Операция "Возмездие" - Владимир Паутов

— Богатый послужной список, — не удержался я.

— Арабы везде и всегда к нам относились с уважением.

— Может, это от воспоминания об СССР? — вставил Димка.

— Вполне вероятно! Сейчас, конечно, под влиянием американцев это отношение меняется. Но никогда арабы не старались избавиться от нашего влияния путем террористических акций. Своим похищением и казнью наших дипломатов нам вроде бы хотят продемонстрировать имеющееся у иракцев нежелание видеть в Ираке русских в любом качестве, так как мы якобы враждебны мусульманам. Это не их почерк!

— Хорошо! — согласился я с доводами офицера СВР. — Какие еще мысли?

— Мне кажется, что просматривается желание вбить клин в российско-американские отношения. Организаторы и вдохновители этого чудовищного теракта рассчитывают, что сработают рефлексы, оставшиеся от периода холодной войны, исходя из простой логики: если акция антироссийская, значит, ее совершили американцы; а если антиамериканская — то россияне. Лбами нас хотят столкнуть.

— Почему вы так решили? — спросил мой друг.

— Коалиционные силы с большим трудом справляются с ситуацией в Ираке. Местная власть недовольна таким положением дел, да и население его поддерживает. Разговоры ходят — мол, при Саддаме был порядок, а без него — бардак. Поэтому иракское правительство хоть и проамериканское, но все больше склоняется к тому, чтобы воспользоваться влиянием России на Ближнем Востоке, и в частности — в Ираке, а также в соседнем шиитском Иране, чтобы хоть каким-то образом стабилизировать ситуацию. К тому же требование похитителей: вывести российские войска из Чечни за сорок восемь часов — абсурд!

— Так кто же, по-вашему, может стоять за похитителями?

— Я не могу утверждать, но склонен считать, что это не арабы!

— Американцы, англичане, евреи, может, иранцы?

— Иранцев я исключаю! Им с Россией ссориться нельзя, особенно сейчас, когда они понимают, что после Ирака может наступить их очередь.

— Логично!

— Меня смущает и тот факт, что американцы очень быстро поймали организатора похищения наших сотрудников.

— И нас этот факт также смущает! Игорь Владимирович, у нас к вам есть просьба.

— Пожалуйста, буду рад помочь!

— Нам бы очень хотелось, чтобы вы активизировали свою работу среди полицейских, которые расследуют это преступление. Это же ведь можно делать с легальных позиций как офицеру безопасности посольства. Я понимаю, что арабы просто так информацию давать не станут, поэтому мы готовы предоставить вам любую нужную сумму, которая будет необходима.

Офицер СВР внимательно посмотрел на меня и недоверчиво улыбнулся.

— Зная, с каким трудом приходится пробивать деньги в Центре, боюсь, что вы столкнетесь с большими трудностями.

— Игорь Владимирович, главное — результат! На первое время мы вам дадим сто пятьдесят тысяч долларов. Если этой суммы не хватит, то добавим. Мы не ограничиваем вас в средствах. Повторяю: нам нужен результат.

После этого Сокольников открыл сейф, вытащил оттуда кожаный кейс и поставил его на стол. Я открыл портфель. Там лежали пачки американских долларов.

— Мы вам, Игорь Владимирович, дадим список вопросов, которые нам хотелось бы уточнить у комиссара полиции, или кто там занимается расследованием. Денег не жалейте. Отчет каждые три дня!

— Понятно! Но с расписками за полученные деньги будет сложно. Сами понимаете, что…

— Никаких расписок ни у кого брать не надо! Вы меня не поняли. Говоря об отчете, я имел в виду информацию, а не потраченные суммы.

Так, за разговорами прошла ночь. Офицеру СВР пора было возвращаться в посольство. Он уже собрался выйти во двор, как неожиданно остановился.

— Не знаю, Савл, поможет ли это вам, но где-то год назад наш сотрудник, ну которого… короче… Мы однажды сидели, выпивали, и он мне, как бы между прочим, сказал, что, мол, если у него выгорит одно дело, то он, вполне вероятно, пойдет на повышение. И меня обещал не забыть.

— И ничего конкретного!

— Я не стал расспрашивать. Сами понимаете, в разведке это не принято!

— Не принято — это точно! Ну, будь здоров, Игорь Владимирович! Дело очень серьезное! Вы ведь своим интересом к этому делу можете спровоцировать собственное похищение, поэтому перед каждым своим выездом оставляйте запись или сообщение у своего начальника: куда, с кем, во сколько и прочее. Каждый свой шаг документировать. Мало ли что? Будьте крайне осторожны!

— Постараюсь, Савл! Ну, если чуть что, вы же меня не бросите?

— Не бросим! Конечно, не бросим, Игорь! Мы своих не бросаем! — засмеялся Сокольников и легонько подтолкнул нашего гостя к двери.

* * *

Сообщение о пропаже офицера безопасности не стало для нас неожиданностью. В принципе, мы понимали, что своей активностью полковник Разумов заставит действовать истинных организаторов похищения, а потому повели игру «в ловлю на живца», где приманкой являлся офицер безопасности. Этот свой поступок я не считал безнравственным, так как для выполнения президентского приказа такие понятия, как мораль, чистые руки и прочие интеллигентские ламентации, мы отбрасывали начисто.

В условленном месте Сокольников увидел метку, оставленную резидентом СВР. Этот сигнал говорил о том, что меня или его вызывают на экстренную встречу. Для таких экстраординарных ситуаций у нас с резидентом была договоренность, когда и где мы должны встретиться. До назначенного времени оставалось два часа.

— Дима, придется ехать тебе! У меня сеанс с Центром!

На сервере ФСБ специально для нас должны были поместить информацию, которая после скачивания изымалась с ресурса. На ее перезапись мне отводилось пять минут, через тридцать минут сеанс повторялся, если я не успевал во время первого перебросить на свой носитель присланное сообщение.

— Не нравится мне эта срочность, Савл! Что-то случилось! Думаю, неприятности у Игоря Разумова.

— Давай не будем прежде времени волну гнать! — чуть раздраженно ответил я, хотя чувствовал, что Димка в своих предположениях, скорее всего, прав.

— Ты зря сердишься!

— Извини, Симон! Просто ты попал в самую точку! Не ожидал, что они так быстро клюнут на нашу приманку….

— Ладно, ты сам не гони волну! Встречусь, а после…

— Ну, давай! Как говорится, с Богом!

— Ты забыл, Савл, что в разведке добавляют: на Бога надейся, но и сам не плошай!

Сокольников уехал на встречу. Я тем временем вышел на сайт ФСБ и снял с него нужную информацию. Вообще, она меня несколько удивила, но открытием не стала. В сообщении говорилось, что в результате тщательного исследования видеоматериалов, в которых похитители выдвигают требования, эксперты Криминалистического института Центра специальной техники ФСБ установили, что за кадром звучит речь на английском языке. Кроме того, специалисты по лингвистике пришли к выводу, что человека, озвучивавшего требования похитителей на русском языке, можно идентифицировать как американца, именно американца, а не англичанина. Не знаю, какими методами устанавливали этот факт эксперты ФСБ, но я им поверил безоговорочно. За изучением полученных материалов меня и застал вернувшийся со встречи с резидентом Сокольников. Я слышал, как он вошел в гостиную, и потому сразу поспешил ему навстречу.