Час тигра - Михаил Зайцев

Прокрутили запись, сделанную накануне, и вновь засекли беглый взгляд на хронометр подозрительного красавца точнехонько в момент парковки черного «мерса».

Увеличили изображение, заметили на руке у подозрительного татуировку. Видно наколку было из ряда вон отвратительно, нечто красное с черным на коже едва-едва виднелось из-под закатанного до середины предплечья рукава рубахи.

На всякий случай посредством компьютера стражи гимназии вошли в специальную базу данных силовых министерств по закрытой, обособленной спецсети, вошли в системную оболочку программы «Поиск», в графах «Пол» и «Возраст» набрали: «Мужской от 25 до 35», в графе «Особые приметы» – «татуировка, черная с красным, правое предплечье». Курсор совместился с иконкой «ОК», клацнула клавиша компьютерной «мыши», и началось...

Генерал ФСБ Арсений Игоревич вместе с помощником, секретарем, денщиком, личным водителем и телохранителем по фамилии Герасимов прибыли в гимназию ровно через два с половиной часа после «клика мышкой». Прибыли бы и раньше, да ехали из загорода, и, как водится, пришлось стоять в пробках, проблесковый маячок служебного автомобиля оказался бессильным против заторов на дорогах.

Еще ночью районы, прилегающие к гимназии, вызванные по тревоге бойцы невидимого фронта взяли в плотное невидимое кольцо. Настолько плотное и надежное, что Арсений Игоревич вместе с Герасимовым позволили себе четыре часа здорового сна. Разбудили их в восемь. Генерал объявил «час особой бдительности», но к моменту приезда гимназистов в зоне повышенного внимания искомый фигурант не объявился.

Сильно засомневался Арсений Игоревич в том, что подозреваемый в давешнем похищении племянника Капустина, а также в подготовке похищения чадушки госпожи Секретарши фигурант появится ко времени отъезда гимназистов. Сильно подозревал Арсений Игоревич, что фигурант, сволочь татуированная, выяснил за два предыдущих дня все, что хотел.

С подчиненными Арсений Игоревич сомнениями не счел возможным делиться, велел бойцам невидимого фронта бдеть, сам же в компании верного Герасимова отбыл доложиться «кому надо».

«Кому надо» – не мое выражение, так говорил Арсений Игоревич, закатывая глаза к потолку и по мере необходимости склоняя сие словосочетание в точном соответствии с падежами русской словесности.

«Кто надо» подозрения генерала разделил и добавил негатива, предположив, что при захвате нужного преступникам гимназиста могут пострадать и другие дети. Памятуя самарский прецедент, «кто надо» допускал возможность наглой преступной акции подле стен престижной гимназии. Совместно с «кем надо» Арсений Игоревич решил срочно вывести ребенка из-под удара, благо мальчик диабетик, и есть возможность, не вызывая подозрения у похитителей, определить дитятю в больницу, а оттуда отправить в Швейцарию якобы после особо опасного приступа болезни, якобы на лечение.

Свободные в средствах, имеющие шпиона в высших властных эшелонах, опытные и дерзкие преступники запросто пленят ребенка и в Швейцарии, ежели пойдут на принцип, однако пока суд да дело, пока мальчика перевозят с места на место, выигрывается время, и надобно его рационально использовать. Сказавши про рациональное использование, «кто надо» благословил Арсения Игоревича на связь с Александром Ильичом: мол, одна специально заточенная генеральская голова хорошо, а две спецголовы еще лучше.

Вечером того же вчерашнего дня благословленный Арсений Игоревич снесся с Александром Ильичом. Как раз пока они сносились, поступил доклад о наличии отсутствия татуированного фигуранта в ожидаемое время у гимназии, и Арсений Игоревич дал отбой уставшим бдеть вокруг учебного учреждения бойцам.

Генералы Арсений Игоревич и Александр Ильич сами удивились, как быстро разработали в тандеме в общих чертах операцию, которую именовали «Приманка». Столь быстро, что даже успели созвониться с «кем надо» и поделиться генеральной идеей. «Кому надо» идея понравилась, и довольные генералы до полуночи обсуждали детали. Наш Ильич предложил коллеге, не мешкая, отправиться к утру на базу, дабы поскорее учинить смотрины кандидату на роль приманки и, заодно, раз уж поедут на лоно почти что дикой природы, расслабиться с удочками, побаловаться ружьишком, а выспаться можно и в машинах. И личный, по совместительству, шофер Арсения Игоревича, богатырь Герасимов, пущай похрапит, на базу можно и на автотранспорте Ильича махнуть, какие проблемы?..

Невольно мне вспомнился приватный рассказ одного старика экс-кагэбэшника, с коим как-то, давным-давно, столкнула жизнь. Старичок поведал быль, как во время Второй мировой, когда немцы стояли под Москвой, народ с рытья окопов снимали для чистки дороги на дачу товарищу Калинину. Война – войной, а дача – дачей. Нашенские отечественные руководители не отказывали и не отказывают себе, любимым, в приятном времяпрепровождении назло и вопреки невзгодам. Впрочем, я отвлекся, пардон...

Длиннющий монолог, пересказанный мною с некоторыми сокращениями выше, Арсений Игоревич закончил нижеследующими словами:

– ...Одобренная «кем надо» идейка наша с Александром Ильичом простенькая и понятненькая. Мы помудровали, поскрипели серым веществом и надумали устроить Елизавете Константиновне близкого родственника. Соображаете, кого?

Я отрицательно мотнул головой, хотя все уже сообразил, конечно.

– Чего ж тут соображать-то особенного? – вклинился в монолог коллеги слегка хмельной и весьма мрачный Александр Ильич. – Женим тебя на ней, и станешь приманкой, дошло?

Выпивка, соки и закуски теснились на канцелярском столе, наш Ильич развалился в кресле, так сказать, во главе, а его коллега-генерал скромно присоседился с бочка бастырхана. Я восседал на стуле напротив Ильича, и в метре от яств богатырь Герасимов подпирал стену, изредка подходя к столу, чтобы подлить хозяину Арсению свежего соку в бокал. Водкой Арсений Игоревич брезговал, более того – ежели ветерок из форточки колебал воздух, насыщенный спиртовыми парами и заставлял Игоревича нюхать противный ему запах, он отчаянно морщился, видимо, страдая.

Среди закусок отсутствовали и рыба, и дичь, из чего я сделал вывод, что рыбалка с охотой не задались. Обмундирование, выданное генералам дядей Федором, высшие чины запачкали изрядно, однако, увы. Облом с забавами на природе огорчил до того огорченного мною Ильича пуще прежнего. Ильич налегал на беленькую, но хмелел медленно и явно злился плюс ко всему еще и на собственные алкоголеустойчивые характеристики.

– Понятно, – кивнул я и, смущаясь, спросил: – Разрешите уточнить некоторые детали?

– Предвижу, что вас интересует, – поспешно заговорил Арсений Игоревич, опередив открывшего было рот хмурого Александра Ильича. – Успокойтесь, спать с Елизаветой Константиновной не обязательно.

Морщины разгладились на суровом лице Александра Ильича, и наш бравый генерал зычно расхохотался, хохоча, взял с края столешницы, выудил из промежутка меж блюдцами с маслинами и пакетом яблочного сока фото 3 х 4 моей будущей фиктивной женушки, поднес бумажный прямоугольник ближе к глазам и аж прослезился от смеха.

– Шутка, – Арсений Игоревич подмигнул ухохатывающемуся Ильичу, улыбнулся мне. – Сочиним для Бультерьера подходящую биографию, документики справим новенькие, проведем беседу с Елизаветой Константиновной и устроим любовь с первого взгляда похлеще, чем в мексиканских сериалах, и свадебку сыграем всем на удивление.