Бандеровский схрон - Александр Тамоников

Товарищи тоже включили фонарики. Пятна света рыскали по залу, спотыкались о кучи мусора и остатки спортивного оборудования.

В какое-то мгновение Касьян отметил, что кроме своего луча видит только два других. Кто-то не включил фонарь? Такой отважный? Или в штаны наделал от страха?

– Касьян, а где Петро? – спросил Рыло.

Забегали, закружились лучики света. Проявилась небритая физиономия Демида, искаженный лик Гната Рваного. Что-то неприятно кольнуло под сердце Касьяна. Не может быть! Чушь собачья!

Но факт оставался фактом. Петрухи с ними не было.

Касьян шел вдоль стены, освещал ее, лавки, спортивные причиндалы, обросшие пылью. Два приятеля шагали за ним, наступали на пятки.

– В натуре, хлопцы, где Петруха? – заявил Демид и выставил вперед руку с фонарем. – Идиот, мать твою, выходи! Что за шутки?

– Засада, хлопцы! – взвизгнул Рваный. – Валить отсюда надо!

– Да заткнись ты! – Касьян треснул его по затылку. – Какая засада, что ты несешь? Мы же у себя, а не у ватников!

Но с каждой минутой в душе у него крепла уверенность в том, что здесь что-то не так. Он отправился к лестнице, подергал ручку двери, ведущей непонятно куда. Гныш почему-то заранее знал, что она будет заперта. Так и оказалось.

Петро мог свалить только наверх. Что там?

Касьян направил луч света на лестницу. Озарились рифленые металлические ступени, искореженные кожухи неоновых ламп на потолке.

Подельники испуганно дышали ему в затылок. Какой-то дикий животный страх сразил всю компанию.

Так они далеко не уедут. А вдруг это действительно проверка? Ничего, наблюдатели поймут, что один только Касьян и сохранил самообладание.

– Идите за мной, – проворчал он. – Не отставайте.

Гныш одолел половину лестничного марша, когда нога скользнула по какой-то подлой гайке. Он повалился, учиняя грохот, ударился коленом, ребрами, проехал вниз пару ступеней, задыхаясь от боли, протаранил Демида. Но тот успел схватиться за перила, устоял и помог подняться.

Касьян толкнул его в спину, обошел и снова двинулся наверх. На этот раз он быстро вскарабкался на второй этаж.

Там тоже не было ничего интересного. Такое же помещение, как и внизу, только абсолютно пустое. Никаких дверей. Несколько окон под самым потолком, до которых хрен допрыгнешь.

Появился Демид, отдышался, тоже стал осматриваться.

Не было здесь Петрухи. Разве что он спрятался в каком-нибудь дальнем темном углу, где таилась во мраке нечистая сила.

Что-то снова было не так. А где еще один активный штык? В горле Касьяна пересохло. Рваный шел за Демидом, но наверх не поднялся.

Гныш опустился на корточки, вытянул руку с фонарем. Пустая лестница, у подножия никто не валялся.

Касьян начинал впадать в неконтролируемое бешенство. И Рваного демоны утащили?

– Придурок! – заорал он. – Рваный, сука, кончай так шутить! Я же прибью тебя, если найду!

Рыло тоже что-то орал, истекал слюной.

Рваного реально можно было утащить, когда Касьян споткнулся на лестнице, и грохот стоял такой, словно шкаф повалился! Кто-то мог воспользоваться моментом, сдавить парню горло и сгинуть во мрак вместе с ним. Но тогда этот ублюдок точно внизу!

Касьян загремел по лестнице и проорал, чтобы Рыло не отставал от него ни на шаг. Так они и бегали опять по первому этажу, на этот раз всего лишь вдвоем. Бились в одну дверь, потом в другую. Пинали матрасы, расшвыривали лавки, заплесневелый спортивный инвентарь.

Потом парни опять зачем-то кинулись вверх. На этот раз Касьян пропустил Демида вперед. Сам он прыгал по лестнице, через каждый шаг оборачивался, вертел фонарем.

«Черта с два меня утащат! Может, в окно выбраться? – мелькнула мысль. – Нет, высоко, да и неизвестно что там, внизу? Почему мы не осмотрели заднюю сторону, когда приехали? Ведь Рваный предлагал!»

Он подпрыгнул, попытался дотянуться до выступа подоконника. Пальцы сорвались, не получилось.

– Демид, подставляйся! – прошипел Касьян.

Рыло с готовностью нагнулся. Он вскарабкался ему на спину, схватился за раму, подтянулся. Стекла в окне и в помине не было. Размер позволял выбраться наружу.

Гныш начал выкручиваться наружу. Пролезла голова, плечи.

Прыгать никак нельзя, слишком уж высоко. Отвесная стена, ни выступов, ни балконов. Сигануть вниз – только ноги переломать. Дьявол, этим путем не выбраться! До крыши далеко, зацепиться тоже не за что.

Он завертел головой. Ни одной живой души в округе. Деревья, переломанный забор, за оградой лес, за ним река.

Стоп! На фоне зеленой и желтой растительности за оградой проявлялось что-то серое, контрастирующее с пейзажем. Касьян всматривался.

Там имелся проезд. Кто-то оставил в нем машину. Кроссовер. Практически джип. Как бы даже не «Ниссан».

В голове Касьяна забурлило. Желчь полезла из горла. «Ниссан»? Какого хрена, скажите на милость?

Он втянулся обратно в помещение и прохрипел:

– Демид, там «Ниссан» стоит. Это тот самый тип!

– «Ниссан»? – не соображал тот. – Какой, ты о чем?

В этот момент кто-то выдернул живую опору из-под ног Гныша. Демид сдавленно вскрикнул и покатился по полу. Касьян грохнулся на бетон. Из глаз его брызнули искры. Он не потерял сознания, но несколько мгновений лежал парализованный.

Гныш слышал, как кто-то тащил Демида по полу, потом сбросил с лестницы. Тот звучно шмякнулся у ее подножия.

Касьян поднимался на колени, держась за пол. Голова плыла, в глазах все рябило и качалось.

Из темноты выплывало нечто. Он различал колеблющийся силуэт. Лица не видел, только дырочку ствола, смотрящую ему в глаза.

– Ты кто такой? – прохрипел Касьян и схватился за горло, пытаясь унять кашель. – Ты что творишь, сука, на моей земле? Тебя же тут не было раньше.

– Да, это премьера, – ответил ему вкрадчивый язвительный голос. – То ли еще будет, Гныш.

– Что тебе надо, падла? Что происходит?

– Ничего особенного, скотина. Просто к тебе вернулся тот бумеранг, который ты запустил четыре дня назад. Соображаешь, о чем я?

– Падла! – Касьян дернулся и застыл, уперся лбом в прохладный ствол.

– Ты ведь знаешь, Гныш, что патроны нынче дорогие. Поэтому предупредительного выстрела не будет.

– Что ты хочешь делать?

– Скоро узнаешь.

Тяжелый удар обрушился на голову Касьяна. Он потерял сознание, размазал нос о бетон.