Берлинская рулетка - Александр Александрович Тамоников

Что-то подсказывало офицерам, что торчать тут им придется долго. Они не роптали, приготовились к ожиданию.

На улице было людно. Спешили по делам жители Берлина в невзрачной одежде. Неподалеку размещались работающие предприятия. Сновали военные машины. Проехал чадящий городской автобус, набитый горожанами, явление весьма редкое, оттого и полное.

Мимо по тротуару проследовал патруль. Капрал мазнул равнодушным взглядом «Опель», стоявший под деревом. Градов напрягся. Но машина подозрений не вызвала. В лица пассажиров капрал не вглядывался. Военные прошли мимо.

– Шастают всякие, – недовольно проворчал Нагорный. – А если проверят, командир, что делать будем?

– Документы покажем.

– И все?

– Есть другие предложения? Объясним, что в работе выдался перерыв, ищем мою любимую тетушку по материнской линии, в двадцатые годы эмигрировавшую в Германию и пережившую все ужасы фашизма. Она живет где-то здесь, и мы не можем ее найти.

Грамарь иронически хмыкнул. Но с каждой прошедшей минутой оперативникам становилось не до смеха. Ситуация складывалась какая-то тупиковая. Рано или поздно машина с пассажирами вызовет вопросы. Подойдет патруль, и объяснение насчет тетушки будет выглядеть бледно. Впрочем, пока все было в порядке.

Двухэтажное строение оказалось густонаселенным. Оно не пострадало при обстрелах, было сложено из красного кирпича, без лишних архитектурных закорючек, имело два подъезда.

В двери входили и выходили люди, но не было никого, похожего на Уилсона. Он мог уже не жить в этом здании. Данные разведки устарели. Начальство могло переселить его, выслать из Берлина, физически устранить.

Заходить внутрь было рискованно, да и что это даст? Контрразведчики терпеливо ждали. У них сосало под ложечкой, просыпался легкий голод. Курить они уже не могли, кашляли.

Нагорный вышел из машины, прогулялся, вернулся в салон и стал угрюмо пыхтеть.

Наступило послеобеденное время. Из дома выпорхнула компания молодых дам в сопровождении осанистого капитана британской армии. Они кучкой двинулись по тротуару, смеялись.

– Здесь еще и бордель, – недовольно проворчал Нагорный. – Неплохо устроились эти британские вояки.

Потемнело небо, начался дождь. Струи воды ползли по стеклам. Прохожие ускорялись, раскрывали зонты, у кого они были. Мимо проехала грузовая машина, обдала грязью. Грамарь ругался, выпрыгнул из машины, стал протирать стекла замасленной тряпкой. Дождь усилился, выгнал с улицы последних прохожих.

Пока буйствовала стихия, из здания никто не выходил.

В голове майора снова роились мысли:

«Правильно ли мы поступаем? Можно ждать до второго пришествия».

Дождь закончился внезапно, ветер разогнал тучи. В воздухе висела густая сырость, температура щедрыми плюсами не баловала. Лето начиналось довольно сдержанно, без палящего зноя.

Дело двигалось к вечеру, но до сумерек оставалось время.

Градов решил пройтись, покинул салон.

В воздухе стояла плотная изморось, снова собрались тучи. Воздух в городе оставался тяжелым, изобиловал запахами. Майор с папиросой в зубах прошел по тротуару, натянул на глаза шляпу, пересек дорогу.

У тротуара стояли два «Опеля», «Фольксваген», «Мерседес», пара «Виллисов». Взгляд Градова машинально скользил по номерам.

Уилсон появился, когда на улице смеркалось. Долговязый сутулый субъект спустился с крыльца, запахнул полы непромокаемого плаща и, не глядя по сторонам, побрел по тротуару. Это был он. Вытянутое рыбье лицо, блеклые глаза! Уилсон был мрачен, пребывал в своих мыслях.

– Это он, товарищи, внимание!

– Так вот ты какой, – пробормотал Нагорный. – Ну что ж, будем знакомы, глубокоуважаемый сэр. Не зря мы страдали. Ты, командир, прав оказался. Нужно лишь немного подождать, и все твои враги к тебе обязательно придут! Куда это он собрался? Будем брать, командир?

– Как ты это представляешь? Место людное. Подъехать и в машину затолкать? Такая наглость нам боком выйдет. Будем следить. В общем, так. Егорка, разворачивайся и малым ходом по этой стороне дороги. Только отстань от него, чтобы он тебя не видел. Юрий Иванович, переходи дорогу и давай за ним, держи дистанцию. Я пойду по этой стороне. Если потеряемся, то встречаемся здесь, на этом самом месте.

С этого мгновения каждый шел своим путем. Градов был спокоен, собран. «Опель» черепашьим ходом полз по тротуару. Нагорный перебежал дорогу, дождался, пока клиент отойдет подальше, пристроился в хвост. Влад шел параллельно, прятался за деревьями.

Уилсон по-прежнему не смотрел по сторонам, медленно брел с опущенной головой. Настроение у него было так себе. Он выглядел каким-то сломленным.

Просигналила машина. Водитель дал по тормозам, когда какая-то девчонка перебежала дорогу у него под носом.

Уилсон вздрогнул, завертел головой. Он будто чувствовал угрозу, немного помедлил и двинулся дальше.

Градов ломал голову. Как же его брать?

Уилсон не уходил с людной улицы.

Потянулись трехэтажные добротные дома. Здесь горели фонари, стало больше прохожих.

Внезапно англичанин свернул в переулок.

Влад перешел дорогу, на углу столкнулся с Нагорным. Разговаривать они не стали, капитан вежливо уступил дорогу.

Уилсон еще не пропал, волочил ноги. Он вошел в следующее здание. Там была единственная входная дверь. Напротив дома стояли машины, в воздухе колебались человеческие тени.

Градов ускорился, обернулся. Нагорный отстал шагов на пятнадцать. В переулок медленно въезжал «Опель» с Грамарем за баранкой. Парень был глазастый, прижался к краю тротуара, едва тащился. Майор, не сбавляя хода, показал ему рукой, куда встать.

В здании располагалось питейное заведение «У Гретхен», довольно популярное, судя по количеству людей. Буквы названия отчетливо проявлялись в полумраке. В заведении были широкие стеклянные окна, внутри горел свет, играла музыка.

Градов отступил в тень. Он стоял напротив стеклянной витрины, видел большую часть зала.

Уилсон уже сидел за столиком, тоскливо смотрел перед собой. Большинство мест было занято, веселились военные, гоготали девицы сомнительного поведения. Уилсон покосился в их сторону, брезгливо скривился. Ему хотелось уединения. Но это было единственное питейное заведение в округе. Он что-то сказал официанту, тот кивнул и испарился.

В затылок Владу дышал Нагорный.

– Беда, командир, этот упырь просидит тут весь вечер, пока не налижется в стельку. Упадок настроения у него. А мы, голодные, должны на это смотреть?

– Может, и мы перекусим? – сзади неслышно подошел Грамарь.

Он пристроил машину у соседнего здания и уже был здесь.

– Зайдите внутрь, – разрешил Влад. – Пристройтесь недалеко от него, сделайте заказ. Возможно, Уилсон собирается с кем-то встретиться. Слушайте во все уши, но вида не подавайте.

– А ты, командир? – спросил Нагорный.

– Мне нельзя. Он видел меня.

– Эх, не повезло тебе. – Нагорный поцокал языком. – Но ты не волнуйся, мы своих не бросаем, принесем тебе что-нибудь перекусить.

Снова потянулось муторное ожидание. Клиентов в заведении хватало, дым стелился коромыслом. Люди