Сокровище Джунаида - Михаил Шалаев

— Ну вот, — голос у Деревянко вдруг охрип. — Кажется, добрались…

Они огляделись вокруг, — Владимир все ожидал каких-то непрошеных гостей, — и двинулись к «пеликану». Этот камень тоже утратил всякое сходство с птицей по мере приближения, но клюв остался и четко указывал нужную точку.

— Ну что? — Упырев, кажется, был как никогда потрясен и растерян. — Давайте копать?

— А чем? — ехидно спросил его прапорщик. — Ты лопатку, случаем, не захватил?

— Тьфу, черт, — плюнул Упырь. — Сходить кому-то надо…

— Ладно, — смилостивился Деревянко. — Давай, я схожу. Где там у тебя?

— В багажнике, сбоку — коврик отстегнешь…

Деревянко взял ключи от машины и ушел, а Леха с Гульнарой сели на верхушке камня, оглядывая округу и не зная, о чем говорить.

— Слушай, — заговорила Гульнара, — а вдруг мы и правда найдем? Что будет?

— Да ничего, — пожал плечами далекий от романтики Упырь. — Хорошо будет. Денег навалом будет.

— Как же «ничего»? — удивилась Гульнара. — Если денег навалом, то можно путешествовать, все страны посмотреть, а где понравится — купить дом, где-нибудь на берегу океана, и жить…

— А зачем уезжать? Здесь, что ли, плохо?

Гульнара даже отшатнулась от него.

— Ой, извини, — Упырь вспомнил ее рассказ. — Я имел в виду не здесь, а в России…

— Вам хорошо… — тоскливо сказала девушка. — Вы уедете и забудете все как страшный сон. А я…

— Нет, Гульнара, — неубедительно возразил Упырев. — Я тебя никогда не забуду.

Они долго сидели молча, а потом вернулся Деревянко.

Саперную лопатку прапорщик почему-то заткнул за пояс рукояткой вниз, что странным образом изменило его походку — как будто у него вдруг перестала гнуться одна нога. Деревянко шел, то и дело оглядываясь. На камень он забираться не стал, а поманил их рукою вниз. Упырев почувствовал укол тревоги:

— Ты чего, Дерево?

— Помнишь, я нитку спрашивал?

— Ну…

— Так я сторожок поставил. Посмотрел — он сорван… Вокруг машины кто-то ходил. Трогать ничего не стали — наверно, сигнализацию увидели, побоялись. Но, значит, нас действительно пасут…

— А кто? — встревожилась Гульнара.

— Откуда я знаю? Может, Порсы твой выследил.

— Он не мой, — надулась девушка.

— Ладно, ладно, не твой…

— Да кто бы ни был, — Упырев, опять, как всегда, был полон оптимизма. — Подумаешь, выследили… Отобьемся! Черт с ними со всеми. Ну, где там копать надо?

Они вместе определили точку, куда указывает «великий клюв», и Леха, неумело перекрестившись, начал копать. Он копал, пока Деревянко не остановил его, хмуро буркнув: «Хватит!». Тут Алексей и сам сообразил, что в азарте успел раздолбить яму чуть ли не по пояс.

— Там же сказано — «неглубокую ямку»… — Владимир выглядел совсем обескураженным. — Что же он еще придумал?

А Гульнара вдруг сказала:

— Может, оно и к лучшему?

Девушка, очевидно, боялась, что они, отыскав клад, тут же про нее забудут.

Ей никто не ответил.

С утра между двух больших камней, где стоял старенький «форд», было мрачно. Настроение у потомка Джунаида было очень плохое. Просто, хуже некуда. Вчера он, едва вернувшись на стоянку, лично следил в потемках за нежданными гостями с верхушки бархана, укрывшись за его гребнем. Рядом лежал Мурад и тоже напряженно пялился в темноту. Они видели, что какой-то человек (кто именно, непонятно) удаляется от машины, будто по нужде — но нет… Пятнышко света, походив-побродив среди камней и наносов песка, вернулось к исходной точке. Тут фонарик погас.

— За дровами ходил, — громким шепотом разгадал загадку Мурад. Сами они предусмотрительно запаслись дровами во время поездки в поселок — надергали веток из изгороди вокруг брошенного, судя по виду, дома.

Сердар ничего не ответил. Продолжал лежать и следить за конкурентами, которых лунный свет очерчивал едва заметными контурами. Мурад уже стал размышлять, что они станут делать, если те лягут спать — так и будут торчать на этом бархане? Однако тут Сердар едва слышно прошипел: «Тс-с!» — фонарик зажегся вновь. Теперь уже все трое пошли в ту же сторону, откуда вернулся первый.

— Куда это они? — шепотом спросил Мурад, и сам себе ответил: — А-а, наверно, хотят пенек тот вывернуть. Ну да, как же: я тоже попробовал — он как железный…

— Заткнись, — так же шепотом сказал Сердар, хотя от той троицы их отделяло метров сто — сто пятьдесят.

Он и сам видел, что силуэты в пятне света топчутся вокруг пенька — видимо, с целью пустить его на дрова. Вроде бы даже пытались подкопать. Наконец, убедившись в бесплодности своих усилий, они погасили фонарь и отправились назад. Вернувшись к машине, стали устраиваться на ночлег. Сердар полежал еще немного и решил, что сегодня уже ничего больше не будет. Они вернулись к крохотному костерку, который поддерживал Реза, перекусили двумя банками кильки в томате и зачерствевшим черным хлебом и тоже залегли. Как всегда: Сердар с Мурадом — в машине, а Реза на куске кошмы.

Утром их разбудил звук мотора: за большим барханом, который скрывал их от конкурентов, прокатил «паджеро». Машина ушла в сторону поселка, и Сердар вдруг подумал — может, совсем уедут? И тут же спросил сам себя: а хорошо это или плохо? И не нашел ответа.

Но через некоторое время джип вернулся. В магазин, значит, ездили.

Сердар оставил Резу сторожить стоянку, а сам вместе с Мурадом опять занял наблюдательный пост. Они наблюдали, как те трое, два мужика и девушка, подошли к пеньку, поспорили о чем-то, потом пошли в сторону, выбрались на гребень бархана, вернулись, опять пошли к пеньку… В действиях этих не было никакой логики, поэтому Сердар заподозрил худшее: наверно, они все-таки что-то знают…

А потом, когда конкуренты шаг за шагом стали отходить от пенька, зачем-то чертя на песке какие-то линии, Сердар услыхал возбужденное мычание Резы, оглянулся и увидел, что он тащит за шиворот незнакомого человека. Это еще что такое?

Сердар побежал с бархана вниз, вытаскивая из-за пояса свой «маузер», за ним — Мурад. Реза слишком крепко ухватил пленника за шкирку, тот дышал тяжело, с хрипом.

— Подглядывал, — объяснил слабоумный, преданно глядя на хозяина.

Сердар сунул ему в рот леденец и приказал:

— Отпусти.

Человек долго кашлял и плевался песком, прежде чем отдышался и стал способен говорить.

— Кто такой? Как зовут? — не отводя маузера, начал допрос Сердар.

Однако тот его явно не понимал, пришлось привлечь Мурада в качестве переводчика. После этого дело пошло на лад.

— Сапар… Я из России, — хрипло ответил на первый вопрос пленник.