Слепой. Один на один - Андрей Воронин

«Значит, боится», – довольно подумал Рыхлин. Ему нравилось, когда его боялись.

– Так что вы скажете на этот счет? – вывел его из раздумий Турбин.

– На этот… А, насчет Клинова. Нет, брателла, здесь вот какая хрень. Нельзя его сейчас валить.

– Это почему?

– Ну, во-первых, сложное это дело. Охраны куча, и все дела. Но это даже и не беда. Мои бойцы свою работу бы сделали, если бы я им только заказал. Но…

Он опять наклонился поближе к собеседнику. Турбин внимательно его слушал.

– Такая муйня. Если его перед выборами завалят, все бочки сразу на меня. Народ ведь тоже сечет, что я один его реальный противник. А мне этих бочек не надо.

Турбин тем временем допил свой коньяк. Ему очень хотелось еще, но он ведь был за рулем.

– Кажется, у меня будет к вам предложение, – сказал он, поставив рюмку на стол. – Сразу говорю, оно потребует от вас дополнительных затрат.

– Чего? Нет, брателла, ты меня на счетчик не ставь. Сколько тебе еще надо бабла?

– Думаю, сумма вас вполне устроит, – дипломатично ответил аукционщик. – Тем более за такую услугу.

– А че за…

Турбин посмотрел ему прямо в глаза и серьезно произнес:

– Думаю, я смогу вам помочь избавиться от конкурента. Причем все будет очень чисто.

– Но… эээ… А вдруг херня какая выйдет?

– Нет, – отчеканил аукционщик. – Мой человек работает как машина. Осечек у него не бывает.

– А вдруг…

– Никто даже не догадается, что Клинова убили, – уверенно продолжал Турбин. – Все подумают, будто он сам скопытился.

Рыхлин недоверчиво посмотрел на него. В этом сценарии было много всяких непоняток. Да и неудивительно, ведь аукционщик особо не раскрывал карты.

– И как это случится? – спросил он.

– Секрет фирмы, – улыбнулся Турбин. – Ну что, вы согласны?

Авторитет сомневался. Он понимал, что провал этого дела может сильно ему навредить. Да и… А вдруг этот Турбин все-таки затеял двойную игру?

– Что надо от меня? – спросил Рыхлин. – Снова связи и помощь бойцов?

– Нет, – покачал головой аукционщик. – На сей раз от вас не понадобится ничего. Даже аванса. Оплата по факту.

– А как вы… Да к этому Клинову даже не подойти!

– Кое-какой контакт с Клиновым я наладил, – сказал Турбин. – Это главное. Для моего человека больше ничего и не понадобится.

Рыхлин почесал пальцами правой руки висок. Что ни говори, предложение было заманчивым. Избавиться от главного конкурента – об этом он пока не мог даже и мечтать.

– Так что, по рукам? – подбодрил его Турбин.

– По рукам, – наконец согласился тот. – Но смотри. Головой отвечаешь. Понял?

– Естественно. Ну, тогда ждите новостей. Мой приятель как раз недавно прилетел из Берлина, и завтра он начнет работать.

Турбин встал из-за стола и протянул ему на прощание руку.

Пожав его ладонь, Рыхлин не торопился ее отпускать. Он приподнялся и внимательно посмотрел своему собеседнику прямо в глаза. Тот опешил от удивления.

– Брателла, давай по-честному, а? – негромко и отчетливо произнес авторитет. – Скажи мне, чем тебе этот Клинов не нравится?

– Но ведь… – замялся Турбин, – мы же с вами уже обо все договорились.

– Нет, не об этом базар. Я не врубаюсь чисто. На кой тебе мочить его, а? Продал бы эту книжку ему, баблоса бы заработал больше.

– На то есть свои причины, – загадочно произнес Турбин, вырывая руку. – Думаю, скоро вы все поймете сами.

Глава 14

Когда коллегия наконец-то закончилась, Потапчук облегченно вздохнул. Он до ужаса не любил все эти заседаловки. Толку от них не было никакого, а времени уходило уйма.

Но вот участники коллегии повставали со своих стульев и, переговариваясь, потянулись к выходу. Среди тех, кто жаждал освободиться как можно быстрее, был и генерал Потапчук.

Но как только он подошел к двери, его шеф, генерал Яшин, вдруг вспомнил:

– Да, Федор Филиппович, вас я попрошу остаться. Есть разговор.

Потапчук, конечно, и виду не подал, что все эти разговоры видал в гробу в белых галифе.

Все же он послушно опустился на стул напротив шефа, всем своим видом выражая, что внимательно его слушает.

Но Яшин не спешил говорить. Он тоже хранил молчание. И Потапчук понял, что это всего-навсего один из его театрально-постановочных приемов – гниловатых, надо сказать, приемов. Впрочем, под стать этому человеку.

Генерал Яшин возглавил московскую ФСБ недавно. До этого никто из людей сведущих ничего путного сказать о нем не мог – ни хорошего, ни плохого. Он был обычным чиновником, который выслужился не благодаря своим талантам, а по причинам, совершенно другим.

Во-первых, Яшин трепетал перед начальством прямо до смешного. А во-вторых, и это, не исключено, самое главное… Родом он из Питера, где когда-то ему приходилось трудиться бок о бок с сегодняшним президентом.

А своих не забывают. Это всем известно.

Поэтому среди бывалых чекистов Яшин имел репутацию выскочки. И подчиненные не сильно его уважали. Да он и не заслужил уважения. Считая, что вполне имеет право по жизни руководствоваться правилом «я начальник – ты дурак».

В общении с опытными специалистами такой подход мог дать исключительно негативные результаты.

…А Яшин все молчал. Молчал и Потапчук.

Наконец первый не выдержал:

– Ну! – капризно потеребил он подбородок. – Что вы мне скажете?

– Простите? – вежливо переспросил его подчиненный. – Не совсем понимаю, о чем вы.

– Не понимаете?! – голос у этого толстячка был немного визгливый. К тому же говорил он невнятно, как будто его рот был набит бумагой. – Совсем не понимаете, да?

– Как мне показалось, вы хотели бы со мной побеседовать, – спокойно произнес Потапчук. – Что ж, я весь внимание.

Как человек опытный, Федор Филиппович понимал, что самое главное для него – не обращать на шефа никакого внимания. И у Потапчука вполне