Остров Бешеного - Виктор Доценко

Перед официальной встречей с Савелием для разговора по поводу смерти Велихова Богомолов немного волновался. Почему? Потому что никак не мог понять, отчего Савелий не рассказал ему о личной встрече с Позиным и о злополучном мобильнике для Велихова. Константин Иванович ощущал некую обиду. И если бы не эта обида, то он бы обязательно перед официальной встречей позвонил крестнику, чтобы прямо спросить о том, что его мучило. Теперь же ему интересно было узнать, как Савелий будет выкручиваться? И он, чтобы избежать искушения, попросил Виктора вызвать Савелия для официального опроса. А чтобы быть последовательным — для протокола, — обратился к нему в соответствии с легендой: по фамилии Мануйлов.

— Здравствуйте, господин Мануйлов.

— Добрый день.

— Вы знаете, почему вас пригласили?

— Да, капитан Джеймс ввел меня в курс дела.

— Вы не возражаете против того, чтобы наша беседа записывалась на диктофон?

— Никаких возражений! Виктор включает диктофон.

— Я, генерал ФСБ Богомолов Константин Иванович, в присутствии капитана ФБР Виктора Джеймса начинаю опрос свидетеля Сергея Мануйлова в связи с кончиной господина Велихова Аркадия Романовича. Вы были знакомы с покойным?

— Лично нет, знаю о нем только из средств массовой информации.

— Вы виделись с ним в Америке?

— Нет.

— Вы хотели с ним встретиться?

— Да, была такая необходимость, — без промедления ответил Савелий, чем действительно удивил Богомолова: откуда генералу было знать, что Виктор вопреки всем правилам расскажет Савелию о допросе Позина во всех деталях.

— Вы не могли бы подробнее пояснить, в чем заключалась такая необходимость?

— Один наш общий знакомый, узнав, что я еду в Америку, попросил меня оказать любезность и передать господину Велихову мобильный телефон. Он дал мне номер домашнего телефона Велихова в Нью-Йорке, но я никак не мог застать его дома, а тут и подвернулся случай: меня познакомили с господином Позиным, который оказался в близком знакомстве с господином Велиховым и должен был провожать его при отлете в Израиль. Я и решил воспользоваться этим случаем.

— Савелий произнес все это таким тоном, словно это настолько очевидно, что любой бы поступил на его месте точно так же.

— Хорошо, допустим. Господин Мануйлов, вы можете назвать того, кто дал вам этот мобильный телефон в Москве для передачи господину Велихову?

— Конечно. Это Колокольников Василий Апполи-нарьевич. Насколько мне известно, он работает в вашей конторе, — спокойно ответил Савелий.

От такого нахальства Богомолов едва не подпрыгнул в кресле. И он, и Савелий знали, что Василий Колокольников, после его предательства арестованный и заключенный в Лефортовскую тюрьму, вскоре был найден в камере повешенным. Было подозрение, что ему кто-то помог в этом, но доказать ничего не удалось, и дело закрыли. Сейчас, услышав, на кого так нахально ссылается Савелий, Богомолов был вынужден проглотить пилюлю.

— И что, так просто сказал: «Сергей, будь добр, передай этот мобильник Аркадию Романовичу?»

— Нет, попросил, чтобы при вручении я сказал ему, что это от Джохара, — глядя на Богомолова невинными глазами, ответил Савелий.

— И кто такой этот Джохар?

— А вы спросите об этом Василия Колокольникова.

— Обязательно спрошу! — пообещал генерал. — У меня вопросов больше нет. А у вас, капитан?

— Вопросов нет, сэр, — четко ответил Виктор.

— Хорошо, опрос закончен, — сказал Богомолов, и, когда Виктор выключил диктофон, обратился к нему: — Послушай, Виктор, ты кажется хотел чайку попить?

— Давно хотел! — понимающе подхватил капитан и тут же вышел.

— Ну ты и нахал! — недовольно буркнул Богомолов, обращаясь к Савелию.

— А что мне оставалось делать, если вы даже не позвонили перед вызовом? — ответил тот.

— А почему ты мне не сказал, что лично встречался с Позиным?

— Я думал, что вы сами догадаетесь: я же спрашивал о нем у вас!

— А что это за история с мобильником?

— Ой, Константин Иванович, зачем вам, генералу ФСБ, знать о таких пустяках? Этот подонок получил то, что заслужил, а как и кто помог ему в этом, — Савелий махнул рукой, — не все ли равно?

— Ладно, на самом деле ты прав, но мне нужно же написать правдоподобное заключение.

— А как звучит медицинское заключение?

— Кровоизлияние в мозг.

— Чем оно вас не устраивает?

— Меня лично вполне устраивает, — признался генерал, — я для себя хочу узнать правду.

— А если для себя, то было бы совсем неплохо забрать у полиции или уничтожить этот мобильник, — улыбнулся Савелий. — Собственно говоря, мобильник нужно вернуть хозяину, — с хитринкой в глазах намекнул Бешеный.

— Вот теперь понял, — облегченно улыбнулся генерал.

— У меня есть к вам одна просьба.

— Говорите, выполню любую!

— Мне нужно узнать все, что известно вашему департаменту о господине Широши: кто он? Чем занимается? На кого работает? Был ли в России? Имел ли контакты с советскими учеными, занимающимися разработкой новых источников энергии?

— Вот даже как?

— И было бы очень здорово, если бы вы разузнали, кто был основным разработчиком этой новой энергии? И где он сейчас?

— Сложно это: много времени прошло, тем более что тогда этим занимался специальный отдел КГБ, но попробую…

После Савелия Богомолов опросил еще личного секретаря Велихова и трех его телохранителей, но они отсутствовали в момент смерти патрона и ничего путного сказать не могли, что и было отмечено Богомоловым в своем отчете Кремлю.

Проблем с изъятием мобильника никаких не было: не вдаваясь в подробности, Константин Иванович дал прослушать запись, сделанную во время опроса всех свидетелей, Майклу, потом попросил изъять злополучный мобильник из вещей Велихова для возврата его Савелию. Майкл не стал вникать в детали и задавать лишние вопросы, тем более что окончательный вывод Богомолова совпадал с диагнозом полицейского врача, а просто взял телефон и вернул его Савелию, который его моментально уничтожил.

Богомолов не стал использовать все десять суток, отпущенные ему на пребывание в Нью-Йорке: погуляв пару дней по городу, он закатил шикарный прощальный ужин в одном из самых фешенебельных ресторанов на Бродвее «за счет российского правительства», на который пригласил всех, с кем познакомился на свадьбе, и на следующий день улетел в Москву…