Операция "Возмездие" - Владимир Паутов

— Что там?

— Хреново! — ответил мой друг голосом, в котором явно звучали нотки тревоги.

— А если конкретно?

— Конкретно? Пропал Разумов прошлым вечером. Юрий Павлович сообщил, что тот уехал утром, отсутствовал в течение всего дня. Вечером не доложил о прибытии. Резидент тогда тут же оставил нам сигнал, который ты снял в десять утра.

— Что он думает по этому поводу?

— Он считает, что Игоря похитили. Мотивы и цели пока не ясны, но вполне вероятно, что потребуют выкуп. Сейчас в Багдаде много всякого уголовного отребья. К тому же он передал подробный график выездов Игоря на встречи, которые тот провел за время с нашей крайней встречи.

— Это хорошо! Надо нам обмозговать всю информацию, которая имеется в нашем распоряжении. Вполне вероятно, что ключик к похищению нашего коллеги там отыщется. А если это клюнули те, на кого мы и готовили приманку в виде офицера Разумова?

— И такое может быть, тогда у нас появится ниточка…

Мы решили устроить свой штаб на кухне. Нам предстояла длительная работа аналитического характера, а она требовала не только умственных усилий, но и затраты физических сил, которые можно было восстановить крепким кофе.

— С чего начнем? — спросил Сокольников.

— На-ка вот прочти то, что пришло из Центра! — Я положил на стол сообщение, полученное из Криминалистического института ФСБ.

— Занимательное открытие! — усмехнулся мой друг.

— Да уж, более чем занимательное!

— Теперь, Савл, давай посмотрим отчеты Игоря Разумова. Вернее, отчетами их не назовешь. Мы же его просили составлять их каждые три дня, а его похитили на второй день.

— Быстро его упаковали! Значит, он оперативно кому-то отдавил мозоль!

— Значит так! — откликнулся Димка. — Смотри! — сказал он, запустив флэшку, полученную от резидента. — На мониторе появился листок бумаги размером А4, исписанный убористым, аккуратным почерком.

— Молодец резидент! Переписывать не стал.

— Савл, у них в Краснознаменном институте имени Андропова учили не хуже, чем в нашей Военно-дипломатической академии.

Мы стали читать текст. Нужно сказать, что Игорь Владимирович Разумов делал все как надо: он четко записывал время выезда из посольства, имя и должность человека, с которым собирался встречаться, и даже его адрес и телефон. За два дня он успел много сделать. Как нам стало понятно из записки, в первый день после нашей обстоятельной беседы он побывал в комиссариате уголовной полиции Багдада, где встретился с комиссаром Хусейном Адхамом. Чуть ниже фамилии полицейского была сделана небольшая приписка: «алчен, жаден, хитер, коварен».

— Хорошая характеристика для комиссара полиции! — хмыкнул Сокольников.

Далее под цифрой «2» было написано: «В три пополудни у него намечена встреча с судьей окружного суда Багдада господином Аббасом Сабихом. Во второй день наш коллега ездил в ресторан, расположенной в “Зеленой зоне” иракской столицы, где обычно проводили время сотрудники частных охранных предприятий. После этого он не вернулся в посольство».

— Что ж, можно делать первые выводы?! — то ли спрашивая, то ли утверждая, сказал Сокольников.

— Нужно, Симон, нужно! И даже можно набросать план экстренных действий, ведь мы обещали не бросать Игоря! Смотри, что мы имеем… — Я взял лист бумаги и приготовился писать. — Разумов побывал у комиссара, потом у судьи, после этого он поехал в ресторан и пропал. — Я нарисовал три кружка, внутри каждого написал: «Комиссариат, суд, ресторан».

— А теперь прочти еще вот это!

На мониторе появился список имен как арабских, так и английских.

— Что сие значит? — поинтересовался Сокольников.

— Это имена людей, с которыми имел доверительные отношения убитый в июне прошлого года сотрудник разведки. Нас интересует охранник из частной компании. Так смотрим. Вот он охранник, некий Кевин Фраер! Не удивлюсь, если здесь окажется и наш комиссар полиции. Точно! И он здесь. Теперь смотрим, что получилось…

К трем уже имеющимся кружочкам я пририсовал еще два и вписал туда «комиссариат» и «охранник».

— Ну, кое-что вырисовывается?

— Да! Смотри: и там, и там «комиссариат» и «охранник». Вот Игорек и пошел в ресторан, чтобы найти этого самого охранника. До ресторана он не дошел! В лицо его знает только комиссар, — подвел итог Сокольников.

— Надо бы нам поторопиться, Симон, и навестить в первую очередь нашего комиссара полиции Хусейна Адхама.

* * *

Комиссар уголовной полиции Багдада господин Хусейн Адхам пребывал в отличном настроении. Завтра был день отдыха. Дела комиссара шли как нельзя лучше. Конечно, если говорить о делах, то речь шла не об уголовных, а скорее о коммерческих. Да и по-другому в стране, охваченной гражданской войной, где закон определялся человеком с ружьем, который одновременно являлся и прокурором, и судьей, и адвокатом, быть не могло. К тому же когда такой человек в придачу ко всему имел государственный статус и мог в силу своего положения применять закон сообразно собственному представлению о правах и обязанностях граждан своей страны.

Рабочий день подходил к концу. Комиссар бросил взгляд на стол, на котором кипой возвышались сводки о происшествиях. Преступность буквально захлестывала Багдад. Вечерами город переходил в руки бандитов, мятежников, террористов и прочих преступников. В пригороды столицы полицейские вообще старались не заезжать. Более-менее спокойно было в «Зеленой зоне». Здесь полиция, армейские наряды и патрули коалиционных сил вместе с бойцами частных военных компаний старались поддерживать порядок.

Комиссар Адхам вышел из кабинета и спустился на первый этаж. Дежурный полицейский тут же встал при виде начальника. Комиссар кивнул ему и чуть уставшим голосом проговорил:

— Завтра меня не беспокоить! Буду занят! Со всеми вопросами — к моему помощнику!

После чего вышел во внутренний двор. Там он сел за руль служебного автомобиля и выехал на улицу. Комиссар не собирался ехать домой. Он хотел провести сегодняшний вечер и ночь в обществе своей любовницы. Молодая красивая девушка, приехавшая в Ирак из далекой неизвестной Адхаму Украины, очень понравилась ему с того самого дня, когда он впервые увидел ее в одном подпольном ночном клубе, в который полицейские нагрянули для обыска. Владелец заведения немного зарвался и отсрочил ежемесячный платеж в кассу комиссариата, за что и был подвергнут жестокой экзекуции. Вот там господин Адхам и заметил необычную танцовщицу. Девушку завезли в Ирак обманом. Она собиралась ехать на работу в Израиль, но оказалась в подпольном борделе Багдада.

Мы подъехали к управлению полиции минут через десять после того, как его покинул комиссар. Я остановил автомобиль возле телефонного аппарата. Надо было позвонить и узнать, на месте ли еще шеф уголовной полиции. На телефонный звонок никто не ответил.