Русский - Юрий Костин

Поскольку промедление было исключено, Антону, скрывающемуся на квартире Игорька, следовало на следующий день вылетать в Эмираты. Это был ближайший чартер за границу.

— Короче, — говорил Игорек, выруливая на улицу Кирова, — завтра без проблем можно купить билет до Дубая транзитом через Стамбул. Из самолета в Турции выходить не надо. Непосредственно в порту, в Эмиратах, есть представительство нашей авиакомпании. Оно помогает нашим туристам на месте оформить транзитку на четверо суток.

— Ясно. А что за компания?

— Наши колхозные авиалинии. Я летал. Нормально. Самолетик, правда, поскрипывает.

— Чего?

— Ну, шумный он. Поэтому нас сажают не как белых людей, а во Втором терминале.

— А это что, плохой терминал?

— Отличный терминал, зашибись терминал. Просто специфический. Ладно, едем в гостиницу. Антон там ждет. Номера для вас и для вашего гостя я заказал.

Антон был на седьмом небе от радости, когда увидел Тихонова. Ему порядком надоело ожидание, несмотря на то что в обществе Игорька скучать не приходилось. Но приезд Александра Валентиновича предполагал, что настает пора активных действий. Тихонов был очень рад вновь увидеть Антона и с удовольствием послушал рассказ о приключениях, которые тому довелось пережить во время перелета из Москвы на дельтаплане.

— Ты, Антоша, у нас просто герой, — говорил Тихонов, похлопывая его по плечу. — Это ж надо было так, а!

— Точно, герой наш, — согласился Игорек. — Вот состаришься, книгу напишешь про свои приключения, и все будут тебя дразнить «писателем».

— Да, смелый вы человек, — присоединился к беседе Привольский, которого Тихонов уже успел представить Антону, а еще раньше, разумеется, Игорьку. — По мне, так лучше в тюрьму, чем в такой полет, — добавил Григорий Аркадьевич.

— Не скажите, — возразил Антон. — В полет лучше.

— Ну ладно, раз в полет лучше, тогда готовься, завтра полетишь, — приказал Александр Валентинович. Он отвел Антона в сторону: — Придется перекантоваться в арабской стране. Деньги я тебе дам…

— Деньги-то у меня есть. Но в арабской не хочу…

— Он еще выбирает, скажи пожалуйста! Другого варианта на завтра нет. Да и все равно тебе не светит там торчать больше четырех дней. Если повезет, тебе оформят транзитную визу. А после уже решай по обстановке. Главное, отсюда смыться. И не торопись отказываться от денег. Много — не мало. Хорошо, что есть, но лишние не помешают. Летишь в Эмираты. Вот тебе твои паспорта. Но пока используй только этот.

Антон машинально принял паспорта, открыл тот самый, поддельный.

— Анпилов, значит… Угу. Ладно. Дядя Саша, вы шутите?

— Антон, какие шутки? Скажем так: возможная альтернатива твоей турпоездке — несколько лет в тюрьме, пока разберутся, что ты невиновен. Если вообще разберутся. Тюрьма, Антоша, особенно у нас, — плохо очень. Вопросы?

— Уеду, предположим, а дальше-то что? И почему именно Анпилов? Что, паспорта с другой фамилией не нашлось?

— Ну, извините… Что дальше, спрашиваешь? Дальше даешь мне знать, где ты, и я тебя навещаю. Там и решим, что делать. А я пока разберусь с этими нашими табличками. Я ведь пятую нашел. Вернее, она ко мне пришла сама, в сопровождении военизированной охраны. Но об этом — на досуге.

— А этот что тут делает? — прошептал Антон, кивая в сторону Привольского.

— Пока не знаю, наш он человек или нет. Но надежней его подержать под рукой.

На следующее утро Тихонов постучался в номер Антона.

— Однако видок у тебя! — начал он с порога. — Не спал?

— Спал мало.

— А я уже позавтракал в «Портофино». Ну, готов к труду и обороне?

— Всегда готов. Я все думал ночью… паспорт-то надежный? Может, по моему пройти? У меня виза открыта в США, а? Я бы лучше в Америку поехал.

— Не все сразу. По документу: надежность стопроцентная. Настоящий аусвайс спрячь до поры подальше… Чего дергаешься?

— Ничего страшного. Аусвайс… Риту я вспомнил.

— Вон оно что… Ну, брат, понимаешь, тут… Что тут сказать? В общем, собираемся. Оперативно. Я пойду рассчитаюсь за номера на ресепшн.

В аэропорту Антон и Александр Валентинович долго пили чай в кафе. Приехали часа за два с половиной до вылета. Сидя на пластиковом стуле за пластиковым же столом, Антон с мрачным видом разглядывал пеструю от ассортимента буфетную стойку. Дядя Саша то и дело добавлял в свою чашку сахар, но так и не добился нужной концентрации. Наконец, молчание, видимо, стало его тяготить, и он праздно поинтересовался, о чем это Антон сейчас размышляет.

— А? Я вот о чем думаю, — Антон кивнул в направлении буфета. — Давно ли было время, когда мы и мечтать не смели о таком изобилии? Нет, я серьезно: виски, водка, ром… Бери — не хочу. И главное, сколько пожелаешь. И денег-то хватит. А я еще помню ощущение радости, когда на столе полбутылки водки. Последние. И, самое главное, взять больше неоткуда.

— Что это ты? — удивился Александр Валентинович. — Не, пить не стоит сейчас. Тебе…

— Да ну, какой там пить? — Антон махнул рукой. — Это просто замечание философское, вот и все.

Когда пришло время, Тихонов проводил Антона до кассы.

— Ты в порядке?

— Ну, так…

— Понимаю, все образуется… Погоди, кто-то звонит.

Тихонов извлек из заднего кармана джинсов телефон. Это был Игорек, ожидавший Александра Валентиновича у входа в международный терминал.

— Дядя Саша, тут проблема какая-то, похоже, — сообщил Игорек. — Мне из гостиницы сейчас позвонил мой знакомый администратор, Рома… Там несколько машин непонятных… Люди в штатском, но сто пудов — менты. Спрашивали вас конкретно. Ну, и девушка за стойкой сказала, что в аэропорт вы поехали.

— Давно было?

— Минут двадцать назад. Скорее всего, они уже рядом.

— Ясно, спасибо, — отрывисто бросил в телефон Александр Валентинович. Он быстро снял с плеча сумку и протянул ее Антону: — Держи, сдашь в багаж.

— Зачем? — удивился Антон.

— Времени нет. Там таблички и дневник Плукшина. Похоже, за тобой приехали. Я их задержу. Все, все, быстро!

Александр Валентинович подтолкнул Антона к стойке. Перед ним было два или три человека. Антон открыл одолженный у Игорька чемодан и попытался запихнуть в него сумку дяди Саши. Не получилось. Когда он оглянулся, того уж и след простыл.

Наконец подошла его очередь. Антон полез в карман за паспортом и деньгами. Было ему не по себе от того, что предстояло сейчас совершить. Шуточное ли дело — вылететь из страны по поддельным документам!

Он вспомнил вчерашний разговор с Тихоновым, произошедший как раз на сон грядущий.

— Антон, это не просто «таблички с текстами». Это — скрижали.