взрывчаткой?

— Ты не улыбайся, друг мой, а слушай дальше.

— Слушаю, генерал, для этого и топал сюда лишние пару километров.

Генерал не обратил внимания на реплику подчиненного.

— В общем, так, чтобы понять, ЧТО именно задумал организовать в Пролетарске Аджар, я запросил данные обо всех стратегически важных объектах города. Таковых не оказалось.

Андрей вновь улыбнулся:

— Но мы знали об этом и раньше.

— Не перебивай! Так вот, таковых не оказалось. Жилые дома, школы и детские сады мы отбросили. Во-первых, заминировать их незаметно и быстро невозможно, во-вторых, мы проверили — по-тихому, конечно, — город. И взрывчатки нигде не обнаружили. Я имею в виду, в виде уже заложенных и подготовленных к применению зарядов. Следовательно, доставив сюда смертоносный груз, Аджар где-то держит его единым запасом. Для чего ему этот запас?

Сургин предположил:

— Чтобы сейчас начать минировать город. Возможно, он ждал приказа.

— Что ж, в твоих словах логика присутствует, но для чего Аджару вдруг понадобилось перебрасывать к городу еще и все свои силы? Для чего они потребовались Аджару, если он решил просто начать минировать город? Для укладки зарядов ему хватило бы пары групп саперов, которых, кстати, у него нет. Так почему вдруг активизировался Аджар, лично выехавший сюда, но еще, по моим данным, не объявившийся в Пролетарске?

Сургин развел руками:

— Не знаю.

— Не знаешь! Вот и я не знал, не мог знать его действий, пока не получил информацию о том, что во вторник седьмого числа возле здания администрации города местные профсоюзы собираются провести многотысячный митинг протеста против повышения цен на коммунальные услуги. Чиновники Пролетарска забеспокоились и пригласили на митинг, который вполне может перерасти в массовые волнения, чинов, сидящих в вышестоящей администрации, вплоть до губернатора и полномочного представителя президента в этом регионе. Так что в 11–00 седьмого октября у здания администрации Пролетарска соберется приличная толпа, а в самом здании высокопоставленные чиновники. Не это ли является целью Аджара, а?

Андрей попытался возразить:

— Но позвольте, генерал. Когда стало известно о митинге?

— Неделю назад, когда руководители профсоюзов обратились к властям за санкцией на проведение мероприятия.

— Вот! Неделю назад! А когда Аджар начал завозить в город взрывчатку? Раньше! Так?

— Так!

— Тогда неувязочка получается. Начав загружать Пролетарск взрывчаткой, Аджар не мог знать о митинге.

Генерал расплылся в довольной улыбке, словно ему наконец удалось в чем-то уличить подчиненного.

— Ошибаешься, Андрюша! Хотя упрекнуть тебя за это нельзя. Короче, перед тем, как начать завоз взрывчатых веществ, которые Салахаев получил со стороны, а точнее, с наших же складов, он встречался в Грозном с одним московским чиновником. Тайно встречался!

— Ну и что? Я знаю об этом. Шава рассказал об этой встрече.

— Да? Тем лучше. Так вот, до Аджара этот же чиновник два дня находился в Пролетарске и вел переговоры не с кем-нибудь, а с председателем местных профсоюзов. Который и поднял вопрос о митинге. Связь между всеми этими обстоятельствами улавливаешь?

Андрей задумался. Он понял, к чему клонит генерал. По крайней мере, теперь все действия бандитов обрели смысл и определились вероятные, вполне вероятные цели.

Потапов спросил:

— Ну, что задумался, майор?

— Значит, Аджар готовится нанести удар по митингу?

Генерал добавил:

— И по администрации! Одновременный подрыв нескольких машин, начиненных тоннами тротила, сметет не только митингующих, но и обрушит к чертовой матери и здание администрации, и прилегающие к нему дома! А если добавить атаку на город боевиков, которых Аджар сосредоточит вокруг Пролетарска, то все это реально превратит город в одну братскую могилу. И никто ничего не сможет, не успеет предпринять. Аджар уйдет в горы, возможно, бросив на произвол судьбы свое войско. За такую работу ему заплатят очень неплохо!