Погранзона - Александр Тамоников

– Да плевать! Не хрен об эту пору по кишлаку шарахаться. Их предупреждали, чтобы с наступлением темноты сидели дома.

– Ты прав.

Марин вскинул автомат и послал длинную очередь в направлении отходящих мужчин. Пули достигли цели. На землю рухнули те двое, которые несли раненого.

Марин спохватился:

– Черт! А если все же это были местные?

– Местные? Ты посмотри на них!

Двое мужчин лежали в пыли недвижимо, третий пытался поднять автомат. В свете, падающем из окна дома, это было видно отчетливо.

– Вот тебе и мирные жители. Такие автоматы с собой не таскают. – Левченко поднял «АК-74» и дал очередь в грудь третьему боевику.

Потом офицеры в сопровождении двух бойцов решили посмотреть, кого они завалили, и вышли на окраину кишлака. Трупы лежали рядом друг с другом. Поблизости автоматы, ночные бинокли, планшет с картами.

– Разведка, – проговорил Марин.

Левченко поднял планшет. Внутри оказалась схема базы с указанием постов и мест сосредоточения техники.

Версия Марина полностью подтвердилась.

Захватив с собой планшет, бинокли и оружие, Марин с Левченко вернулись на базу, где их с нетерпением ожидал командир батальона.

Марин доложил о происходящем, передал капитану планшет.

– Держи, командир. Наши позиции указаны с точностью до метра.

– Значит, вы завалили разведгруппу.

– Значит, разведгруппу.

– Это хорошо. Плохо то, что разведка духов проявляет к нам такой интерес. Значит, скоро следует ждать какой-нибудь пакости.

Марин улыбнулся:

– Не пакости, командир, а полноценного штурма, но до этого духам надо разгромить второй блокпост.

– Не обязательно. Боевики могут провести атаку одновременно на базу и на блокпост.

Но самые скверные ожидания офицеров не оправдались. По каким-то причинам боевики на штурм не решились, ограничились обстрелом базы. Возможно, это являлось последствием удара, который части и подразделения двести первой мотострелковой дивизии неожиданно нанесли по силам оппозиции и наемникам. Не исключено и что-то другое, но на базу в этот раз духи не пошли.

Вскоре в батальон приехал однокурсник Левченко лейтенант Валерий Варченко. Он получил осколочное ранение в голову, мог бы и комиссоваться, но вернулся после отпуска. Рота, в которой Варченко служил заместителем командира по воспитательной работе, находилась в тылу. Валерий упросил комбата организовать его перевод в подразделение, ведущее боевые действия.

Вскоре Варченко и Левченко заступили на второй блокпост на трое суток. Как уже говорилось, этот пост находился на два километра ближе первого, оставленного, к основной базе, и располагался недалеко от кишлака, брошенного жителями.

Спустя сутки после начала дежурства офицеры решили осмотреть селение. Ночной дозор докладывал, что в кишлаке было замечено перемещение четырех человек. Местные жители давно ушли из селения, это могли быть только боевики. Утром наблюдатели не обнаружили их в кишлаке. Однако Левченко прекрасно знал, что следует за появлением таких малых разведывательных групп противника, и настоял на проверке.

Кроме того, молодым офицерам банально хотелось нормально отдохнуть после бессонной ночи. Не на самодельных нарах блиндажа, а в доме, в цивильных условиях, если так можно назвать отдых в брошенных домах.

Левченко и Варченко оставили на блокпосту за старшего одного из лейтенантов-«пиджаков» и спустились в кишлак. Хорошо вооруженные офицеры прошли по узким улочкам селения и ничего подозрительного не заметили. Они вернулись на окраину, выбрали дом побольше, собрали в кучу одеяла и матрасы, устроили себе лежаки и завалились на них.

К счастью, они сразу не уснули. Михаил и Валерий не знали, что с самого начала их прогулки по кишлаку за ними внимательно наблюдали четверо боевиков-разведчиков.

Варченко устроился у стены, Михаил – возле окна, где дул сквознячок. Уснуть офицерам помешали вши. Одеяла и матрасы просто кишели ими, и лейтенанты впервые почувствовали всю «прелесть» от их присутствия на собственных телах.

– Черт! – размахивая руками, проговорил Варченко. – Миша, кажется, мы вшей нахватались.

– Да я уже понял. Отдохнули, мать их!

Если у солдат вши были в порядке вещей, то офицеры до этого как-то избегали их. Возможно, потому, что чаще мылись и тщательнее следили за собой. И вот на тебе!

Михаил присел на матрасе и заявил:

– Надо к реке идти, отмокать.

– Ну не твою ж мать! Пошли, все равно теперь не уснем.

Левченко потянулся за автоматом, и в это время в комнате мелькнула тень. Кто-то приближался к открытому окну.

– Оп-па, Валера! – тихо проговорил Левченко. – По-моему, здесь нас встречают не только вши. Тень заметил?

– Не только тень. Кто-то вроде в арык скатился.

– Духи! Те, которые базу ночью обстреливали и в кишлаке срисовали нас.

– Значит, они пасли нас от блокпоста, раз не засветились.

– Кончаем базары. Здесь оставаться нельзя. Бросят суки бородатые гранату в окно, и разнесет нас на куски. Надо выходить во двор.

– А там нас ждет бородатый дядя с пулеметом.

– Тогда уходим в сад через заднюю дверь.

– Дом наверняка окружен.

– Ничего, прорвемся. Ты двигай за мной и делай, что я скажу.

– Давай.

Левченко, стараясь не шуметь, прошел к задней двери, которая висела на вывернутых петлях, качалась, скрипела под порывами ветра. Он замер у стены, через большую щель посмотрел в сад.

Варченко оказался прав. Дом был окружен. По крайней мере, у старой яблони лежал боевик, направивший автомат в сторону двери. Со света он не видел, что происходило внутри здания, но наверняка знал о наличии в доме российских офицеров.

Левченко указал Варченко на пояс с гранатами. Он жестом показал, что бросит одну и после взрыва им надо будет выскочить в сад.

Варченко кивнул, но взял товарища за руку, показал пальцами бег и ткнул в сторону поста. Левченко отрицательно покачал головой и провел ладонью по горлу. Мол, будем валить духов, которые устроили засаду.

Михаил достал наступательную «РГН» с вкрученным запалом, выдернул кольцо, удерживая предохранительную чеку, и наклоном головы показал Варченко на дверь. Тот кивнул и ногой ударил по доскам. Дверь слетела с петель.

Боевик не ожидал этого и потерял драгоценные секунды, а с ними и жизнь. Михаил подбросил гранату прямо под ствол автомата, под самую физиономию боевика. Тот не успел дернуться, как взрыв снес ему череп.

Офицеры бросились к соседним деревьям, залегли за ними и повернули стволы автоматов в сторону дома.